Версия для печати

На смену гвардейским минометам

Носовицкий Григорий
55 лет тому назад, 22 марта 1951 г., была принята на вооружение первая послевоенная реактивная система залпового огня (РСЗО) М-24. Она предназначалась для замены РСЗО М-31.


ПЕРВАЯ ПОСЛЕВОЕННАЯ РЕАКТИВНАЯ СИСТЕМА ЗАЛПОВОГО ОГНЯ


55 лет тому назад, 22 марта 1951 г., была принята на вооружение первая послевоенная реактивная система залпового огня (РСЗО) М-24. Она предназначалась для замены РСЗО М-31.
{{direct_hor}}
Известна весьма высокая эффективность действия советских РСЗО М-13, М-8 и М-31, которые широко применялись во время войны под названием "гвардейские минометы". Высокая эффективность их применения достигалась за счет массированности огня (большого количества снарядов в залпе боевой машины) и высокой мобильности самоходных пусковых установок.

Столь эффективного оружия не было тогда ни у нашего противника - Германии, ни у наших союзников в войне - Англии и США. Их реактивные установки имели всего 6-10 стволов и монтировались, как правило, на буксируемых прицепах. Система М-31, включавшая самоходную боевую машину БМ-31-12 с 12 стволами и фугасный снаряд М-31УК c мощным разрывным зарядом массой около 30 кг, успешно применялась для подавления укрепленных пунктов, разрушения дзотов и других инженерных сооружений. Однако она, как и другие РСЗО военного времени, имела ряд существенных недостатков.

НЕДОСТАТКИ СИСТЕМЫ М-31

К числу главных недостатков системы М-31 относились ее недостаточная дальность стрельбы (4 км), требовавшая для выполнения боевых задач выдвижения боевых машин на небезопасные позиции, близкие к району боевых действий; высокое рассеивание снарядов, приводившее к их большому расходу при выполнении боевых задач; ограниченный диапазон температур боевого применения и совершенно неудовлетворительные эксплуатационные характеристики снарядов, не обеспечивавшие длительного хранения из-за их негерметичности. С последним недостатком можно было мириться во время войны, когда снаряды не залеживались и быстро шли в дело, однако он был абсолютно неприемлем в мирное время при создании резервов вооружения. Применявшийся в снаряде взрыватель ГВМЗ-1 не был безотказен в действии и безопасен в обращении. В качестве ходовой части БМ-31-12 применялись автошасси иностранных автомобилей, получаемых по ленд-лизу, что было недопустимо в мирное время, так как ставило бы нас в зависимость от интересов иностранных производителей.

Посмотреть рисунокРеактивная система залпового огня БМ-24.
Рисунок из архива автора

Указанные недостатки системы М-31 должны были быть устранены в новой РСЗО М-31А (в дальнейшем изложении будем называть ее М-24 - именем, присвоенным системе при принятии на вооружение). Разработка новой системы и ее снаряда была возложена постановлением Совета Министров СССР от 7 мая 1947 г. №1401-370 на Конструкторское бюро №2 Министерства сельскохозяйственного машиностроения (КБ-2 МСХМ).

Разработка боевой машины системы М-24 (БМ-24) возлагалась на Государственное специальное конструкторское бюро Министерства машиностроения и приборостроения (ММиП).

Заказчиком систем залпового огня являлось Главное артиллерийское управление Вооруженных Сил (ГАУ ВС), которое выдало головному разработчику системы - КБ-2 МСХМ - тактико-технические требования, утвержденные 25 апреля 1947 г. командующим артиллерией Советской армии главным маршалом артиллерии Н.Н. Вороновым. Утвержденными ТТТ ГАУ задавались следующие основные характеристики системы М-24 (в сравнении со штатной системой М-31). (См. таблицу.)

