Самолеты Вольфа Мессинга



ОН ВСЕГДА ХОТЕЛ ЗНАТЬ СУДЬБУ ЛЕТЧИКОВ, КОТОРЫЕ ВОЕВАЛИ НА ЕГО ИСТРЕБИТЕЛЯХ


Один из фотоснимков в книге об истории польских авиасоединений, сформированных в период Второй мировой войны в СССР (см. Kolinski Izydor. Ludowe lotnictwo polskie. 1943-1945 - Warszawa, 1965), показался особо интересным: рядом с самолетом, на борту которого читалась надпись "От польского патриота проф. Вольф-Мессинга польскому летчику", стояли два улыбающихся офицера в польских мундирах. В подписи лишь кратко сообщалось, что самолет был подарен истребительному авиаполку "Варшава" в мае 1944 г.
{{direct_hor}}

Вольф Мессинг
Фото из архива Леонида ЛЮБИМСКОГО
Фамилию Мессинг впервые услышал еще в детстве, накануне Великой Отечественной войны. Тогда жильцы нашего многоквартирного дома в Киеве на Печерске (а в хорошую погоду в вечернее время двор у дома превращался в клуб), побывавшие на выступлениях артиста, оживленно делились впечатлениями о его "психологических опытах". По словам очевидцев, этот прибывший из оккупированной немцами Польши маг проделывал невероятное, выходящее за пределы понимания. В последующие затем десятилетия его имя мне не раз встречалось в прессе, но побывать на выступлении не пришлось. И вот летом 1973 г. на рекламном щите в центре Львова, где я тогда проходил службу, увидел афишу о предстоящих гастролях артиста. Обрадовался: наконец-то есть возможность побывать на его психологических экспериментах, а может, даже встретиться удастся, расспросить о той фотографии. Директор филармонии, уяснив цель моего визита, посоветовал: "Пройдите к Вольфу Григорьевичу после окончания выступления за кулисы. Фотография, уверен, будет ему интересна".

О феномене Мессинга в последние два десятилетия опубликовано немало рассказов и воспоминаний. Поэтому пересказывать сеанс психологических опытов в переполненном зале, когда мы, зрители, буквально замирали, а затем взрывались аплодисментами, нет нужды. Расскажу только о номере с моим косвенным участием. Вскоре после начала выступления Мессинг сошел в проход между рядами, остановился у кресла, где я сидел, и, кивнув мне (очевидно, каким-то образом вычислив из трехсот-четырехсот зрителей человека, беседовавшего о нем с директором филармонии), попросил дать что-либо. Я подал авторучку. Он ощупал ее своими тонкими пальцами, воскликнул: "О, подарок!" - и, предложив зрителям упрятать ее где вздумается, передал кому-то. После нескольких очередных номеров он прошел, напряженно вглядываясь, по залу, вывел на сцену дородную даму, попросил открыть сумочку и возвратить мне ручку.

Поговорить с маэстро после выступления не удалось: артистическая комната и подходы к ней были до предела заполнены жаждущими личного общения с магом. Протиснулся все же поближе, и он, заметив меня, дал знать, что на следующий день ждет меня в "Жорже" (так до освобождения Львова в июле1944 г. называлась лучшая в городе гостиница "Интурист"). Прибыл в назначенное время. В просторном номере были Мессинг и приветливая его помощница Валентина Иосифовна Ивановская. Представился и сразу же показал фотографию. Рассматривая снимок, Вольф Григорьевич быстро ходил по комнате (позднее отметил, что при малейшем волнении бьющая ключом внутренняя энергия мгновенно поднимала его со стула) и скороговоркой рассказывал: "Средства в фонд обороны я начал передавать в 42-м. Деньги у меня во время войны имелись: на концертах в Сибири, на Урале, Дальнем Востоке, да и везде, где выступал, залы были переполнены. Я просил использовать их для постройки самолетов. Сталин лично присылал мне благодарственные телеграммы".

На секунду-две задумался, затем забросал меня вопросами: "Почему вас заинтересовала эта тема? Как попала к вам книга? Кто эти летчики, что на снимке? Как сложилась их судьба? Живы ли они? Что стало с моим самолетом?". Тогда я был в состоянии определенно ответить лишь на два первых вопроса. Едва начал рассказывать, как Мессинг опередил меня: "Понятно, вы собираете материал для диссертации. А о судьбе самолетов и летчиков вы не знаете". Он произнес эти слова твердо, как бы поставил точку. И снова с неподдельным интересом всмотрелся в мои глаза: " А сможете ли вы узнать: участвовал ли мой самолет в боях? Живы ли эти юноши? Кто они, откуда? Как оказались в польском полку?".

