В осаде уже не Асад

Каждый сам за себя, но все против джихадистов

Катастрофический провал переговоров по урегулированию ситуации в Сирии, фактически так и не состоявшихся в Женеве под эгидой ООН, в очередной раз продемонстрировал, как не надо делать дела на Ближнем Востоке. Переговоры были призваны не столько сблизить позиции, сколько остановить наступление сирийской армии при поддержке ВКС РФ на позиции боевиков, позволить тем закрепиться на достигнутых рубежах и отторговать с помощью США, ЕС и ООН необходимые Турции, Катару и Саудовской Аравии уступки у официального Дамаска.

В этом убеждают закулисные действия представителей стран Запада вокруг сирийских курдов, которые вследствие ультиматума, выдвинутого Анкарой и поддержанного Эр-Риядом, не были допущены за стол переговоров, но в Женеве присутствовали.

Особое впечатление на аравийские монархии произвел пуск крылатых ракет кораблями Каспийской флотилии

Заявление главы МИДа РФ о том, что Россия будет действовать в Сирии в координации с национальным правительством и его союзниками против террористов столько, сколько потребуется, пока они не будут разгромлены, закрыло тему ограниченности материальных и временных ресурсов Москвы, спекуляциями на которой длительное время занимались мировые СМИ. На начало февраля Анкара проявляла нарастающую активность на границе с Сирией, о том, что готовится вторжение, свидетельствовал отказ российским самолетам-наблюдателям в мониторинге турецкой территории по программе «Открытое небо».

Активизация войны международных СМИ против России под лозунгом «Москва в Сирии поддерживает шиитов против суннитов», который в свое время был вброшен в информационное пространство с подачи Саудовской Аравии, на самом деле ведущей войну с шиитами в лице Ирана и его союзников, жестко подавляя их на собственной территории, в оккупированном Бахрейне и претендуя на то же в Йемене, обозначила начало очередной попытки вызвать внутренние протесты российских мусульман – традиционной для салафитского тандема, Катара и КСА со времен конфликта в Чечне (на сей раз при явной турецкой поддержке).

Евгений Сатановский

Судить о том, соответствовала ли истине информация британской «Гардиан» о намерениях королевства ввести в Сирию войска в координации с Турцией, трудно, по крайней мере до того момента, как Саудовская Аравия решится на конкретные действия (что будет чревато для нее с учетом ситуации в Йемене войной на два фронта и объединит вокруг Башара Асада тех местных лидеров, кто полагает недопустимым прямую интервенцию Эр-Рияда и Анкары на территорию страны).

В любом случае конфликт в обозримое время не закончится. Скоординированная антироссийская кампания европейских и американских политиков, аравийских монархов, бюрократов ООН и СМИ, западных, арабских и турецких, говорит именно об этом. Не случайно в провале переговоров в Женеве все они обвинили Россию, ВКС которой продолжают атаковать в Сирии позиции террористических группировок, именуемых на Западе, в арабском мире и Турции «умеренной оппозицией». Рассмотрим ситуацию, опираясь на материалы А.А. Кузнецова и Ю.Б. Щегловина, подготовленные для Института Ближнего Востока.

Пестрая карта

Российская военная операция, начатая 30 сентября, стала неожиданностью и для спонсоров антиасадовской вооруженной оппозиции – Турции, Саудовской Аравии и Катара, и для США, Франции и Великобритании. На аравийские монархии особое впечатление произвел октябрьский пуск крылатых ракет кораблями Каспийской флотилии, после которого состоялись визиты в Москву наследного принца КСА Мухаммеда бен Сальмана и эмира Катара Тамима АльТани, нацеленные на зондирование ситуации. Полагать, что эти приезды преследовали какие-то цели, кроме разведки боем, было бы крайне наивно. Максимум, чего пытаются добиться от России в Сирии лидеры упомянутых стран, – «перекупить» ее позицию, как они привыкли делать на Западе.

В то же время, похоже, монархии Залива признали роль Москвы как фактора сирийского урегулирования, хотя это не означает их отказа от курса на раздел страны и свержение Асада. Чего нельзя сказать о Турции. Ее руководство в лице верхушки ПСР и Эрдогана преследует в сирийском конфликте две цели: не допустить появления на своих границах курдского государства и включить север страны с Алеппо в зону влияния. За это Анкара уже поплатилась качественным ухудшением отношений с Москвой после уничтожения в конце ноября самолета Су-24.

