Невзятые высоты

Причины поражений сирийской армии были видны невооруженным глазом

Сейчас, когда армия САР одержала ряд побед, освободила несколько стратегически важных населенных пунктов и городов, можно более объективно взглянуть на действия сирийских войск, разобраться в причинах их прошлых неудач. Как, впрочем, и проанализировать тактику действий противника. Почему даже при поддержке российских ВКС сирийские военные долгое время не могли добиться серьезных успехов?

За обсуждением вопросов большой стратегии часто упускается из виду происходящее на низовом, тактическом уровне войны. Определенные наблюдения за действиями Сирийской арабской армии сделаны автором этих строк на севере Латакии, в горном районе Набиюнис в ноябре 2015 года.

Плечом к плечу не получалось

Горы этого района покрыты редкой растительностью, склоны хорошо просматриваются, что, безусловно, затрудняло продвижение сирийских войск. Но главное, что бросилось в глаза, – подразделения САА не представляли сплоченной боевой силы, способной осуществлять операции, основанные на взаимодействии различных родов войск. Не хочется повторять сказанное полковником американской армии в отставке Норвелом Де Аткиным в работе «Почему арабы проигрывают войны» (Why Arabs Lose Wars), опубликованной еще в декабре 1999-го в Middle East Quarterly № 4, но он, думается, достаточно точно подметил одну из причин. Традиционная иерархическая культура арабских обществ, в частности привычка полагаться только на людей из ближайшего (часто семейного или племенного) круга, приводит к крайней сложности или даже невозможности отработки и осуществления в бою взаимодействия между частями и подразделениями. К сожалению, приходится констатировать: увиденные в районе Набиюнис формирования – это не армия, а в лучшем случае ополчение из лиц мужского пола с оружием. Танки и БМП использовались крайне неэффективно. Между пехотой и бронетехникой отсутствовала связь, что не позволяло наладить элементарное взаимодействие. Бронетехника, если и находилась на одних с пехотой позициях, действовала вне ситуации и пространства. Даже когда имелись все возможности поддержать пехотные подразделения, этого в большинстве случаев не делалось. Танкисты, оправдываясь, ссылались на то, что могут принимать указания на перемещение или открытие огня только от своих вышестоящих командиров. Но найти их в нужный момент не удавалось.

Топографические карты – явление редкое. Многие командиры пользуются схемками, нарисованными на тетрадных листах

Между пехотными подразделениями также не было даже намека на слаженные действия. Каждый командир руководствовался своими понятиями, на просьбы соседей о помощи не реагировал. Пришлось быть очевидцем ситуации, когда даже своим солдатам, попавшим в тяжелое положение, командир батальона не пытался помочь, оставаясь довольно спокойным, если не равнодушным к происходящему.

Когда передовой отряд из десяти сирийских солдат захватил высотку, для закрепления результата потребовалось подтянуть резервы, оборудовать на ней оборонительные позиции. Вместо этого комбат упрямо вызывал огонь артиллерии по площадям, не давая при этом точных координат. Солдаты, брошенные на высоту, по сути остались без прикрытия и, израсходовав боезапас, были вынуждены с потерями оставить позиции.

Чтобы охарактеризовать уровень подготовки военнослужащих, стоит привести такой красноречивый пример. Командир сирийской роты, с которым довелось пообщаться, всерьез утверждал, что с помощью огня из АГС он может указать цели для артиллерии, находящейся в десятке километров от места событий, в отсутствие наводчиков в районе боестолкновения.

Топографические карты в подразделениях сирийской армии – явление редкое. Многие командиры пользуются примитивными схемками, нарисованными на тетрадных листах.

Даже имея в подразделении GPS-навигаторы, офицеры их не применяют. Либо не умеют пользоваться, либо понимают, что оглашение своего точного положения не позволит им врать вышестоящему командованию о своем местонахождении.

Уровень исполнительской дисциплины оставлял желать много лучшего. Командиры, как кажется, побаивались солдат. А те, создалось впечатление, при предъявлении больших требований могли просто разбежаться.

Неспособность организовать продвижение вперед сирийские военные зачастую объясняли тем, что боевиками сооружены глубокие пещеры и долговременные огневые точки из бетона. Однако это далеко не всегда соответствовало действительности – на осмотренных мной уже отбитых у противника высотах не были обнаружены сколько-нибудь капитальные оборонительные сооружения. Изредка попадались окопы неполного профиля и выложенные из камня брустверы для позиций, рассчитанных на одного-двух стрелков.

Уловки боевиков и возможные контрмеры

Если попытаться реконструировать оборонительную тактику антиправительственных подразделений по удержанию высот, то ее принципиальная схема основана на неумении атакующих прижиматься к огневому валу с поправкой на условия местности.

