Версия для печати

Бухгалтерия террора

Западная коалиция будет воевать до последнего боевика
Николаевский Михаил

После атаки на гуманитарный конвой в провинции Алеппо окончательно стало ясно: щедро сдобренная саудовскими и катарскими финансами «партия войны» пойдет на все для срыва политического урегулирования. При откровенном саботаже Пентагоном и ЦРУ договоренностей в Женеве истощилось, по выражению Сергея Лаврова, и «стратегическое терпение» России.

После атаки на гуманитарный конвой в провинции Алеппо окончательно стало ясно: щедро сдобренная саудовскими и катарскими финансами «партия войны» пойдет на все для срыва политического урегулирования. При откровенном саботаже Пентагоном и ЦРУ договоренностей в Женеве истощилось, по выражению Сергея Лаврова, и «стратегическое терпение» России.

Представляется целесообразным выделить следующие процессы, характеризующие развитие сирийского кризиса.

1. Завершено тактическое слияние «умеренных» и радикальных оппозиционных группировок при однозначном лидерстве радикалов. Сложилась координация между флагманами «абсолютных» и «относительных» радикалов – запрещенной в России «Джебхат ан-Нусрой» и «Ахрар аш-Шам». Разборки в стане радикалов привели, пусть с частичной потерей результатов сентябрьского наступления в Хаме, к слиянию «Джунд аль-Акса» с «Ан-Нусрой».

Затраты антиасадовских сил на военную кампанию составили в реальных ценах почти 4,5 миллиарда долларов

2. Фактическое признание объединения западными патронами. Ситуация в СБ ООН при голосовании французского и российского проектов резолюции, заявления глав МИД Франции и Великобритании, представителей Госдепа США и сигналы СМИ показывают, что истеблишмент Запада фактически признал радикальных экстремистов полноправными партнерами.

3. Финансирование, поддержка радикальной оппозиции более не прикрывается лозунгами и с октября этого года идет в открытом режиме. России объявлено о противостоянии в Сирии по афганскому сценарию.

4. Выведя основную часть подконтрольных сил из-под Алеппо в район собственной операции (SDF), Турция четко обозначила свой интерес в конфликте – создание подконтрольной глубокой зоны между курдскими кантонами. Поддержка сил в Идлибе и Алеппо ведется турками в пределах, требуемых внутренней безопасностью страны.

4. Москва ответила на сигналы ростом военной и политической поддержки своего союзника – Дамаска. Группировка сил и средств на сирийском ТВД усиливается, политическая позиция стала бескомпромиссной.

Бухгалтерия террора

Все это позволяет утверждать, что стороны конфликта достигли негласного консенсуса: в войне между правительством САР, его союзниками и противостоящей им армии радикалов, направляемых западными и ближневосточными патронами, альтернативы силовому решению нет. Такая ситуация вносит больше определенности, чем на начало октября 2015 года. США и их союзники будут увеличивать материальную, техническую и информационную помощь всей радикальной оппозиции без непосредственного вмешательства своих ВС. Турция сохранит (но не усилит) действующие логистические цепочки, не вступая в открытое противостояние в Идлибе и Алеппо, сосредоточив усилия на собственной операции.

Опыт, полученный Сирией, Россией и Ираном, а также имеющиеся ресурсы позволяют утверждать: союзники способны нанести радикальным группировкам в Идлибе, Алеппо и Деръаа решительное поражение. Одно из необходимых условий успешности кампании – оценка инфраструктуры противника, его материально-технических и людских ресурсов, информационных и логистических каналов, а также направлений и объемов финансирования. Небезынтересен анализ расходов на силы, которые на Западе принято называть «сирийской оппозицией».

Информационные банды

Верхушку айсберга составляют относительно формализованные организации, наделенные частичной легитимностью для участия в международной политической дискуссии, – «Национальная коалиция» и «Национальный совет». Их используют для координации по линии ЛАГ, участия во внутриевропейском диалоге по вопросу сирийского кризиса, управления медийными ресурсами. Основное финансирование этих организаций со штаб-квартирами в Дохе и Париже лежит на КСА и Катаре, частичная денежная подпитка –эпизодические американские бюджетные гранты по линии NED/NDI.

И менеджмент, и линейный персонал получают регулярное жалованье, на европейском уровне обеспечиваются жильем, офисной и отельной инфраструктурой в столицах, частично защищенной связью. Лидеров и менеджмента насчитывается до 160 человек, линейного персонала – до 800. Совокупные расходы на «Национальную коалицию» оцениваются в 16,044 миллиона долларов, «Национальный совет» – 48,9 миллиона. В структуре расходов следует выделить значительные средства на перелеты и командировки – до 13,68 миллиона. Всего – 64,9 миллиона долларов.