Из приведенного сравнения видно значительное преимущество вновь разрабатываемой системы М-24 перед "старушкой" М-31. В конце 1946 г. еще до утверждения ТТТ КБ-2 разработало проекты 4 вариантов снаряда М-24: двух оперенных, у которых стабилизация в полете осуществлялась с помощью хвостового стабилизатора, и двух турбореактивных, стабилизируемых вращением, обеспечиваемым истечением пороховых газов из двигателя через косо поставленные сопла. Такое многообразие разработанных вариантов объяснялось, в частности, тем, что ранее не были проведены сравнительные исследования двух указанных способов стабилизации реактивных снарядов.

Все снаряды немецких систем залпового огня использовали турбореактивный принцип стабилизации в полете (кроме скопированного советского снаряда М-8), тогда как все наши снаряды были оперенными (кроме скопированного у немцев ленинградскими блокадниками 280-миллиметрового турбореактивного снаряда).

КАКОЙ СНАРЯД ЛУЧШЕ?

Поскольку во время войны превосходство наших систем залпового огня было очевидным, разработчики сочли, по-видимому, использование немецкого опыта в области РСЗО нецелесообразным. При этом не было учтено, что преимущество наших РСЗО достигалось за счет многозарядности и мобильности пусковых установок, а не за счет качеств наших оперенных РС. Такое пренебрежение немецким опытом дорого обошлось нам. При создании снарядов к РСЗО с относительно небольшими дальностями стрельбы было затрачено много времени и средств на бесплодные попытки отработки оперенных снарядов, которые не обеспечили достижения заданных требований по кучности стрельбы, что в конечном счете вынудило перейти к отработке турбореактивных снарядов. Эти снаряды были менее подвержены влиянию разброса метеоусловий и прежде всего порывов ветра на рассеивание траекторий полета и точек падения снарядов и потому позволили обеспечить более высокую кучность боя.

Несмотря на то что ни один из четырех разработанных вариантов снаряда М-24 не соответствовал заданным ТТТ ГАУ, КБ-2 изготовило по 30-70 снарядов каждого варианта, и в сентябре-октябре 1947 г. произвело их отстрелы на Софринском полигоне (СНИП). Хотя объем проведенных испытаний был небольшим, они убедительно показали, что рассчитывать на получение в дальнейшем положительных результатов можно только от одного из четырех вариантов - турбореактивного снаряда калибра 240,6 мм (ТРС-240), дальность и кучность стрельбы которого соответствовали или были близки к заданным. Снаряд имел длину 1213 мм, массу 96 кг, заряд ВВ массой 28,5 кг, пороховой заряд двигателя из 37 шашек пороха Н-31 массой 15,8 кг. Этот вариант и был принят КБ-2 для дальнейшей отработки. Работы по остальным вариантам были прекращены. Приняв решение о дальнейшей отработке снаряда ТРС-240, КБ-2 вместо того, чтобы сосредоточить все усилия на полной и всесторонней отработке этого снаряда и отдельных его элементов, заторопилось сразу же, не дожидаясь окончания отработки двигателя, проводить заводские испытания снаряда.

Для заводских испытаний были изготовлены и отстреляны на полигоне сотни снарядов, но эта спешка ни к чему, кроме неоправданных затрат, не привела. Результаты по кучности стрельбы и прочности двигателя при положительных температурах были неудовлетворительными.Чем это объяснялось? Конструкторами снаряда ТРС-240 для его двигателя первоначально был выбран заряд из 37 цилиндрических одноканальных шашек нитроглицеринового пороха Н-31. Выбор пороха Н-31 объяснялся тем, что КБ-2 пыталось на начальном этапе вести отработку заряда и двигателя самостоятельно без привлечения специализированных организаций, используя для этого стенд НИИ-1 МАП, работами которого в свое время руководил начальник отдела КБ-2 В.Г. Бессонов. Не располагая возможностями создания новых рецептур пороха, Бессонов вынужден был использовать пороха рецептур военного времени, серийно производимые нашей промышленностью. С этими порохами ему не удалось добиться устойчивого горения заряда и нормальной работы двигателя во всем заданном диапазоне температур, и с марта 1948 г. отработка двигателя снаряда М-24 решением МСХМ была возложена на НИИ-6 МСХМ (директор - Т.И. Агафин, начальник лаборатории - М.П. Дынкин, на заключительном этапе отработки его сменил С.Т. Мудрак, ведущий инженер отработки двигателя - И.В. Федосов). НИИ-6, являясь специализированной организацией в области порохов, располагал более широкими возможностями выбора рецептур порохов. Начав отработку двигателя снаряда М-24 параллельно с КБ-2 еще до принятия решения МСХМ о передаче ему этой работы, НИИ-6 сразу применил рецептуру нитроглицеринового пороха НС с добавкой окиси свинца, повышающей устойчивость горения. Однако и с порохом НС двигатель с 37-шашечным зарядом отработать не удалось. При стендовых испытаниях и параллельно проводимых стрельбах из-за повышения давления неоднократно происходили разрушения двигателей. При стрельбах наблюдался повышенный выброс несгоревших частиц пороха, который пытались, но так и не смогли устранить подбором конструкции диафрагмы, испытав до 20 ее видов.