Затем неожиданно для меня, как бы между прочим, сказал: "И не волнуйтесь, диссертацию вы вскоре защитите". Я пообещал найти ответы на эти вопросы. А он неожиданно спросил: "Вы читали мои заметки?". Мне припомнилось, как в одной из воинских частей, где находился в командировке, библиотекарь предложила номера журнала "Наука и религия", по ее словам, "с удивительно интересной вещью", и я за ночь "проглотил" воспоминания и раздумья Вольфа Мессинга под названием "О самом себе". Этот мой мысленный уход в прошлое лишь на мгновение вызвал заминку с ответом, но, похоже, Мессинг даже не заметил паузы. Он удовлетворенно кивнул и начал рассказывать о своей жизни. Эта беседа, если можно так ее назвать, ибо мое участие было минимальным, крепко "отпечаталась" в памяти. К тому же дома я записал ее, и теперь, когда о Мессинге в СМИ периодически появляются различные публикации, сравниваю услышанное из его уст с нынешними повествованиями и невольно отмечаю погрешности или неупомянутые подробности. Возможно, эти мои заметки покажутся читателям интересными.

Еще до начала Второй мировой войны, в 1937 г., Мессинг, а он жил тогда в Польше, публично заявил, что Гитлер свернет себе шею на Востоке. Эти слова, разнесенные антифашистскими изданиями, дошли до Гитлера. По приказу фюрера артиста объявили "врагом рейха", а его голову оценили в 200 тыс. марок - сумму по тем временам весьма значительную. После оккупации Польши фашистами в сентябре 1939 г. семью Мессингов - отца, четырех братьев, других родственников (мать умерла раньше от инфаркта) - арестовали и уничтожили в Майданеке. Мессинг, изменив внешность, скрывался в Варшаве, но однажды на улице был опознан офицером гестапо, схвачен, избит и препровожден в ближайший полицейский участок.

"Я понимал: если не вырвусь до прихода гестаповца с конвоем - конец, - вспоминал Мессинг. - Поэтому, не мешкая, стал демонстрировать полицейским свои способности. Они все, сколько их было тогда в участке, собрались в моей камере, я мысленно приказал им сидеть там, а сам выскользнул за дверь и задвинул железный засов. На улице могли появиться гестаповцы, поэтому пришлось выпрыгнуть со второго этажа через окно. Повредил обе ноги, но боль преодолел, скрылся".


Этот самолет был подарен Вольфом Мессингом истребительному авиаполку "Варшава".
Фото из архива Леонида ЛЮБИМСКОГО
Нетрудно представить досаду и озлобленность гестаповцев. В поисках беглеца они переворотили район Варшавы, где находился участок, усилили посты на выезде из города. Тщетно. Мессинг миновал заслоны, переправился через Западный Буг и сдался советским пограничникам. "Я показал листовки, где говорилось, что моя голова оценена так дорого, - продолжал артист. - Меня отвезли в Брест к пограничному начальству, затем - в горком партии. Там со мной беседовал приятный молодой человек - заведующий отделом культуры Абрасимов. Я, как только увидел его, сказал: "О, вы станете большим человеком!" (Предсказание Мессинга сбылось: Петр Андреевич Абрасимов стал известным дипломатом, доктором исторических наук, автором нескольких книг. - Прим. Л.Л.).

После беседы в горкоме Мессинга освободили от проверок и включили в бригаду артистов, работавшую в западных областях Белоруссии. Его выступления неизменно вызывали у зрителей неподдельный интерес, молва о необычном артисте ширилась. "Вскоре меня привезли к первому секретарю Центрального комитета компартии Белоруссии Пономаренко, - рассказывал Мессинг. - Беседа с ним была долгой. При мне он позвонил Сталину. Интересный, сказал, человек у меня в кабинете и еще что-то о моих способностях. Мне стало ясно: впереди - встреча со Сталиным".

Эта встреча и контрольные задания, которые выполнил Мессинг, чтобы убедить сталинское окружение в своих способностях, многократно описаны в публикациях последних лет. Поэтому передам его словами лишь один эпизод, который, полагаю, оказал серьезное влияние на судьбу артиста: "Беседуя со мной, Сталин подумал: "А хорошо бы этого Мессинга использовать на допросах шпионов: ничего те скрыть не смогут". Я тут же вскричал: "Товарищ Сталин! Ради бога, не надо! Я больше пользы принесу как артист". Сталин улыбнулся и назвал меня хитрецом. В конце концов мне разрешили продолжать выступать на эстраде".

