Версия для печати

Тайны второго фронта

Атаманенко Игорь
Оперативно-тактические уловки и стратегический блеф лежат в основе крупных военных операций. Этими «играми» полководцы всех времен и народов забавляются так давно, что придумать нечто новое для сокрытия своих сил и намерений становится все труднее. А мероприятия дезинформации должны проводиться с предельной осторожностью и тщанием, чтобы вместо введения в заблуждение противника не выдать собственные планы. Примером искусно разработанных многоходовых комбинаций стал ряд операций, проведенных английскими спецслужбами в ходе Второй мировой войны.


ДЛЯ ЕГО ОТКРЫТИЯ НАШИ СОЮЗНИКИ ПРОВЕЛИ МАСШТАБНУЮ ДЕЗИНФОРМАЦИЮ


Оперативно-тактические уловки и стратегический блеф лежат в основе крупных военных операций. Этими «играми» полководцы всех времен и народов забавляются так давно, что придумать нечто новое для сокрытия своих сил и намерений становится все труднее. А мероприятия дезинформации должны проводиться с предельной осторожностью и тщанием, чтобы вместо введения в заблуждение противника не выдать собственные планы. Примером искусно разработанных многоходовых комбинаций стал ряд операций, проведенных английскими спецслужбами в ходе Второй мировой войны.
{{direct_hor}}

На Тегеранской конференции «Большая тройка» – И. Сталин, Ф. Рузвельт, У. Черчилль – приняла окончательное решение открыть второй фронт
КОГДА НЕ ДО ШУТОК

Лазарь Каганович, будучи членом Военного совета, в 1942-м регулярно посещал передовые части Северо-Кавказского фронта. На вопросы бойцов о вероятной дате открытия второго фронта союзниками – США и Англией – «железный нарком» неизменно отвечал: «Все зависит от Уинстона Черчилля. Если бы он был членом ВКП (б), мы с товарищем Сталиным вызвали бы его к себе и сказали: либо ты открываешь второй фронт, либо кладешь партбилет на стол! Ну а так что с ним сделаешь?».

Нарком лукавил, действуя по принципу «Когда не до шуток, переводи все в шутку». Однако в каждой шутке – лишь доля шутки. А истина в том, что военно-политическая ситуация после Сталинграда изменилась так круто, что и английский премьер-министр, и американский президент вынуждены были срочно вернуться к плану вторжения в Европу, ибо «в Берлин надо успеть раньше русских!».

«БОДИГАРД» («ТЕЛОХРАНИТЕЛЬ»)

Более 70 лет советская историография всецело подчинялась политической целесообразности и была настолько избирательна в своих привязанностях, что зачастую подвергала забвению масштабные военные акции наших союзников во Второй мировой войне. Как это, например, случилось с «Бодигардом».

«Бодигард» – кодовое наименование общего плана мероприятий по дезинформации противника, разработанного и реализованного союзниками в рамках подготовки к наступлению в континентальной Европе. Другими словами, эти мероприятия были призваны ввести в заблуждение руководство вермахта относительно точной даты, времени, места и деталей вторжения в Южную и Северную Европу.

По твердому убеждению Черчилля и Рузвельта (но отнюдь не Сталина), именно эти мероприятия должны были обеспечить триумфальное открытие второго фронта. Собственно операция «Оверлорд» – высадка союзнических войск в Нормандии 6 июня 1944 года – в действительности являлась лишь финальным этапом многоходовой стратегической комбинации с общим названием «Бодигард».

Название общего плана мероприятий разработчики позаимствовали у Уинстона Черчилля, который сказал: «В условиях войны правда имеет столь высокую цену, что ее необходимо окружить телохранителями лжи».

«Бодигард» по-английски и есть «телохранитель».


Высадка десанта союзников на побережье Франции
Фото: REUTERS
ОПЕРАЦИЯ «МИНСМИТ» («МЯСНОЙ ФАРШ»)

Эта уникальная комбинация дезинформации проведена английскими спецслужбами с целью заставить немецкий генштаб поверить, что наступление войск союзников состоится в середине 1943 года на Балканах.

Согласно замыслу в руки противника должна была «случайно» попасть секретная информация о намерениях англо-американского командования. О том, что уловка удалась, кроме прочего свидетельствовала и поспешная переброска немцами дополнительных сил в Грецию.

* * *

Специалисты английской морской разведки «подготовили» труп человека, погибшего от переохлаждения. Его облачили в мундир майора королевской морской пехоты, набив карманы и бумажник денежными купюрами и личными бумагами на имя армейского курьера Уильяма Мартина. К запястью наручниками прикрепили портфель, где среди прочих секретных документов находилось указание английского генерального штаба фельдмаршалу Александеру провести подготовительные мероприятия для поддержки предстоящего вторжения союзников на Сардинию и в Грецию.

