Боевое крещение "мусульман"



ОФИЦЕРАМ ГРУ ХВАТИЛО ПЯТИ МЕСЯЦЕВ, ЧТОБЫ ПОДГОТОВИТЬ ЭЛИТНЫЙ СПЕЦНАЗ


Четверть века минуло с тех декабрьских дней 1979 г., когда советские войска вступили в Афганистан. Одновременно с вводом дивизий в соседнюю страну Кремль санкционировал операцию "Байкал-79" - по отстранению от власти афганского президента Хафизуллы Амина. За считанные часы спецподразделения КГБ СССР совместно со спецназом ГРУ и подразделениями ВДВ и погранвойск захватили 17 важнейших государственных объектов в Кабуле. В результате отдельной операции "Шторм-333" удалось за 43 минуты овладеть Тадж-Беком - хорошо укрепленным и тщательно охраняемым дворцом Амина... В ней непосредственно участвовало около 660 человек: 24 из группы "Гром" ("А"), 30 из группы "Зенит" (КУОС), 87 - 9-я парашютно-десантная рота 345-го опдп, 520 из 154-го отдельного отряда специального назначения (ооСпН) ГРУ ГШ. Как видим, из каждых пяти наших бойцов четверо - были из ооСпН. О тех событиях вспоминает полковник в отставке Олег ШВЕЦ, который являлся заместителем руководителя операции "Шторм-333" по линии спецназа ГРУ ГШ ВС СССР.
{{direct_hor}}
- Олег Ульянович, вы вместе Василием Васильевичем Колесником (впоследствии руководителем операции "Шторм-333") непосредственно участвовали в формировании 154-го ооСпН, более известного под названием "мусульманский батальон". С какой целью изначально создавался этот отряд? Каковы были критерии отбора людей?

- Для нас официальная версия была следующая: глава Демократической Республики Афганистан Нур Мухаммад Тараки, не доверявший своему окружению, обратился к нашему правительству с просьбой направить советское воинское подразделение в Кабул для охраны его дворца. С этой целью было принято решение сформировать 154-й ооСпН (так называемый "мусульманский батальон"), весь личный состав которого состоял, в основном, из узбеков, таджиков и туркмен, - чтобы они по внешнему облику и физическим параметрам ничем не отличались от коренных афганцев. (Как известно, представители этих национальностей проживают и в Афганистане.) Но о том, что эту часть готовят для охраны афганского руководства, не знал никто, кроме меня, Колесника и руководства ГРУ.


Дворец Тадж-Бек в Кабуле, где находилась резиденция Хафизуллы Амина.
Фото из книги ''Трагедия и доблесть Афгана''
Командиром 154-го ооСпН назначили капитана Хабиба Халбаева, узбека, который ранее проходил службу в 15-й отдельной бригаде спецназа ГРУ в Чирчике. На ее базе и стали готовить "мусульман". Большинство командиров подразделений являлись офицерами Среднеазиатского и Туркестанского военных округов. Солдат отбирали тоже в частях САВО и ТуркВО. Все они уже какое-то время прослужили: 6 месяцев, год и даже 1,5 года. Как правило, к нам попадали не самые крепкие физически воины - в основном из строительных частей или из хозяйственных подразделений линейных частей. Причина в том, что мы не могли афишировать, для чего мы готовим этих людей, а ведь любой командир хороших крепких солдат старается у себя придержать. Если и удавалось набрать механиков-водителей БМП-1, БТР-60 в мотострелковых частях, то стрелков, гранатометчиков и огнеметчиков мы готовили уже сами. Славяне были только в экипажах "Шилок" - парням из южных республик для обслуживания этой сложной техники просто не хватало образовательной подготовки. Обучение и общение между военнослужащими отряда осуществлялось на русском языке.