Когда началась Великая Отечественная война, перед артистом встали вопросы: чем помочь своей новой Отчизне? Нужны ли людям в эту тяжкую пору его выступления с "психологическими опытами"? Оказалось, нужны. Его эвакуировали в Новосибирск, и вскоре он начал выступать в воинских частях, домах офицеров, клубах, госпиталях, цехах оборонных заводов, силой своего дарования внушая зрителям уверенность в разгроме фашизма, в победе. Как и многие советские люди, отсылал заработанные средства в фонд обороны. С 1944 г. первый из построенных на его деньги самолет - истребитель Як-7 - участвовал в боях. Его торжественно, в присутствии Мессинга, передали на аэродроме авиационного завода в Новосибирске летчику 13-го истребительного авиаполка ВВС Балтийского флота Герою Советского Союза капитану Константину Ковалеву. Самолет, на котором он ранее сражался, был к тому времени настолько исполосован фашистскими очередями, что его решили сохранить в музее как свидетельство отваги и мастерства летчика и надежности техники. На врученном новом истребителе Ковалев увеличил счет сбитых вражеских машин.

...Мессинг заметно разволновался и уже не ходил, а почти что бегал по комнате. Я вклинился в его речь: "А как родилась идея подарить самолет польскому авиаполку?". "Ванда Василевская (польская и советская писательница, в годы войны председатель созданной в Советском Союзе в 1943 г. антифашистской организации Союз польских патриотов в СССР. - Прим. Л.Л.), когда узнала, что один мой самолет уже на фронте, сказала: "Было бы хорошо, если бы ты и польскому авиационному полку "Варшава" тоже подарил самолет". Я так и поступил".

"Вы упомянули о телеграмме Сталина:", - напомнил я, чтобы поддержать разговор. - "Не об одной: у меня хранятся несколько его телеграмм. Я пришлю вам фотокопии". Вольф Григорьевич выполнил это обещание. (Интересно, что благодарственные телеграммы Сталина находили артиста по весьма неконкретным адресам, например: "Высшая правительственная. Владивосток, Дом военно-морского флота, Вольф-Мессингу".)

"А летчики полка "Варшава" принимали участие в боях?" - в свою очередь спросил артист. Я кратко рассказал о боевом пути этого авиаполка. Когда речь зашла об его участии в боях в Польше на Магнушевском плацдарме, Мессинг опять разволновался: "Так это же вблизи моего родного города Гура- Кальвария! Может, и мой самолет участвовал в этих боях!" - и взглянув на меня, добавил: "Жаль, что вы этого не знаете".

Мой вопрос о том, пришлось ли побывать на родине после окончания войны, повернул направление разговора к проблеме тогдашнего времени. "У меня есть большое желание побывать в Гуре-Кальварии, Варшаве, Кракове. Но пока не получается. И знаете, по какой причине? Из-за денег. Нет, денег и теперь у меня достаточно, но при выезде мне разрешают обменять на злотые всего пятьсот рублей! Вы представляете, - негодовал он, - Вольф Мессинг спустя столько лет появляется на своей родине с грошами в кармане? Нет, я поеду в Польшу только тогда, когда буду иметь столько злотых, сколько мне понадобится. Люди должны увидеть: приехал Мессинг!".

Более двух часов продолжалась беседа, пришла пора, как говорится, и честь знать. Мы обменялись адресами, договорились о встрече в Москве, Вольф Григорьевич доверительно сообщил придуманный им "код", лишь применив который можно было услышать в трубке его голос. В полученных мной письмах он не раз упоминал о планах посетить Польшу и узнать о судьбе летчика, воевавшего на подаренном им самолете.

21 февраля 1974 г. - это был последний год его жизни - в письме из Горького, куда он поехал "для лечения ног после всех испробованных московских способов", после поздравления в связи с годовщиной советских Вооруженных Сил он написал о желании проведать "родные места и, возможно, увидеть свой истребитель, если он где-то хранится в музее, или встретить кого-нибудь из летчиков, летавших на этом истребителе или знавших героев того времени". В отправленном 21 августа письме он повторяет: "Давно собираюсь съездить на короткий срок, дней на 10 или на две недели, на свою родину, в Польшу. Ну а если я там буду, мне хотелось бы иметь координаты летчика, который летал на построенном мною истребителе, переданном ВВС Польши, пожать его доблестную руку и иметь дружеский контакт с этим доблестным человеком".