Посмотреть таблицуСравнительные характеристики М-24 и М-31.
Таблица.

Причиной повышения давления предполагали разрушение пороховых шашек в конце горения под воздействием интенсивного потока пороховых газов, определяемого большой начальной поверхностью горения, увлекавшего за собой уже ослабленные по сечению пороховые шашки. С этим же мог быть связан повышенный выброс пороха, приводивший к неудовлетворительным результатам кучности по дальности, особенно при плюсовых температурах. Придя к такому заключению, НИИ-6 предложил прекратить отработку 37-шашечного заряда, заменив его 19-шашечным с меньшей начальной поверхностью горения. Получилось, что время отработки ТРС-240 с 37-шашечным зарядом (с декабря 1947 по июль 1948 г.) и более 600 отстрелянных снарядов ТРС-240 с этим зарядом оказались потраченными напрасно. С августа 1948 г. приступили к отработке 19-шашечного заряда из пороха НС. Но к этому времени в НИИ-6 были закончены предварительные испытания нового разработанного в институте пороха ФСГ с улучшенными баллистическими и физико-химическими свойствами, содержащего добавки фталата свинца и графита. Дальнейшая отработка двигателя ТРС-240 продолжалась с зарядами из этого пороха.

ИСПЫТАНИЯ ПОКАЗАЛИ

Уже в сентябре 1948 г. были получены положительные результаты стендовых испытаний двигателя и испытаний стрельбой. На стенде было зафиксировано нормальное горение во всем диапазоне температур от -40 до +50°С при допустимых по условиям прочности величинах давления в двигателе. При стрельбах получены результаты по дальности и кучности, удовлетворяющие ТТТ при всех температурах: -40,+15 и +50°С. Выброс пороха при стрельбе не наблюдался. Результаты по кучности, правда, были получены при стрельбе с одной жестко закрепленной направляющей и требовали подтверждения - стрельбой с боевой машины.

После того как были решены основные проблемы с кучностью стрельбы, МСХМ решило провести заводские испытания снаряда М-24 и взрывателя В-361, разработанного НИИ-22 МСХМ, не дожидаясь устранения недостатков, выявленных при предыдущих испытаниях. Основными из них были недостаточная прочность корпуса боевой части (минимальная толщина стенки - 3,95 мм), в результате которой происходили разрушения корпуса при входе в грунт, особенно при малых углах встречи, негерметичность двигателя и незакрепленность диафрагмы, которая, имея массу около 5 кг, могла при перемещениях внутри двигателя повреждать пороховой заряд.

Заводские испытания ТРС-240 и взрывателя В-361 проводились в октябре-начале ноября 1948 г. комиссией во главе с главным инженером КБ-2 М.З. Олевским и дали в целом положительные результаты. Дальность и кучность стрельбы при всех температурах превышали заданные требования:

- при температуре +50°С Д=7,6 км, Вд/Х=1/203, Вб/Х=1/214;

- при температуре +15°С Д=7,1 км, Вд/Х=1/152, Вб/Х=1/228;

- при температуре -40°С Д=6,6 км, Вд/Х=1/216, Вб/Х=1/128.