«Майора Мартина» обложили сухим льдом, поместили в герметический стальной контейнер и погрузили на британскую подводную лодку «Сераф». Членам экипажа (кроме командира!) объявили, что они транспортируют сверхсекретное метеорологическое оборудование к берегам Испании. После чего отобрали подписки о неразглашении сведений о маршруте и грузе.

Рано утром 30 апреля 1943 года подлодка всплыла вблизи городка Уэльва, что на берегу Кадисского залива. Командир Лайонел Р. Джуэлл лично вскрыл контейнер, надел на «майора Мартина» спасательный жилет и, зачитав 39-й псалом из библейского Псалтыря, опустил его в приливную волну. Вскоре труп оказался на берегу, именно в том месте, где, по расчетам англичан, его могли обнаружить испанские пограничники.

Агентам немецких спецслужб, наводнившим Испанию, стало известно, что уэльвские стражи обнаружили труп какого-то английского офицера.

Англичане обратились в МИД Испании с просьбой вернуть тело офицера, погибшего в результате авиакатастрофы и затонувшего в испанских территориальных водах. А чтобы сделать легенду более убедительной, «Таймс» опубликовала заметку о гибели нескольких офицеров, которые на самолете направлялись в Тунис, но потерпели аварию. Еще через день фамилия майора появилась в рубрике боевых потерь.

Тем временем немцы аккуратно вскрыли портфель, перефотографировали его содержимое, после чего официальные испанские представители передали его английским дипломатам.

Когда тело «майора Мартина» и все, что при нем находилось, передали англичанам, те сразу установили, что портфель вскрывали и документы из него вынимали. Безудержная радость охватила английский генеральный штаб, и в адрес Уинстона Черчилля полетела телеграмма: «Сэр, фарш проглочен!».

Позже начальник генштаба генерал Гастингс Л. Исмей вспоминал: «Результаты операции «Минсмит» превзошли наши самые оптимистичные ожидания. То, что нам удалось растянуть немецкую оборону по всей протяженности Европы, а из Сицилии ушли боевые корабли, можно считать великим достижением!».

План операции, которая не только направила гитлеровцев по ложному пути, но и помогла сберечь тысячи жизней, разработал капитан 1-го ранга английского адмиралтейства Монтагю Юэн Эдвард Сэмюэл. В 1945–1973 годах он занимал пост главного прокурора ВМС Великобритании. В 1953-м написал книгу «Человек, которого не было» (The Man Who Never Was), в которой подробно описал все перипетии, связанные с операцией «Минсмит».


Генерал Д. Эйзенхауэр: последние установки десантникам перед операцией
Фото: REUTERS
* * *

Высадившись в Сицилии, англо-американские войска, вяло постреливая, в течение шести месяцев добирались до Рима. А куда спешить? Ведь каких-то героических акций они все равно не планировали да и были ли на них способны?

Сталин, выступая на пленарном заседании Тегеранской встречи «Большой тройки» (28/XI–1/XII 43 г.), так оценил итальянскую кампанию союзников: «Освобождение Средиземного моря для судоходства, конечно, имеет большое значение. Вместе с тем мы считаем, что дальнейшее продвижение вверх по полуострову не даст каких-нибудь ощутимых результатов. Ведь Альпы представляют собой почти непреодолимый барьер, как это в свое время установил наш знаменитый соотечественник полководец Александр Суворов... Вступление Турции в войну, возможно, поможет открыть путь на Балканы, но Балканы расположены далеко от территории собственно Германии и единственный прямой путь для нанесения удара по ней лежит через Францию и только через Францию...»

Черчилль поспешил заверить Сталина, «что он, как и президент Рузвельт, уже давно согласился с необходимостью произвести вторжение войск через Ла-Манш. Более того, чтобы обеспечить успешное наступление в Нормандии, уже в полном объеме начали реализовывать мероприятия дезинформирования противника».

ОПЕРАЦИЯ «ФОРТИТЬЮД» («СТОЙКОСТЬ»)

4 мая 1944 года на военном аэродроме Гибралтара приземлился личный самолет английского премьер-министра. В проеме двери показался высокий седовласый господин. И хотя он был в штатском, вытянувшиеся во фрунт солдаты почетного караула сразу узнали в нем фельдмаршала Бернарда Лоу Монтгомери – его фото в последнее время не сходило с первых полос ведущих газет Англии и США.

