Версия для печати

Венгерские страницы Белого движения

Соколов Борис

Вошедшие в сборник «Алексей фон Лампе – военный агент барона Врангеля в Венгрии» документы относятся к 1921–1927 годам. Материалы, включая обширные комментарии и малоизвестные факты биографий отдельных исторических лиц, дают хорошее представление о жизни русской военной эмиграции в 20-е годы.

«Алексей фон Лампе – военный агент барона Врангеля в Венгрии». Сборник документов. М., АИРО-XXI, 2012, 536 стр.

Вошедшие в сборник «Алексей фон Лампе – военный агент барона Врангеля в Венгрии» документы относятся к 1921–1927 годам. Материалы, включая обширные комментарии и малоизвестные факты биографий отдельных исторических лиц, дают хорошее представление о жизни русской военной эмиграции в 20-е годы.

Фрагменты дневника фон Лампе, его переписка с Врангелем и другими деятелями русской белой эмиграции, главным образом военными, – практически все документы публикуются впервые. Сборник подготовлен известным венгерским историком Аттилой Колонтари. Материалы взяты из фонда 5853 (Фонд генерал-майора Алексея Александровича фон Лампе) Русского заграничного исторического архива, ныне хранящегося в ГАРФе.

«Алексей фон Лампе – военный агент барона Врангеля в Венгрии»

Очевидно, что Лампе испытывал симпатии и к Венгрии – стране победившего Белого движения, и к адмиралу Миклошу Хорти – его вождю. Лампе записал вполне откровенные антикоммунистические и антисемитские высказывания Хорти во время их первой встречи в марте 1921 года: «Сейчас до вас у меня был человек, который читал за границей газеты о белом терроре. У него волосы становились дыбом, все это неправда – я уничтожал мало. Конечно, я не мог этого избегнуть, если бы я был слаб, то на другой день из Вены вернулись бы большевики обратно, учитывая, что у нас безопасно и пролилась бы кровь рабочих. Но негодяев уничтожал, не останавливаясь. Я не допускал погромов, я не отчаянный антисемит, но я считаю, что все зло в мире от евреев. Я понимаю, что между ними есть порядочные люди, как есть негодяи между христианами, но все-таки я убежден, что все зло от евреев». «Оригинальна его оценка пропаганды, которую мы, по его словам, никто не знаем, – пишет Лампе. – Он говорит, что если бы вообразить Троцкого, приглашенного в его комнату и получившего задачу сделать путем пропаганды китайского императора королем французов, то тот подсчитал бы на бумаге и потом бы объявил, что это будет стоить 375 000 000 золотом, то он это выполнил бы! Он подчеркнул свою веру в силу пропаганды!».

Отметим справедливости ради, что белый террор в Венгрии был ответом на проводившийся ранее там красный террор.

По иронии судьбы одной из главных целей своей миссии в Венгрии фон Лампе считал организацию встречи Врангеля и Хорти. Но когда в мае 1927 года эта встреча состоялась, сам фон Лампе уже стал Венгрии персоной нон грата из-за ряда скандалов, связанных с распрями в эмигрантской среде. По свидетельству Алексея Александровича, встречей с Хорти Врангель «остался более чем доволен! По его словам, там полное понимание необходимости создания общего фронта против большевиков и только сетование на то, что Венгрия по своему значению этого сделать не может». К тому времени Врангель осознал, что ни Венгрия, ни Болгария, как бы их правительства ни симпатизировали белому делу, помочь в организации новой интервенции практически ничем не смогут. Их армии были сокращены до минимума и находились под контролем держав Антанты.

Венгрию фон Лампе рассматривал как возможное место для размещения основных сил Врангеля, а в будущем надеялся, что русская и венгерская армии будут вместе сражаться в новом общеевропейском походе против большевиков. Очень скоро нереальность плана размещения врангелевцев в Венгрии стала очевидна. В этой стране, лишившейся в результате Трианонского мирного договора более половины своей территории, в лагерях ютились сотни тысяч венгерских беженцев с отторгнутых земель. Добавлять к ним еще добрую сотню тысяч русских беженцев Хорти не желал, хотя фон Лампе и удалось пристроить в Венгрии 250 последних «галлиполийцев».

Личность Врангеля его представитель в Венгрии оценивал достаточно критически: «Врангель никого не любит и никого не ценит, только тех, кто ему нужен. Таков он был всегда и, зная это хорошо, можно с ним работать». Тем не менее только во Врангеле фон Лампе видел вождя армии, способного повести ее на борьбу с большевиками, и оставался ему верен до самой смерти барона. Иллюзии о возможности возобновления в России Белого движения при поддержке иностранных держав сохранялись у фон Лампе вплоть до середины 20-х годов. Надежды на новую интервенцию появились после разрыва советско-британских дипломатических отношений в 1927-м. В связи с этим Колонтари отмечает: «Хотя разрыв и ряд других событий в речах Сталина и других советских лидеров были истолкованы как рост военной угрозы против СССР, на самом деле никакая военная интервенция ни с участием остатков армии генерала Врангеля, ни без него не планировалась. Ни великие державы, ни «лимитрофы» к таковой не готовились. Попытка Великобритании создать антисоветский блок государств тоже не увенчалась успехом».

В 1937 году фон Лампе писал: «В СССР жертвами теперь являются те, кого мы и сами без колебаний повесили бы». В то же время в марте 1924 года, комментируя оказавшееся ложным сообщение о раскрытии в СССР «организации Тухачевского» и аресте многих ее членов, Алексей Александрович записал в дневнике: «Это меня очень угнетает, так как на них я возлагал большие надежды!». Он, как и другие белогвардейцы, очень рассчитывал на бонапартистский переворот в СССР и в связи с этим признавался: «Мне кажется, что монархистам придется перейти к идеям прямого бонапартизма, то есть признать царем того, кто будет иметь силу и дерзость им сделаться, в этом случае наше эмигрантское положение плохо, так как, конечно, это возможно только внутри самой России! Ну да все равно, пусть хоть Буденный или Тухачевский!». По этому поводу Колонтари считает, что фон Лампе «особенно большие надежды в этом отношении возлагал на Тухачевского как его бывшего однополчанина по Семеновскому полку. В этом, несомненно, играли роль слухи, распространенные агентами ИНО ОГПУ о популярности в рядах Красной армии Тухачевского и о его якобы бонапартистских настроениях». Эти слухи потом Тухачевскому вышли сильно боком, когда он и его соратники были расстреляны по ложному обвинению в «военно-фашистском заговоре».

Дневник, который Алексей фон Лампе вел на протяжении 20 лет, однозначно является ценным источником истории русской военной эмиграции. Очевидно, настало время издать его полностью.

Опубликовано в выпуске № 8 (526) за 5 марта 2014 года

Loading...
Загрузка...

 

 

  • Past:
  • 3 дня
  • Неделя
  • Месяц