Фугасное действие снаряда ТРС-240 было не ниже, чем у М-31, реактивная камера дробилась на осколки, в действии взрывателя В-361 зафиксировано лишь 2 отказа при малых углах входа в грунт на 219 выстрелов, что было признано допустимым, так как их было меньше, чем у артиллерийских взрывателей. Единственным серьезным неустраненным недостатком оставалась непрочность корпуса БЧ.

Затем были проведены сравнительные испытания снаряда с упрочненной и неупрочненной БЧ, которые показали достаточную прочность корпуса БЧ с утолщенной до 7 мм стенкой (минимальная толщина - 5,95 мм). Дальность стрельбы из-за утяжеления на 6 кг снаряда с упрочненной БЧ уменьшилась на 0,5 км, но за счет имевшегося запаса сохранилась в пределах заданных требований. Было решено на государственные испытания предъявить ТРС-240 с упрочненной БЧ. Масса снаряда при этом достигла 111,2 кг. Для сохранения центровки снаряда масса ВВ была уменьшена до 27,4 кг и длина снаряда - до 1162 мм. Но если снаряд ТРС-240 и взрыватель В-361 после доработок, устранивших мелкие конструктивные недостатки, могли быть допущены к государственным испытаниям, то для предъявления на проверку всей системы М-24 предстояло еще провести заводские испытания боевой машины.

СНАРЯД ТРС-240, ПРЕДЯВЛЕННЫЙ НА ЗАВОДСКИЕ ИСПЫТАНИЯ, ИМЕЛ СЛЕДУЮЩИЕ ОСНОВНЫЕ ХАРАКТЕРИСТИКИ:

Калибр - 240,6 мм
Длина (без взрывателя) - 1205 мм
Масса - 105 кг
Масса ВВ - 30,2 кг

Заряд 19-шашечный из пороха ФСГ
- с размерами периферийных шашек - 46/14-370
- центральной шашки - 46/14-350

Масса порохового заряда - 16,3 кг
Минимальная толщина стенки корпуса боевой части (БЧ) - 3,95 мм
Часть снарядов имела герметичные двигатели с закрепленной диафрагмой



Заводские испытания двух БМ (одной с 10 и другой с 12 сотовыми направляющими длиной 2 м) проводились на СНИПе с января по апрель 1949 г. комиссией во главе с заместителем начальника ГСКБ ММиП Ю.Э. Эндекой. Результаты стрельб оказались неожиданными и явились неприятным сюрпризом. Кучность стрельбы в боковом направлении с обеих БМ оказалась значительно хуже, чем с одиночной жестко закрепленной направляющей, и ниже заданной ТТТ (Вб/Х=1/91). Оказалось, что снаряд, считавшийся основным источником рассеивания, обеспечивал выполнение заданных требований по кучности со значительным превышением, а боевая машина ухудшала боковую кучность, достигнутую снарядом, до недопустимых пределов.

Для выяснения причин ухудшения кучности были произведены съемки пакета направляющих во время стрельбы с помощью цейтлупы, которые зафиксировали значительные колебания направляющих при стрельбе. Для устранения этих колебаний закрепляли стопорами поворотную часть БМ, применяли различные способы и варианты поддомкрачивания БМ. Эти меры не привели к улучшению кучности. Попробовали уменьшить рассеивание путем установки направляющих на ферме сходящимся веером - и это не помогло. Произвели расточку направляющих, обеспечив миллиметровый зазор между ними и снарядом, благодаря которому предполагали уменьшить возмущения при движении и выходе снаряда из направляющей. И это кучности не улучшило.