Информационная поддержка антиасадовской и антироссийской кампании идет через интернет-сообщества, специализированные медиапорталы, а также европейские наблюдательные группы. Все это направлено в основном на освещение боевых действий, проблем с беженцами и ранеными и не касается вопросов большой политики – сферы деятельности медиахолдингов. Аккаунт-сообщества распространяют новости с фронта, сводки и списки погибших – своеобразные «отчеты о расходовании денежных средств». Аккаунт-сообщества «Ан-Нусры»: 3 базовых, 320–330 опорных, до 2,3 миллиона подписчиков. Аккаунт-сообщества «умеренных»: 4 базовых, 420 опорных, до 6 миллионов подписчиков. Медиаресурсы и системы мгновенного распространения содержат арабские страны, расходуя до 4,17 миллиона долларов. Еще до 400 тысяч выделяется нерегулярными западными грантами группам SOHR (Сирийская обсерватория), Bellingcat, SyriaEye. Всего – 4,5 миллиона долларов.

«Мясо» войны

Довольно затратной по сравнению с медийной сферой является инфраструктура, связанная с транзитом, размещением и содержанием беженцев. Основная нагрузка падает на Турцию и Иорданию, которые при весьма скромной поддержке Саудовской Аравии и Катара вынуждены финансировать:

  • обустройство и содержание лагерей беженцев, Турция – 26 лагерей, 330 тысяч человек, до 400 миллионов долларов в год, Иордания – 34 лагеря, 430 тысяч человек, 522 миллиона долларов;
  • ежемесячное содержание беженцев вне лагерей (карточки, пайки, выплаты), Турция – 2,8 миллиона человек, 840 миллионов долларов в год, Иордания – 240 тысяч человек и 84 миллиона долларов.

 

Нагрузка, которую содержание беженцев накладывает на бюджет этих стран, столь значительна, что они идут на любые способы для минимизации: отправку в страны ЕС по легальным и нелегальным каналам, шантаж чиновников еврокомиссий для получения компенсаций (за 2015–2016 годы волонтерами ЕС и комиссиями выплачено до 583 млн долл.). Привлекаются ресурсы арабских монархий, которые финансируют не столько содержание беженцев в этих странах, сколько оплату транзита в Европу членов семей в обмен на участие молодежи в боевых действиях в Сирии. Таким образом, лагеря беженцев становятся бездонной базой для рекрутинга в НВФ.

Аналогичные способы вербовки применяются арабскими монархиями в Ливии, Тунисе, Судане, Албании, Афганистане, Ираке. Зафиксированные параметры – до 45 тысяч рекрутов при 172 тысячах членов семей, переправленных по различным каналам в ЕС (430 млн долл. в год). Следует отметить, что молодежь, оказавшаяся в Европе, сохраняет связь с родственниками «в поле», участвует в twitter-акциях, распространении информации. В сумме – 1,681 миллиона долларов за вычетом европейских компенсаций.

Следующая статья расходов «оппозиции» – вербовка членов НВФ, складывается из комиссионных расходов представителям на местах, а также стоимости доставки пополнения до мест подготовки. При общей потребности формирований оппозиции в 46–48 тысяч человек ежегодно данные расходы составляют 70 миллионов долларов и 93 миллиона соответственно. Всего – 163 миллиона долларов.

Готовят завербованное пополнение инструкторы из США, Франции, Великобритании, Катара, Иордании, КСА и Турции. Каждый получает дифференцированную оплату: от 9 тысяч долларов в месяц за обучение полевым навыкам, вождению и работе с ПТРК, до 15 тысяч долларов (связь, ПЗРК, минирование и СВУ) и свыше 20 тысяч долларов за обучение авианаводчиков. Инструкторов – до 2600 человек (324 млн долл. в год).

Средняя численность НВФ, действующих в западной Сирии против армии САР, в 2015–2016 годах сократилась со 105–110 тысяч до 73,5 тысячи человек. Расходы на членов НВФ, принимающих участие в боях, складываются из ежемесячной ставки, дифференцированной в зависимости от функции и степени ответственности, а также премиальных по результатам действий, подтвержденных командованием и видеоотчетами, расходов на связь (радио, полевая, спутниковая связь) и экипировку. В течение 2016 года расходы смещались от премий «по результатам» к надбавкам за «непрерывную работу», возвращение после лечения и т. п. Ставки по зарплате колебались от 200–400 долларов в месяц (стрелки, мехводы), 600 долларов (снайперы, операторы ПТРК, мл. командиры), до 1500 и выше (средний комсостав, саперы, взрывотехники). Расчетный уровень затрат на оплату составляет 341 миллион долларов в год (рядовые водители), 85 миллионов долларов (специалисты), 31 миллион долларов (комсостав), при вложениях в средства связи и экипировку – 8,7 миллиона и 7,4 миллиона долларов соответственно. Всего – 473,1 миллиона долларов.