Невзятые высоты
Фото: theforeignobserver.com

В свою очередь противник САА был хорошо оснащен мотоциклами и легковыми автомобилями высокой проходимости. Понятно, что при появлении самолетов или в начале артобстрела боевики срываются с места и в считаные минуты выводят личный состав из-под удара. А потом быстро возвращаются обратно. По пути обозначают себя выстрелами из стрелкового оружия, что создает видимость сопротивления, вводит в заблуждение относительно наличия обороняющихся на позициях и тем самым замедляет продвижение правительственных войск.

В некоторых случаях боевики появлялись на обработанных авиацией позициях через 5–10 минут. Но за это время ни одно пехотное подразделение САА не успевало преодолеть нейтральную зону. В конечном счете при подходе правительственных войск мятежники успевали восстановить боевые порядки и встречали плотным огнем.

Таким образом, противник предпочитал использовать тактику маневренной обороны и при явном перевесе сил не в его пользу отходил с высот, начинал немедленно обрабатывать оставленные позиции из артиллерии и минометов по заранее пристрелянным точкам. Скорость открытия огня и точность попаданий говорили именно об этом. В таких ситуациях сирийская пехота, неся потери, была вынуждена отходить с только что занятых позиций.

Активное применение подручных средств передвижения (мотоциклов, джипов) существенно облегчало противнику использование хорошо замаскированных огневых точек. К ним «непредсказуемо» подвозили боевиков и так же неожиданно снимали их с позиций. Благодаря таким «блуждающим» огневым точкам конфигурация обороны противника даже в полевых условиях всегда оставалась для сирийских военных не до конца вскрытой.

На этом фоне сирийская армия выглядела малоподвижной, медлительной. Не имея опыта маневренных действий, она значительно проигрывала противоборствующей стороне в мобильности.

Какие тактические контрмеры можно было принять для противодействия вышеописанной тактике боевиков? В подразделениях САА достаточное количество автомобилей высокой проходимости с установленными на них крупнокалиберными пулеметами типа ДШК. Но в большинстве своем они задействуются как разъездные, для огневой поддержки пехоты используются крайне редко. В том числе из-за того, что в горах трудно найти удобную позицию для стрельбы с автомобиля. Но оснащение их АГС, пулеметами типа «Утес» или ПТУР, которые легко снять и использовать в пехотных рядах, могло бы исправить ситуацию.

Стоит подумать и о более эффективном применении в пехотных рядах наблюдателей-наводчиков, работающих непосредственно с бронетехникой. Они могли бы стать глазами и ушами для танковых подразделений. Такой симбиоз позволил бы повысить эффективность боевых машин, а пехоте получить мощную и мобильную огневую поддержку.

Причина проблем, думается, еще и в том, что в ноябре 2015 года у сирийских военных, к сожалению, не просматривалось привычки систематически заниматься боевой подготовкой, слаживанием подразделений. На это следует обратить внимание и сегодня.

Поскольку Россия оказалась напрямую вовлечена в конфликт, там находятся наши советники и военспецы, то эти проблемы сирийской армии не могли не учесть наши инструкторы, специалисты, руководство ВКС РФ. Ведь армия САР на тот период могла лишь в ограниченной степени пользоваться результатами бомбардировок российской авиации.

Судя по сегодняшним успехам сирийских военных, выводы сделаны. Но это не значит, что все проблемы решены. Подготовка военнослужащих САР требует дальнейшего совершенствования. Если уровень не поднять, то этот фактор в конечном счете не позволит решить поставленные задачи в ближайшей перспективе. А втягивание в многолетнюю войну не в наших интересах.

Опубликовано в выпуске № 6 (621) за 17 февраля 2016 года

Нравится

Loading...
Комментарии
Одна из немногих статей с попыткой анализа. В Сирии до сих пор нет мобилизации. Такое впечатление, что это насквозь прогнившая страна. Где кроме бардака нет ничего.
Упырю. Не более прогнившая, чем любая другая арабская страна, а может быть и поменьше. Не забывайте. что Сирия - одна из двух стран, в которых ещё держится "арабский социализм", в 50-х гг. так бурно маршировавший по Ближнему Востоку. А что до мобилизации. то.по-моему, положение аналогично с нашим опытом мобилизаций всеми сторонами конфликта во время гражданской войны 1917-1922 гг.
Асаду нелегко восстанавливать подорванный авторитет.Но в данной ситуации только Он лигитивен.И,потихоньку,его противники начинают это понимать,безусловно,росле активной "агитации" нашей авиации.
Душманы - тоже вестпоинтов не кончали, но воевали неплохо.
Добавить комментарий
Фото неделиФотоархив HD
Сирийский альбом (03-07 мая 2016 г.)

 

 

Алексей Тимофеев
Алексей Михайлов
Владимир Петров
Вадим Кулинченко
Анатолий Иванько
Константин Сивков
Вниманию читателей «ВПК»
  • Обсуждаемое
  • Читаемое
  • Past:
  • 3 дня
  • Неделя
  • Месяц