Но и из этого контингента мы все же создали, говоря современным языком, элитное подразделение. В мае 1979 года начали подбирать людей, к июню уже укомплектовали отряд. Мы имели ограничения по срокам: вначале - 3 месяца, потом нам добавили еще столько же времени. Поэтому мы не обучали солдат строевой подготовке, не проводили с ними политзанятия, а больше делали упор на физическую, огневую, тактическую подготовку, натаскивали в полевых условиях: проводили ротно-тактические учения и стрельбы изо всех видов оружия, обучали военной топографии. За эти полгода личный состав отряда выполнил более чем двухгодичную норму линейных подразделений по огневой подготовке и вождению боевых машин. Кроме того, мы немного подучили их фарси, чтобы они могли в случае чего слаженно действовать с афганцами - знали команды, владели военной терминологией.

За все это время у нас не было ни "отказников", ни жалоб на трудности со стороны рядового состава. Поначалу, правда, 6 солдат, которые попали к нам из ВДВ, начали было устраивать свои "десантные" порядки, но мы их немедленно перевели в мотострелковые части и у нас больше ни разу не возникало никаких проявлений дедовщины. На перевоспитание у нас времени не было. И еще: как ни проверял солдат особый отдел, буквально в последний момент перед отправкой в Афганистан из отряда откомандировали тех, чьи родители когда-то пришли из Китая и еще могли иметь там родственников.

Перед отправкой в Афганистан весь личный состав отряда переодели в афганскую форму без знаков различия. Я лично привез и показал начальнику Центрального вещевого управления ВС генерал-лейтенанту Федору Павловичу Петрову комплект афганской экипировки, по образцу которого и были пошиты первые 500 комплектов униформы для батальона.

Первоначально планировалось, что в Афганистане я буду исполнять должность командира отряда, а полковник Колесник поедет туда на год представителем ГРУ. Но Василий Васильевич сказал (и я его поддержал) начальнику ГРУ Петру Ивановичу Ивашутину, что во главе "мусульманского батальона" целесообразнее иметь командира-"мусульманина", а меня оставить при батальоне для поддержания связи с нашим резидентом в Кабуле. Петр Иванович согласился, и, в результате, я поехал в Афганистан в качестве "начальника особого отдела майора Сергея Ивановича Швецова", Колесник - "замкомандира батальона по боевой подготовке майора Колесова", а Юрий Иванович Дроздов (начальник Управления нелегальной разведки КГБ СССР) - "зампотехом капитаном Лебедевым". Афганцы потом спрашивали: "Почему у вас такой старый зампотех и все еще капитан?" Но мы с Колесником еще не знали, что нам предстоит устранять Амина, поэтому руководителем операции "Шторм-333" Василий Васильевич, как бывший командир бригады спецназа ГРУ, был назначен уже в Афганистане.

- 21 декабря "мусульманский батальон", ранее прилетевший в Афганистан, получил приказ занять оборону между двумя внешними кольцами охраны Тадж-Бека, а спустя два дня руководителям 154-го ооСпН и спецгрупп КГБ было поручено представить свои соображения по захвату дворца. В тот период афганцы догадывались о намерениях советской стороны?

- Мы же сами находились в своей лощинке перед дворцом, как в мышеловке. Поэтому они не могли и помыслить, что ничего с нами не смогут сделать. С разных сторон вокруг нас располагались 3 мотопехотных афганских батальона, 1 танковый батальон, зенитный полк, имевший вооружение строительный полк численностью 1000 человек. Недалеко, в окрестностях Кабула дислоцировались еще 2 пехотные дивизии и 2 танковые бригады, другие афганские части. В декабре был большой перепад температур, днем - до 15 градусов тепла, по ночам - до 30 холода, поэтому к захвату дворца мы, конечно, стали готовиться заранее: регулярно прогревали моторы боевых машин, запускали осветительные ракеты (сигналы, которые подаются во время ведения боевых действий в условиях радиомолчания). Поначалу, как только мы ракету запустим, на нас сзади из расположения зенитного полка направляют прожектора. Двигатели заведем - тут же командир афганской бригады охраны майор Джандад прибегает: "Зачем вы это делаете, не даете президенту спать?" Мы отвечали: "Поддерживаем боевую готовность. Иначе как же будем заводить технику, если сейчас моджахеды нападут?.."