В осаде уже не Асад
Коллаж Андрея Седых

Российское вмешательство позволило изменить военную ситуацию для сирийской армии. Говорить о коренном переломе рано, но позитивная динамика налицо. В течение первой половины прошлого года правительственные войска терпели непрерывные поражения. В марте противники Асада взяли Идлиб на севере страны и город Босра аш-Шам в провинции Деръа. В апреле Дамаск лишился последнего КПП Насиб на границе с Иорданией. В мае был сдан стратегически важный Джиср эш-Шугур. Ситуация начала меняться с ноября. В январе армия Асада взяла Сальму, обезопасив Латакию, и Шейх Мискин в провинции Деръа, удерживавшийся мятежниками с конца 2012 года.

С начала 2015-го США стали сотрудничать с сирийскими демократическими силами, куда входят курдские вооруженные формирования Партии демократического союза (ПДС) Салиха Муслима, отряды христиан-ассирийцев и части бывшей Сирийской свободной армии (ССА). Эффективность действий курдов была доказана обороной Кобани, который полгода находился в осаде боевиков ИГ. Курды отразили атаки джихадистов у города Хасеке и заняли дамбу «Тишрин» на Евфрате, обеспечив доступ к Манбиджу и северным окраинам Алеппо. При этом альянс с курдами носит для Соединенных Штатов временный характер, поскольку прямо противоречит их сотрудничеству с Турцией. ПДС, действующая в северной Сирии, является ответвлением Рабочей партии Курдистана (РПК), воюющей против турецкой армии, и открытым противником Эрдогана.

До начала действий ВКС РФ стремительно нарастала фрагментация Сирии. В составе страны выделились такие регионы, не подчиняющиеся центральному правительству, как «Исламское государство» с центром в Ракке или «Исламский эмират Идлиб».

Важно провести различие между российской и иранской стратегиями в Сирии. Тегеран пытался создать здесь аналог ливанской «Хезболлы», почти не подчиняющийся центральному правительству, контролируя столичный регион, провинции Хама и Хомс и средиземноморское побережье. Россия, напротив, помогает воссоздавать регулярную армию Сирии, являющуюся гарантом целостности государства.

Правительство контролирует менее половины территории страны, но там живут 80 процентов сирийцев (не считая шесть миллионов беженцев, покинувших САР), поскольку ему в отличие от его противников удалось сохранить в удерживаемых им районах функционирующую инфраструктуру. Необходимо отметить и частичную международную легитимацию Асада. С конца 2013-го на Западе стали говорить о необходимости признания его партнером на переговорах, поскольку стало понятно, что антиасадовское сопротивление в Сирии перехвачено радикальными джихадистами. Первыми сторонниками налаживания отношений с правительством в Дамаске стали бывший американский посол в Ираке и Афганистане Залмай Халилзад и экс-директор британской Ми-6 Ричард Диарлав.

Удары по харизме

Толчок к изменению отношения стран ЕС к правительству Асада дало «новое великое переселение народов». Спровоцированная и организованная Турцией при поддержке Катара и Саудовской Аравии волна беженцев с Ближнего Востока хлынула в Европу минувшим летом. Такие страны Европы, как Чехия, Венгрия и Польша, выступают «адвокатами Асада» в ЕС. Антиасадовская риторика со стороны Франции и Великобритании также потеряла прежний накал. Идет постепенное восстановление отношений Сирии и со странами Лиги арабских государств. В Дамаске открылись посольства Египта и Кувейта. О намерении возобновить дипломатические отношения объявил Тунис.

Очевидно снижение влияния на сирийский конфликт Саудовской Аравии после начала ею в марте прошлого года военной операции «Буря решимости» в Йемене. После взятия Адена в конце июля 2015-го армия Эр-Рияда и воинские контингенты его союзников завязли в этой стране. В боях там погибли более 500 саудовских военнослужащих, сотни представителей других стран коалиции и наемников. Растут финансовые и имиджевые издержки королевства, что вызвало сокращение его помощи сирийским джихадистам.

Показателем существенных изменений в развитии анализируемого конфликта стала гибель в конце 2015 года Захрана Аллюша, лидера группировки «Джейш аль-Ислам». В 2013–2014-м он входил в число пяти наиболее влиятельных полевых командиров. Другими были Хасан Аббуд (лидер «Ахрар аш-Шам»), Абделькадер Салех («Лива ат-таухид»), Ахмед Иса аш-Шейх («Сукур аш-Шам») и Башар аз-Зуэйби («Лива аль-Ярмук»).

