Версия для печати

Соколы полковника Соколенко

Фаличев Олег
В 1990-е гг. Российская армия болезненно переживала период коренных перемен. Причем, зачастую, отнюдь не позитивных. Особенно болезненно, пожалуй, они ударили по системе отечественного военного образования: были расформированы десятки вузов, уволились сотни опытных преподавателей. И все же остались учебные заведения, где сумели сохранить все самое лучшее и ценное: традиции и опыт, преподавательский состав, материальную базу.


ЗА 60 ЛЕТ СУЩЕСТВОВАНИЯ БАЛАШОВСКИЙ УЧЕБНЫЙ АВИАЦИОННЫЙ ЦЕНТР ПОДГОТОВИЛ 14 ТЫСЯЧ ПИЛОТОВ


В 1990-е гг. Российская армия болезненно переживала период коренных перемен. Причем, зачастую, отнюдь не позитивных. Особенно болезненно, пожалуй, они ударили по системе отечественного военного образования: были расформированы десятки вузов, уволились сотни опытных преподавателей. И все же остались учебные заведения, где сумели сохранить все самое лучшее и ценное: традиции и опыт, преподавательский состав, материальную базу.
{{direct_hor}}
Подобное я впервые увидел собственными глазами и испытал, признаться, не самые приятные ощущения. На взлетно-посадочную полосу, вынырнув прямо из-под низких облаков, пытался сесть Ан-26 с отказавшим двигателем, о чем свидетельствовали обессиленно замершие лопасти винта.

Однако воздушное судно благополучно дотянуло до ВПП, и через несколько мгновений колеса шасси удивительно легко коснулись бетонки. А когда машина остановилась, из нее вышел пилот и доложил начальнику Балашовского учебного авиационного центра подготовки летчиков дальней и военно-транспортной авиации полковнику Виктору Соколенко об... успешном выполнении учебного задания.

"ШТУЧНЫЙ ТОВАР"

Я оказался в этот момент рядом с Виктором Николаевичем на краю рулежной дорожки и вместе с ним слушал спокойный, аргументированный отчет без пяти минут летчика пятикурсника Вячеслава Сычугова. Чувствовалось: для него все то, что произошло на моих глазах, - самая обычная вводная одного из обычных учебных полетов.

Впрочем, справиться с таким испытанием по плечу далеко не каждому. А потому отбор своих будущих питомцев центр проводит очень тщательно. Авиации надо служить до самозабвения, и способны на это только подлинные фанаты своего дела. Которыми, кстати, зачастую становятся по наследству. К примеру, у того же Славы Сычугова отец - классный летчик, прошел Афганистан, награжден орденом Красной Звезды. Но и обучение в УАЦПЛ организовано по передовым методикам. Не случайно курсант-балашовец Максим Гусев стал обладателем стипендии правительства РФ (отнюдь не все вузы Минобороны могут похвастать тем же).

Сегодня в центре - летный день. Согласно плановой таблице за штурвалами работают 26 курсантов. Продолжительность полета по кругу составляет всего 12 минут, полета в зону - 40-50 минут (среди других заданий - и вводная на посадку самолета с остановившимся двигателем, которую мне довелось наблюдать). Однако подготовка к ним занимает куда больше времени и проводится всегда сверхтщательно.

Заместитель командира учебно-авиационного полка и руководитель полетов подполковник Андрей Зюзин выслушал доклады начальников служб, в которых важно было все: высота полета, дистанция между машинами, погода и наличие птиц в районе аэродрома. Кстати, эти доклады, как впоследствии и переговоры с экипажами, документировались: ответственность в случае чьей-либо ошибки должна быть персональной.

Хотя тут стараются работать без ошибок. Заместитель начальника центра полковник Юрий Жуков рассказал мне историю о том, как всего секунды отделяли его бывшего соученика, уже опытного офицера, от неминуемой гибели. Именно столько времени, как потом установила комиссия, оставалось для принятия решения после возгорания двигателя. Едва пилот катапультировался, рванули топливные баки.