Утром 27 декабря я поехал к Джандаду пригласить его с офицерами якобы на день рождения одного из наших военных советников. Подобные встречи уже были: многие афганцы когда-то учились в Советском Союзе, в частности, сам Джандад окончил Одесское зенитно-артиллерийское училище и неплохо говорил по-русски, водку пили, и, в общем, хорошо расслаблялись.

Мы решили по ходу фуршета организовать бескровный захват руководства афганской бригады, чтобы впоследствии облегчить себе боевую задачу. Но Джандад сказал, что в силу занятости он и его офицеры смогут подъехать к нам только вечером. Тогда я попросил его хотя бы отпустить наших военных советников - мол, мы застолье пораньше начнем. Джандад согласился, и мы забрали военных советников к себе. Может быть, этим я их и спас. Операция по захвату дворца была запланирована на 21.30, но спустя какое-то время мы вдруг заметили, что Джандад проводит рекогносцировку наших позиций. Мы доложили о его действиях своему руководству и порекомендовали перенести время операции на более ранний срок - ведь мы не знали, что предпримет афганская сторона вслед за рекогносцировкой.

После этого начало операции передвинули на 19.30. Хотя, по моему мнению, рекогносцировку афганцы тогда проводили просто на всякий случай, обеспокоенные попыткой отравления Амина, о которой большинство участников "Шторма-333" узнало намного позже.

- О действиях подразделений, участвовавших в операции "Шторм-333", написано много и подробно. И все же, как развивались события на вашем участке?

- У меня в распоряжении было всего около 150 бойцов: 2 роты "мусульманского батальона" и взвод десантников с ПТУРСами. Этими силами я должен был нейтрализовать часть охраны, разоружить личный состав находившихся поблизости афганских воинских частей, а также прикрыть группы захвата с тыла, если на помощь Амину придут пехотные дивизии или танковые бригады. Что мы и сделали: зенитный полк не произвел ни одного выстрела, строительный полк и танковый батальон - тоже. Более того, мы посадили свои экипажи в афганские танки и перегнали их в свое подразделение. Мне пришлось взять в плен многие сотни человек. Когда мы этих афганцев разоружили, то оружия у нас были горы. Я отделил от солдат унтер-офицеров и офицеров, посадил их всех на корточки в лощине, где было безопасно. После этого поставил кухню, организовал для них чай, сахар и сухари - показал нашу гуманность к ним, чтобы не спровоцировать с их стороны массовое бегство. Иначе, если бы они объединились и оказали сопротивление, то задавили бы нас голыми руками.

- А как повели себя в ходе операции военнослужащие срочной службы?

- В некоторых СМИ появлялась информация, что солдаты так называемого "мусульманского батальона" перед тем, как идти в атаку, становились на колени и молились Аллаху. Так вот я заявляю с полной ответственностью: ни одного такого случая, чтобы солдат помолился Аллаху или остановился, или повернул вспять, за весь бой не было. Наоборот, 23 солдата из 60 раненых отказались идти даже в медсанбат, остались в строю, продолжая выполнять боевую задачу. Никто из них не показал даже элемента трусости, боязливости или чего-то в этом духе.

Я горжусь всеми теми офицерами и солдатами, которые со мной были. И до, и после Тадж-Бека я прошел через многие подразделения, но такой спайки, такого серьезного отношения к порученному делу нигде не встречал - настолько люди чувствовали ответственность. За эту операцию многие военнослужащие "мусульманского батальона" получили боевые награды: 283 человека - медали "За боевые заслуги" и "За отвагу", 8 - орден Ленина, 9 - Красного Знамени (и я в их числе), 43 - орден Красной Звезды. Руководителю операции Василию Васильевичу Колеснику было присвоено звание Героя Советского Союза.