Впрочем, в появлении фельдмаршала не было ничего удивительного. Вполне возможно, что он прибыл для проведения чрезвычайной инспекции или для того, чтобы лично руководить вторжением союзных войск на континент через южную Францию, как знать? Удивительно другое: старина Монти, как звезда подиума, выставлял себя на всеобщее обозрение, полностью игнорируя элементарные правила конспирации.

Много лет спустя станет известно, что спектакль с визитом английского фельдмаршала был разыгран исключительно для одного зрителя – немецкого шпиона, действовавшего на Гибралтаре. Как и предполагали сотрудники МИ5 (английская контрразведка), тот немедленно доложил своему берлинскому оператору о появлении на гибралтарском опорном пункте высшего офицера английского генштаба.

Визит фельдмаршала подсказал генеральному штабу в Берлине мысль о необходимости продлить дислокацию семнадцати дивизий вермахта в южной Франции. Ведь неизвестно, какие последствия таит в себе приезд Монтгомери на Гибралтар.

Фельдмаршал Герд фон Рундштедт, командовавший Западным фронтом, был единственным из руководства вермахта, кто расценил появление Монтгомери на Гибралтаре как ловкий трюк. Но даже ему не могла прийти в голову мысль, что под личиной старого вояки скрывался его двойник – капитан Майрих Эдвард Джеймс, начальник финансовой службы королевских сухопутных войск. Ищейки из МИ5 «вышли» на него, когда он исполнял роль фельдмаршала в спектакле армейского театра. А визит в Гибралтар был всего лишь одним из нескольких обманных маневров, в которых капитан играл едва ли не главную роль. Перед этим он, загримированный фельдмаршалом, побывал в Дувре, то есть вблизи пролива Па-де-Кале. Именно оттуда, по предположениям немецких генералов, и должны были начать наступление англо-американские войска. А так как город буквально кишел немецкими шпионами, не возникало никаких сомнений, что Берлин будет немедленно уведомлен о визите «Монти».

Эти спектакли (или два действия грандиозного спектакля?!), призванные дезориентировать немецкое верховное командование, получили название «Операция «Фортитьюд-Юг» и «Фортитьюд-Север». Обе являлись составной частью общего плана «Бодигард».

* * *

О том, что спланированная разведслужбами союзников оперативная игра удалась, свидетельствует хаотичное распределение немцами своих сил и средств по фронту огромной протяженности. Достаточно сказать, что десять отборных немецких дивизий без всякой пользы были рассредоточены на юге Франции, на итальянском ТВД и даже на побережье Бискайского залива.

Фельдмаршал Эрвин Роммель по-прежнему ожидал удара из Англии через Па-де-Кале, преодолеть который для быстроходных торпедных катеров было делом нескольких минут. Для того чтобы укрепить Роммеля в его предположениях, вблизи Дувра были размещены переправочные средства, большое количество танков, автомашин, тягачей и амфибий, изготовленных из резины. Такую «технику» легко переносили два человека.

Словом, усилиями ограниченного воинского контингента, при помощи нескольких грузовиков и пары компрессоров, которые надували резиновые муляжи, союзники сумели создать видимость массового сосредоточения войск, готовых к высадке и захвату плацдарма на занятом немцами берегу Па-де-Кале.

Большую роль в дезинформации играло радио. Немцы придавали огромное значение прослушиванию и перехвату союзнического радиообмена на территории Англии для определения дислокации различных частей. Этим и воспользовались дезинформаторы. Специальные радиоподразделения изображали радиопереговоры частей, якобы готовящихся к осуществлению операции с использованием амфибий. При этом применялись позывные штабов мифических дивизий и армейских корпусов.

Сотрудники МИ5 перевербовали 240 немецких шпионов, заброшенных в Англию, превратив их в двойных агентов. После войны в папке секретных документов немецкого адмиралтейства были обнаружены более тысячи агентурных сообщений с указанием времени и места высадки войск союзников: «Июль 1944 года, район Па-де-Кале». Немудрено, что еще в течение двух недель после начала вторжения союзников через Ла-Манш в Кале оставалось 19 (!) немецких дивизий. А все потому, что руководство вермахта было уверено: главные силы должны вторгнуться именно там, все остальное – лишь отвлекающий маневр.

Английские историки считают, что операции «Минсмит» и «Фортитьюд» были самыми грандиозными блефами Второй мировой войны, которые сыграли важнейшую роль в подготовке высадки союзных войск в континентальной Европе.

Игорь АТАМАНЕНКО

Опубликовано в выпуске № 23 (289) за 17 июня 2009 года

 

 

Вниманию читателей «ВПК»

  • Past:
  • 3 дня
  • Неделя
  • Месяц