Летчики - это "штучный товар". Пусть простят меня авиаторы за такое сравнение, но оно, думается, очень верное. Курсанты по-разному могут повести себя в схожих условиях обстановки. Однако каждый из них должен быть готов мгновенно среагировать на непредвиденные обстоятельства в полете. Это качество не дается с рождением. Есть только предпосылки, задатки, которые надо развить. Неудивительно, что в центре один офицер-инструктор приходится не более чем на 4-5 обучаемых. Не зря говорят, что подготовка одного летчика равносильна подготовке двух кандидатов наук.

ЛЕТНАЯ ALMA-MATER

В 1944 г. в соответствии с постановлением Государственного комитета обороны была сформирована 2-я Балашовская авиационная школа пилотов Красной Армии. В июле 1945 г. она переименована в военное авиационное училище летчиков, которое в 1959 г. стало высшим. В 1998 г. училище переименовано в военный авиационный институт. За боевые подвиги 128 его питомцев удостоены звания Героя Советского Союза, 8 - Героя России, 27 повторили подвиг Гастелло, 5 - совершили воздушные тараны. Среди выпускников 3 летчика-космонавта - Геннадий Сарафанов, Вячеслав Зудов, Владимир Коваленок - бывший главком ВВС Петр Дейнекин, другие известные в стране люди.

В 2001 г. Балашовский военный авиационный институт преобразован в учебный авиационный центр подготовки летного состава и 4-й авиационный факультет (дальней и военно-транспортной авиации) Краснодарского военного авиационного института имени А. К. Серова.

Центр сегодня организационно состоит из двух учебных авиаполков, один из которых базируется на территории г. Ртищево, другой - в Балашове. Есть еще ряд обеспечивающих частей. Ртищевский полк обучает курсантов 4-го курса на самолетах Ан-24 и Л-410, Балашовский - курсантов 5-го курса на самолетах Ан-24 и Ан-26. Готовят здесь летчиков для военно-транспортной, транспортной, дальней бомбардировочной, противолодочной и морской ракетной авиации Вооруженных Сил, а также для авиации других министерств и ведомств РФ. Ежегодный выпуск - от 100 до 150 человек.

15 июля Балашовскому УАЦПЛ исполняется 60 лет. Как говорит его начальник полковник Виктор Соколенко, это не просто юбилей центра как правопреемника училища. Это - и 60-летие Балашовского ап, и 55-летие Ртищевского ап, 50-летие авиационно-технической базы. Все они дали стране более 14 тыс.(!) пилотов. Балашовцы летают сегодня практически во все точки мира, и их востребованность год от года только растет. В 2003-м, например, даже не удалось удовлетворить потребности всех заказчиков. Что касается качества работы Балашовского учебного центра, то по итогам того же 2003-го он занял первое место среди более чем десяти частей и центров Краснодарского военного авиационного института. А из 17 летчиков-выпускников 3-го класса 16 оказались балашовцами.

Важно и то, что самые трудные времена здесь, судя по всему, уже позади. Так, в 1995-1997 гг. просто катастрофически не хватало керосина. Бывало, начинали выполнять учебные полеты и останавливали их, потому что не подошла давно обещанная цистерна с горючим. А когда она, наконец-то, прибывала, нечем было заплатить железной дороге за транспортировку и отгрузку.

С содроганием здесь вспоминают год "холостого" выпуска - 1999-й. Юным лейтенантам вручали дипломы и почти сразу же их увольняли из Вооруженных Сил. Как рассказывают офицеры, стыдно и больно было смотреть в глаза этим ребятам. Кто-то осел на "гражданке", кто-то на всю жизнь остался танкистом, пройдя, как говорят в авиации, точку возврата...