Троих, включая Аллюша, уже нет в живых. Салех убит ракетой в ноябре 2013 года, после чего его группировка, являвшаяся отрядом «Братьев-мусульман» и бывшая на тот момент самой влиятельной в Алеппо, стала рассыпаться. Аббуд вместе с 20 другими полевыми командирами уничтожен в результате взрыва в начале сентября 2014-го, что привело к смене руководства «Ахрар аш-Шам». С ней в марте 2015 года слил свою группировку Ахмед Иса аш-Шейх. Башар аз-Зуэйби перешел на политическую работу в Южном фронте, отдав командование «Лива аль-Ярмук» Абу Кинану аш-Шарифу.

Практика показывает, что формирования боевиков в Сирии в отсутствие харизматичных лидеров рассыпаются или утрачивают свои позиции. В связи с этим можно прогнозировать ослабление террористов в Восточной Гуте и снятие угрозы Дамаску. Одновременно снижаются саудовские ставки на переговорах по Сирии: Аллюш позиционировался Эр-Риядом как «умеренный», «демократический» лидер, и королевство в своих планах по свержению Асада во многом рассчитывало именно на него.

Жертвы полудружбы

Возвратимся к Турции. На дипломатическом поле она сконцентрировалась в первую очередь на попытках не допустить превращения сирийских курдов в легитимного и полноправного участника переговоров по сирийскому урегулированию. Последнее будет началом нового этапа противостояния Анкары с курдами. При отказе Запада от идеи участия в создании лоббируемой турками «зоны безопасности» в районе от Джараблуса до Аззаза обостряется угроза возникновения курдского плацдарма на всем протяжении сирийско-турецкой границы.

Следует учитывать, что армия Дамаска на текущем этапе военных действий выбила отряды туркоманов из провинции Латакия. Эти формирования, на которые в турецких спецслужбах делают основную ставку, сосредоточены теперь только в той же зоне Джараблус – Аззаз. Переход сирийских курдов через Евфрат будет означать объявление войны Турции, поскольку они начнут напрямую угрожать логистике в этой зоне. А другие коридоры материально-технического снабжения лояльных Анкаре групп значительно менее эффективны.

Опасения турецкого руководства усиливают доклады национальной разведслужбы МИТ, которая сообщила, что у курдских отрядов ПДС появилось большое количество гранатометов РПГ-7 российского производства. По ее же данным, в скором времени можно ожидать появления у сирийских курдов и противотанковых комплексов (ПТРК) «Корнет». Но разведке не удалось выявить схемы взаимодействия России с курдами на данном направлении. Это побудило Анкару сделать информационный вброс для прощупывания позиции Москвы. Ответ гласил: «Россия снабжает, как и западные страны, оружием иракские формирования пешмерга», что отсылало Эрдогана к его союзнику – лидеру иракских курдов Масуду Барзани. Напомним: в период обороны анклава Кобани от ИГ иранское оружие российского производства перебрасывалось ополченцам американскими транспортными самолетами в значительных объемах.

Осложняет ситуацию для Турции и игра Штатов на два фронта. Они ведут переговоры с Анкарой об авиационном взаимодействии, включая идею главы центрального командования ВВС США генерала Чарльза Брауна об использовании базы в Диярбакыре. 29 февраля ожидается визит в Турцию секретаря по внутренней безопасности США Джея Джонсона, который намеревается обсудить вопросы технической поддержки по укреплению и оснащению границы с Сирией. С другой стороны, продолжаются контакты американцев с сирийскими курдами. Здесь и направление более 300 спецназовцев в области, контролируемые ПДС для оказания консультативной помощи, и работы по расширению взлетных полос в Хасеке, чтобы можно было сажать транспортные самолеты «Геркулес». Уверения Пентагона, что войска США не планируют брать под контроль аэродромы в Сирии, служат слабым утешением для Анкары. Для переброски оружия достаточно того, чтобы они контролировались курдами под присмотром американских инструкторов.

Ракковый корпус

Грузы и вооружение обеспечивают подготовку к взятию столицы ИГ – Ракки. Операцию пока тормозят позиция Анкары и недостаточная экипировка ополченцев. США подстегивает то, что Россия будто бы усиливает контакты с курдскими отрядами Партии демократического союза. Состоялся ряд встреч между их полевыми командирами и российскими офицерами, свидетельствуют источники Пентагона. Зная об уровне конспирации, традиционной у курдов независимо от их партийной принадлежности, предположим, что до американцев и турок доходят обрывки информации, из которой они делают вывод: Москва наращивает присутствие в этом регионе Сирии.