Разработчики БМ сочли исчерпанными возможности улучшения кучности стрельбы и стали настаивать на предъявлении БМ с неудовлетворительной боковой кучностью на государственные испытания, обосновывая это тем, что площадь эллипса рассеивания за счет кучности по дальности, превышавшей заданную, удовлетворяет заданным требованиям. При этом почему-то не вспомнили об одной уже проверенной в начале1948 г. реальной возможности улучшения кучности. Тогда при состреле с одиночных закрепленных направляющих - трубной и сотовой - была достигнута значительно лучшая кучность при стрельбе из трубы. Против перехода к трубным стволам возражал главный конструктор Бармин. Сказывалась его приверженность к проверенной в БМ-31 и других БМ сотовой конструкции направляющих, которые к тому же имели меньший вес и в меньшей степени перегружали ходовую часть БМ.

Но фактом являлось то, что применение трубной направляющей позволяло обеспечить более высокую кучность стрельбы, чем из сотовой направляющей. Объяснялось это тем, что сотовая направляющая представляла собой сварную конструкцию из продольных трубок, связанных поперечными хомутами. При движении снаряда по такой направляющей газовая струя, истекающая из сопел двигателя, ударяя по хомутам (связям), раскачивала БМ, создавая возмущения, отклонявшие снаряд от заданного направления. Отклонения эти могли быть тем больше, чем больше было поперечных связей (то есть чем больше длина направляющей) и чем мощнее газовая струя. Труба не имела таких поперечных связей, как сотовая направляющая, и потому не была подвержена колебаниям, отклоняющим снаряд от заданного направления. Это было еще раз подтверждено результатами стрельб ТРС-240, проведенных на СНИПе в июне 1949 г. При состреле из укороченных до 1,4 м трубных и сотовых направляющих было достигнуто улучшение боковой кучности до Вб/Х=1/179 с сотовой и до Вб/Х=1/282 с трубной направляющей (кучность из трубы в 1,5 раза выше, чем из сотовой), а при стрельбе из сотовых направляющих длиной 2 м2 групп снарядов, нагретых до температуры +50°С, при которой достигалась наибольшая мощность струи истекающих газов, кучность была совершенно неудовлетворительной (Вб/Х=1/71 и 1/55).

Несмотря на неудовлетворительные результаты по боковой кучности, полученные при заводских испытаниях БМ, и очевидные возможности их улучшения, МСХМ и ММиП представили на госиспытания систему М-24 с боевой машиной, имеющей сотовые направляющие, а ГАУ допустило ее к ним. Государственные испытания проводились в июле-августе 1949 г. на СНИПе и в НИИ-6 комиссией под председательством зам.начальника 4-го управления ГАУ полковника М.А. Комиссарчика. На испытания были представлены ТРС-240 с упрочненным корпусом БЧ, взрыватель В-361 и те же две БМ, которые проходили заводские испытания.

Результаты государственных испытаний системы еще раз подтвердили соответствие системы всем заданным требованиям, кроме боковой кучности при положительных температурах. Дальность и кучность были следующими:

- при температуре +50°С Д=7,0 км, Вд/Х=1/193, Вб/Х=1/56;

- при температуре +40°С Д=6,8 км, Вд/Х=1/157, Вб/Х=1/85;

- при температуре +20°С Д=6,6 км, Вд/Х=1/211, Вб/Х=1/88;

- при температуре -40°С Д=6,1 км, Вд/Х=1/166, Вб/Х=1/123.

При стендовых испытаниях двигателя, проведенных в НИИ-6 по программе госиспытаний системы, на 300 сжиганий пороховых зарядов было отмечено два выскока давления в двигателе (323 и 334 кгс/см2), превышающих допустимое по условиям прочности (280 кгс/см2). Это было серьезным предостережением, однако этому не придали особого значения, объяснив причину выскоков давления непрочностью закрепления воспламенителя в диафрагме и приняв меры по его закреплению. К чему это привело в дальнейшем, будет сказано ниже. ГАУ дало положительную оценку результатам госиспытаний системы, руководствуясь все теми же соображениями соответствия заданным требованиям площади эллипса рассеивания за счет превышения заданной ТТТ кучности по дальности, компенсирующей недостаточную боковую кучность, и предъявило систему на войсковые испытания, заказав для их проведения опытную серию снарядов и взрывателей (по 2500 шт.) и БМ (5 шт.).