Сегодня практически нет проблем и с ГСМ. С каждым годом растет налет у курсантов. Если в недавнем прошлом у некоторых из выпускников он составлял всего 17 часов, то сейчас у каждого за сотню. Более того, у все большего числа без пяти минут летчиков норма - 160-180 часов. Хотя для боевой авиации желательно иметь около 300 часов: именно эта магическая цифра дает возможность выпускать курсантов уже специалистами 3-го класса. Но уже сегодня, как уже говорилось выше, такие прецеденты имеются.

Бесспорно, проблем хватает доныне. Одна из главных - состояние авиатехники.

- Конечно, хотелось бы иметь побольше учебных самолетов, - говорит полковник Виктор Соколенко. - И чтобы они были поновее. Хотя плюс есть также в том, что они эксплуатируются довольно давно: мы их хорошо изучили. С другой стороны, любой летчик всегда мечтает летать на самой современной технике. Но пока об этом речь даже не идет. Сроки эксплуатации остающихся в строю самолетов постоянно продлеваются. Но бесконечно это продолжаться не может. Значит, уже сегодня соответствующим службам и управлениям Минобороны, как и правительству, законодателям, надо что-то срочно делать. Ведь рано или поздно авиапарк придется менять. Хотя, судя по заявлениям должностных лиц и Программе вооружения, это произойдет не ранее 2010 г.

Все чаще в последнее время появляются вопросы и по уровню подготовки летно-инструкторского состава. Если еще несколько лет назад курсантов обучали летчики-инструкторы 1-го и 2-го класса, то теперь, в основном, - 2-го и 3-го. Так уж получилось. Но за годы реформ в ВВС оказалось обескровлено среднее звено. Кроме того, многие пилоты нашли свое призвание в боевых частях.

Говоря о перспективах развития центра, нельзя не упомянуть, конечно, о социальных проблемах, без которых трудно рассчитывать на закрепление кадров инструкторов. Речь прежде всего о строительстве жилья для офицеров. К сожалению, когда-то заложенный военными строителями единственный жилой дом уже несколько лет не растет из-за проблем с финансированием. А сегодня в гарнизоне около 300 бесквартирных семей. Это почти четвертая часть списочного состава, что достаточно много. Не приходится постоянному составу центра рассчитывать на выделение жилья и в городе Балашове, поскольку ситуация там в этом отношении не лучше. Справедливости ради, надо сказать, что в Ртищевском полку этот вопрос решается значительно лучше: в ближайшее время там должен быть сдан жилой четырехподъездный дом.

Перед отъездом спросил начальника центра о людях, которых он мог бы особо выделить. На это полковник Соколенко ответил: в авиации каждый человек на особом счету, какую бы должность он ни занимал. Сам он налетал более 3000 часов и уверен: успех в воздухе куется на земле. Здесь каждый на своем посту вносит в это посильную лепту. Очень много ответственности лежит на командире полка - основной административно-хозяйственной и тактической единицы ВВС. Но в не меньшей степени исход полета зависит, скажем, от авиационного механика, других специалистов.

Особая категория - преподаватели, летчики-инструкторы. "Не могу в этом отношении не вспомнить высочайшую школу своего инструктора Евгения Ивановича Потопляка, - говорит полковник Соколенко, - таких опытных наставников, как Жихарев, Башкиров. Они меня многому научили".

Не менее 15% курсантов начальник центра должен проверить лично. А это невозможно сделать, не летая. Так что не зря на кителе у Виктора Николаевича значок заслуженного военного летчика России.

Относиться к профессии как к делу всей жизни... Это, может быть, и есть одна из главных инструкторских заповедей. Порой по-настоящему осознавать ее питомцы центра начинают лишь спустя несколько лет. О своей аlma-mater, полученных там профессиональных и нравственных уроках они будут помнить всегда.

Олег ФАЛИЧЕВ
Балашов-Москва

Опубликовано в выпуске № 23 (40) за 23 июня 2004 года

Loading...
Загрузка...

 

 

  • Past:
  • 3 дня
  • Неделя
  • Месяц