К этому времени мне удалось собрать сведения о летчиках, совершавших боевые вылеты на подаренных Мессингом самолетах. Впрочем, о судьбе К.Ф. Ковалева артист был хорошо осведомлен. В начале июня 1944 г. он получил телеграмму командующего ВВС Балтийского флота генерал-лейтенанта М.И. Самохина с сообщением, что Ковалев прибыл "и благополучно бьет врага на вашем самолете". Сам Ковалев прислал Вольфу Григорьевичу письмо, в котором сообщил о том, что в газете "Летчик Балтики" опубликовал рассказ о своей поездке в Новосибирск за самолетом и встрече с артистом. Переписка между ними продолжалась и в послевоенное время.

А вот для поиска материалов о судьбе летчиков авиаполка "Варшава", изображенных на снимке, требовалось больше времени. Удалось установить, что справа на фото - Ежи Човницкий, курсант учебно-тренировочного отряда, с ноября 1943 г. летчик авиаполка "Варшава". Участвовал в боях на Висле, в Померании, несколько боевых вылетов совершил на самолете, подаренном Мессингом. Слева на фото - выпускник инженерного факультета Военно-воздушной академии имени Н.Е. Жуковского капитан Олег Матвеев. В 1943 г. он был назначен инструктором по стрелковому делу учебно-тренировочного отряда, готовившего польских летчиков. Вместе с ними выучился на летчика и был назначен помощником командира полка "Варшава" по воздушно-стрелковой службе. Совершил более 40 боевых вылетов. Погиб в бою за освобождение польского города Пила. О последних минутах жизни летчика польский историк Болеслав Долята оставил такое свидетельство: "Во время очередного боевого вылета над Пилой в самолет Матвеева попал вражеский снаряд. Летчик с трудом выровнял падающий самолет, направил его на немецкие танки и обрушился на них с огромной силой" (см. Boleslaw Dolata. Wyzwolenie Polski. 1944-1945. - Warszawa, 1971, с. 184). Был ли таран совершен на самолете, подаренном Мессингом? Возможно. Матвеев часто совершал вылеты именно на этом истребителе. Но достоверные данные получить не удалось.

В последнем письме, полученном мною, Вольф Григорьевич сообщил: "10 сентября 1974 г. мне исполнится 75 лет. Я хочу быть здоровым, работоспособным, самоходным к своему юбилею". Так сложилось, что приехать и лично поздравить юбиляра и передать ему собранные материалы в те дни не удалось. А когда во второй половине ноября приехал в Москву, то с горечью узнал, что после быстротечного воспаления легких несколько дней назад Вольф Мессинг ушел из жизни.

Леонид ЛЮБИМСКИЙ
кандидат исторических наук, полковник в отставке
Санкт-Петербург

Опубликовано в выпуске № 50 (166) за 27 декабря 2006 года

Нравится

Loading...
Комментарии
Ten Jak się nie rozbił latał nim autor książki "Jaki startują o świcie" były pilot 1 PLM Medard Konieczny Najsłynniejszym samolotem 1 PLM był zapewne Jak-1b z napisem fundacyjnym. W książce "Jaki startują o świcie" były pilot 1 PLM Medard Konieczny o samolocie tym napisał: "W dalekim Władywostoku mieszkał profesor Wolf Messing, nie posiadający co prawda żadnych polskich korzeni, ale darzący nas sympatią. W grudniu 1943 roku kupił on Jaka-1b i przekazał go w darze 1 Pułkowi Lotnictwa Myśliwskiego "Warszawa". (...) Tałdykin (...) przydzielił mi Jaka profesora Messinga. Samolot nosił numer boczny 48, a na kadłubie miał napis "Dar profesora Wolfa Messinga dla polskich lotników w ZSRR". Gdy odchodziliśmy na front, napis ten trzeba było zamalować, aby samolot nie różnił się od innych w pułku". Jak wynika jednak ze zdjęcia, które obejrzeć można na dole strony, napis brzmiał inaczej i wykonany był w dwóch językach. Na górze umieszczono napis polski: "Od polskiego patrioty prof. Wolf-Messinga polskiemu lotnikowi", pod spodem zaś rosyjski "Ot polskoga patriota prof. Wolf-Messinga polskomu lotcziku".
Добавить комментарий
Фото неделиФотоархив HD
Вручение аттестатов выпускникам Московского суворовского училища, суворовцам Военно-музыкального училища и воспитанницам Пансиона Министерства обороны России (Соборная площадь Кремля, 24.06.2017)

Максим Кустов
Ярослав Левин
Вниманию читателей «ВПК»
  • Обсуждаемое
  • Читаемое
  • Past:
  • 3 дня
  • Неделя
  • Месяц