Для Анкары эти новости неутешительны. Обсуждаемая в турецком руководстве наземная операция несет риск потерь в тяжелой технике в случае боевого столкновения с курдскими отрядами в районе стратегического города Джараблус. Последний находится под контролем сторонников ИГ. Его сдача означает для исламистов потерю важного канала получения материально-технической поддержки из Турции, а для Анкары обостряет вопрос о вариантах дальнейших действий. Благо, отмечаются контакты российских представителей с ассирийским ополчением и другими этническими группами в провинции Хасеке.

Американцы попали в сложное положение. С одной стороны, они должны не допустить сближения курдов и России, с другой – открывать каналы взаимодействия с ПДС чревато резким обострением отношений с Турцией. Пентагон регулярно направляет в Белый дом докладные о своей «критической поддержке» курдских и арабских формирований. В качестве преимущества перед РФ на этом направлении указывается, что благодаря «тесным переговорам» с партнерами удается минимизировать вероятность боевого ущерба отрядам оппозиции со стороны турецких силовиков.

Еще один традиционный аргумент руководства США, используемый для самоуспокоения: «Поддержка ВВС США во много раз эффективнее, поскольку в отличие от ВКС РФ ими используются высокоточные боеприпасы». Но в Вашингтоне, как правило, забывают упомянуть, куда именно падают бомбы и как проходит боевое слаживание ВВС США с отрядами оппозиции. Отметим, что американцы пока не в состоянии сделать что-либо эффективное даже для решения задачи по взятию Ракки.

Преимуществом в Вашингтоне полагают роль посредника в отношениях между Анкарой и Москвой. По его мнению, активная артиллерийская обработка Турции прилегающих сирийских территорий свидетельствует о подготовке Анкарой активной фазы сухопутной операции в районе Джараблус – Аззаз с перспективой выхода на север провинции Алеппо. Но в этом районе правительственные силы получают поддержку систем ПВО «Бук», да и предупреждения президента Путина о том, что любые объекты, угрожающие безопасности российского контингента, будут сбиваться, никто не отменял.

Известно, что турецкие военные просят Штаты помочь в налаживании взаимодействия с российской стороной. Проведение сухопутной операции без применения авиации рассматривается их Генштабом как авантюра. Сомнительно, что такая операция начнется до окончания анонсированных визитов американских чиновников. Таким образом, Анкаре остается стоять на принципе не-участия курдов в переговорном процессе, что мало меняет в деле их усиления на турецких границах и возникновения там курдского «буфера безопасности».

Заведомо проигравшим оказывается ИГ. При любых сценариях оно попадает под жесткий прессинг со стороны всех участников конфликта. Наступление на позиции ИГ идет по нескольким направлениям. С востока на запад в направлении Манбиджа продвигаются курды, которые кое-где уже пересекли Евфрат. Сирийские правительственные силы наступают при поддержке российских ВКС на Аль-Баб с юга. С запада ИГ теснят протурецкие повстанческие группы, старающиеся идти вдоль границы, что наталкивает на мысль: их реальной задачей является получение контроля над рядом ее участков. Одновременно сирийские войска наступают на юге в провинциях Кунейтра и Деръа. Таким образом, армия Асада с начала года серьезно расширила зону своих действий, что, по оценке американцев, и угрожает «мирному процессу».

Евгений Сатановский,
президент Института Ближнего Востока

Опубликовано в выпуске № 6 (621) за 17 февраля 2016 года

Нравится

Loading...
Комментарии
Только и только полная автономия курдам в трех странах сможет установить спокойствие на Ближнем Востоке. Если будет создан из этих автономий Курдистан...то это будет самый спокойный регион нашего шарика. Только Турция будет там мутить воду и СА хулиганить ,пока сама не развалится . Но на этих пособников террористам мир найдет управу.
Курдские территории расположены в четырёх государствах. Какие три вы имеете в виду, и по каким основаниям исключаете четвёртое?
Все таки идёт в основе сунитско-шиитское противостояние. Пока только концертная прелюдия после сторонней увертюры, под названием "арабская революционная весна" под явно чьим дирижёрством. Сам спектакль с оперой и балетом начнётся уже скоро, вот это будет зрелище, похлеще Сирии с Ливией и Тунисами вместе взятыми..
Добавить комментарий
Фото неделиФотоархив HD
Открытие памятника первому экспериментальному комплексу противоракетной обороны в школе № 1430 им. Г.В. Кисунько

 

 

Константин Сивков
Вниманию читателей «ВПК»
  • Обсуждаемое
  • Читаемое
  • Past:
  • 3 дня
  • Неделя
  • Месяц