СИСТЕМА М-24 ИМЕЛА СЛЕДУЮЩИЕ ХАРАКТЕРИСТИКИ:

Калибр - 240,6 мм
Длина снаряда без взрывателя - 1162 мм
Масса окончательно снаряженного снаряда - 112,25 кг
Масса ВВ - 27,4 кг
Масса 19-шашечного заряда из пороха ФСГ - 16,15 кг

Температурный диапазон применения: -40 - +50°С
Максимальная скорость - 280 м/с
Максимальная дальность стрельбы - 6,5 км

Кучность стрельбы на Дmax
при нормальной температуре - Вд/Х=1/200 Вб/Х=1/120

Количество направляющих БМ - 12
Тип направляющей - сотовая
Длина направляющей - 2 м

Углы горизонтального обстрела: ~70 град.
Углы вертикального обстрела, град:
- в секторе горизонтального обстрела ~45 град. - 10-50
- в секторе горизонтального обстрела ~45-70 град. - 0-50

Тип ходовой части БМ - автошасси ЗИС-151

Перевозка расчета:
- в кабине: 2 чел.
- на сиденьях: 6 чел.



В процессе изготовления опытной серии снарядов была заменена марка стали при изготовлении деталей диафрагмы ввиду отсутствия у завода-изготовителя необходимого материала. Хотя отличие в характеристиках марок стали 20 и Ст3 было незначительным, для проверки допустимости такой замены были проведены сжигания нескольких диафрагм в двигателях, при одном из которых произошел разрыв двигателя (при этом было зафиксировано давление 643 кгс/см2, в то время как в остальных сжиганиях давление не превышало 100 кгс/см2). Эта авария не могла быть связана с заменой материала. И поскольку до этого уже отмечались случаи недопустимого повышения давления, на этот раз к аварии отнеслись серьезно и основательно занялись выяснением причин. Для этого была создана комиссия во главе с главным конструктором КБ-2 В.А. Артемьевым, которая провела эксперименты, результатом которых явились выявление причины разрыва двигателя и коренные изменения системы воспламенения порохового заряда. Эти изменения сводились к следующему: вместо ранее примененных двух воспламенителей (промежуточного, установленного в диафрагме, и основного, закрепленного на предохранительном диске в передней части двигателя) оставлен один основной воспламенитель; промежуточный воспламенитель заменен форсажной трубкой - наконечником пиросвечи,обеспечивающим подачу неразмытой струи газов пиропатрона в канал центральной шашки порохового заряда и далее через него к основному воспламенителю; расширен канал центральной пороховой шашки с 14 до 19 мм для исключения ее разрушения ударом струи газов от пиропатрона в ее торец.

Проверка измененной системы воспламенения подтвердила надежность воспламенения и отсутствие разрушений центральной пороховой шашки, ранее приводивших к недопустимому повышению давления и разрывам двигателя. В дальнейшем при войсковых испытаниях и при эксплуатации после принятия системы на вооружение подобных неприятностей не было. Изготовление серии для войсковых испытаний затянулось из-за полной загрузки заводов валовыми заказами по народнохозяйственному плану и было закончено только к середине 1950 г. Изготовленные партии снарядов подвергались контрольным испытаниям стрельбой на СНИПе с боевой машины на соответствие требованиям чертежа, в том числе требованиям по кучности, установленным для снаряда на основании результатов стрельб с жестко закрепленной направляющей. Естественно, при стрельбе с боевой машины эти требования не выполнялись, и поэтому было решено проводить контрольные испытания снарядов не с БМ, изготовленной в ГСКБ ММиП, а с экспериментальной БМ, сконструированной и изготовленной в НИИ-1 МСХМ (начальник отдела - Ю.Н. Хажинский) в рамках заданной институту НИР по исследованию и использованию трубных стволов для улучшения кучности стрельбы с БМ, которая в это время также проходила испытания на СНИПе.