- Почему главный военный советник Султан Магометов и главный советник КГБ СССР Борис Иванов накануне операции "Шторм-333" отказались письменно утвердить план Колесника?

- Я по этому поводу думаю, что они не были уверены в успехе нашей предстоящей операции. Поэтому они первоначально не подписались, а когда задача была выполнена, они сами сказали Василию Васильевичу - ну, давай твой план, мы подпишем. Они это предложили! Но Василий Васильевич не дал им это сделать.

- Что в ходе операции и, в частности, во дворце Амина вам тогда запомнилось более всего?

- Первое, что меня поразило - а это было ориентировочно после 12 часов ночи, - большие разрушения, множество трупов. Но самое главное - я столько крови никогда в жизни не видел. Наш резидент потом мне рассказывал: "Олег, нам из посольства было все видно - я Берлин брал, там было такое же море огня!" После боя наступила относительная тишина: кто-то из бойцов еще ходил по дворцу, осматривал, кто-то сидел, в одной из комнат собрались уцелевшие родственники Амина. И вот в этой тишине вдруг слышу из шахты лифта душераздирающий крик, человек так не может кричать. А потом вдруг оттуда выскочил кот и куда-то убежал. Вот в тот момент у меня прошел мороз по коже.

В одном из помещений дворца лежал раненый афганец-охранник и на хорошем русском просил его пристрелить. Помощь ему не оказывали - своих раненых было столько, что не успевали обрабатывать и эвакуировать. Утром я вынес из дворца сначала убитого младшего сына Амина, потом старшего, тоже мертвого. Положил их рядышком, приказал солдатам завернуть каждого в отдельный ковер, но похоронить вместе неподалеку. Заместителю командира батальона капитану Мураду Сахатову была дана команда закопать тело убитого Амина. Он после этого мне предложил: пойдем, мол, покажу, где Амин лежит. Я ответил: не надо - всякое ведь в жизни бывает, а когда не знаешь, спишь спокойнее.

- Известно, что 9 января 1980 года 154-й ооСпН, передав боевую технику 40-й армии, убыл в СССР, к месту постоянной дислокации. Почему же "мусульманский батальон" не оставили для охраны нового афганского руководства, ведь изначально он для этого и создавался?

- Вопрос - оставить ли наш батальон для охраны Бабрака Кармаля или нет - решался долго. Отрицательную роль сыграло то, что наверху побоялись утечки информации. Поэтому "мусульманский батальон" вскоре расформировали, а его личный состав раскидали дослуживать по другим частям. И все равно американцы узнали, что Тадж-Бек штурмовал советский спецназ - фактически через 3 года. Кто-то кому-то что-то рассказал, а потом и в плен попадали наши солдаты... Я в это время в Германии был, когда наши ребята раздобыли американские инструкции по усилению роли спецназа на примере наших подразделений, выполнивших задачу в Кабуле в декабре 1979 года.

... При проведении операции "Шторм-333" пали смертью храбрых 6 и были ранены 35 бойцов 154-го ооСпН ГРУ ГШ ВС СССР.

Вадим УДМАНЦЕВ

Опубликовано в выпуске № 50 (67) за 29 декабря 2004 года

Нравится

Loading...
Комментарии
Добавить комментарий

Фото неделиФотоархив HD
Открытие посадочно-причального комплекса с вертолетной площадкой 10 декабря в Москве на Фрунзенской набережной

Вниманию читателей «ВПК»
  • Обсуждаемое
  • Читаемое
  • Past:
  • 3 дня
  • Неделя
  • Месяц

 

 

  • Верите ли вы в то, что падение курса рубля удастся остановить в 2015 году

Новости на сегодня