Испытания снаряда ТРС-240, проведенные с этой БМ, которая имела трубные стволы длиной 1,4 м, дали вполне удовлетворительные результаты по кучности при всех температурах:

- при температуре +50°С Д=6,9 км, Вд/Х=1/168, Вб/Х=1/123;

- при температуре +15°С Д=6,8 км, Вд/Х=1/275, Вб/Х=1/143;

- при температуре -40°С Д=6,1 км, Вд/Х=1/224, Вб/Х=1/294.

Эти результаты еще раз подтвердили преимущества трубных направляющих перед сотовыми, что вынуждено было наконец признать и руководство ГСКБ ММиП.

ПРИНЯТИЕ НА ВООРУЖЕНИЕ

На совещании в МСХМ 28 июня 1950 г. с участием КБ-2 и НИИ-1 МСХМ, ГСКБ ММиП и ГАУ было принято решение подать на войсковые испытания в дополнение к четырем БМ конструкции ГСКБ ММиП две БМ конструкции НИИ-1 МСХМ с трубными стволами. Разрешить проведение войсковых испытаний двух вариантов БМ мог только командующий артиллерией СА генерал М.И. Неделин. ГАУ обратилось к нему с предложением о допуске к войсковым испытаниям БМ с трубными направляющими наряду с БМ с сотовыми направляющими. Командующий оставил обращение ГАУ без ответа. БМ с трубными стволами в войсковых испытаниях не участвовали. ГСКБ ММиП, признав преимущества БМ с трубными направляющими, не оставляло надежды на спасение БМ с сотовыми направляющими. Была предпринята попытка уменьшить колебания направляющих при стрельбе путем ослабления жесткости их связей уменьшением количества точек крепления направляющих к ферме с четырех до двух. Это дало хороший результат. Боковая кучность улучшилась почти вдвое и, хотя и не достигла кучности при стрельбе с трубной БМ, стала удовлетворять заданным ТТТ. Все БМ, представленные на войсковые испытания, были доработаны и имели 12 сотовых направляющих длиной 2 м с двумя точками крепления к ферме. Никаких нареканий на недостаточную кучность стрельбы с этих БМ при войсковых испытаниях не было.

Войсковые испытания системы М-24 проводились на Государственном центральном полигоне в Капустином Яру в период с 25 июля по 31 августа 1950 г. комиссией под председательством генерал-лейтенанта С.Ф.Ниловского. Система войсковые испытания выдержала и была рекомендована к принятию на вооружение. Комиссия дала высокую оценку качествам системы, отметив ее большие тактико-технические преимущества перед штатной системой М-31 (в дальности и кучности стрельбы,скорострельности, маневре огнем за счет увеличенных углов обстрела и скоростей наводки, безопасности в служебном обращении и при стрельбе и безотказности при стрельбе и в действии у цели) и связанные с этим более широкие боевые возможности (ведения огня прямой наводкой в целях самообороны при развертывании с марша, решения задач подавления и разрушения на площади 3-4 га силами 6 БМ с эффективностью, не меньшей, чем дивизион из 12 штатных БМ-31, и экономичностью, вдвое превышающей штатную систему М-31 по расходу снарядов при стрельбе на поражение).

Система М-24 была представлена Министерством обороны СССР к принятию на вооружение. И после длительного согласования объемов установочных серий снарядов, взрывателей и боевых машин и сроков их изготовления 22 марта 1951 г. постановлением Совета Министров №875-441 принята на вооружение с присвоением наименований: снаряду - М-24Ф, взрывателю - В-24 и боевой машине - БМ-24.

Принятие на вооружение системы М-24 явилось началом послевоенного перевооружения гвардейских минометных частей.

Григорий НОСОВИЦКИЙ
подполковник в отставке, кандидат технических наук

Опубликовано в выпуске № 10 (126) за 15 марта 2006 года

Loading...
Загрузка...

 

 

  • Past:
  • 3 дня
  • Неделя
  • Месяц