Весомая статья – выплаты семьям погибших участников НВФ, затраты на проведение операций, лечение и восстановление в госпиталях, выплаты пусть и небольшого (до 200 долл. в месяц) пособия по инвалидности, заработной платы во время реабилитации, затраты на медикаменты для полевой хирургии. Основываясь на данных российского МО, турецкой оппозиционной прессы, сирийских и курдских источников, делаем вывод, что потери убитыми и пропавшими без вести у НВФ составили с октября 2015 года 28 тысяч человек, 43 тысячи получили ранения, требующие стационарного лечения, из которых до 15,5 тысячи – инвалидность, не совместимую с продолжением боевых действий. Исходя из стоимости хирургии и восстановления в Турции, среднего пребывания в стационаре (до 30 дней) и периода полной реабилитации (до 4 месяцев) чисто медицинские затраты составляют 592 миллиона долларов, выплаты инвалидам – 37,7 миллиона, компенсации семьям погибших – 28,6 миллиона, поставка полевых медикаментов – 15,6 миллиона. Всего – 673,9 миллиона долларов.

Арсеналы боевиков

Необходимое условие ведения боевых действий – полноценное и своевременное снабжение и материально-техническое обеспечение. В ходе «арабской весны» в течение 2011–2013 годов в руки сирийской «оппозиции» попало не менее 35 процентов бронетехники правительственной армии, половина стрелкового оружия и боеприпасов со складов хранения и материально-технического обеспечения в провинциях Алеппо, Хама, Хомс и Деръаа. Масштаб потерь армией САР тяжелой техники, стрелкового вооружения и боеприпасов можно оценить, опираясь на нормативы формирования резервов Советской армии, которые применялись при комплектовании, а также показания офицеров САР. Было захвачено боеприпасов: до 42 тысяч тонн стрелковых и противотанковых, 11 тысяч тонн к пулеметам крупных калибров и ЗУ (12,7, 14,5, 23 мм), 130 тысяч тонн к бронетехнике, САУ, ствольной артиллерии и минометам, 13 тысяч тонн к реактивной артиллерии; ВВТ: до 1860 БМП-1/2, БТР, БРДМ, 730 единиц САУ и буксируемой артиллерии, до 1400 ОБТ, 150 РСЗО и 1100 ЗУ-23-3/4 и минометов, а также до 160 тысяч единиц стрелкового оружия.

Техника и арсеналы, попавшие в руки радикалов, были значительны, но небезграничны. При этом величина полученных средств нивелировалась начальным высоким износом (от 70 до 20%), длительностью боевых действий, а также хаотичным и бессистемным использованием техники, усугублявшим ее состояние. Если принять за основу расход боеприпасов, характерный для боев в Чечне, можно констатировать: к началу 2015 года сирийские радикалы израсходовали 88 процентов боеприпасов к стрелковому оружию, практически полностью выстрелы к РПГ-7, 82-мм минометам, РСЗО (тип БМ-21). Был выработан ресурс по настрелу более 130 тысяч единиц стрелкового оружия, 620 ЗУ, 710 БТР/БМП/БРДМ и 640 ОБТ. Израсходовано до 72 процентов выстрелов к ПТРК.

К весне 2015 года оппозиция существенно снизила интенсивность использования тяжелой техники и расход боеприпасов к ОБТ и САУ (до 10 и 20 единиц на ствол в сутки), а время активного использования – в среднем до шести дней в месяц. Большое значение обрели цехи по ремонту и восстановлению ВВТ, лаборатории по производству кустарных средств ведения огня и боеприпасов. Массово велась переброска тяжелых пикапов различных марок для установки на них пусковых блоков, крупнокалиберных пулеметов и т.п.

Аналогично «сирийскому экспрессу» вовсю заработал «американский». Первоначально для поставок запчастей, взрывчатых компонентов, стрелкового оружия и боеприпасов с изрядно похудевших за четыре года складов в Ливии, затем – из Румынии, Чехии, Украины, Болгарии и подключения производства в Сербии. Структуру и объем потребностей сирийских боевиков подтверждают данные, полученные изданием Jane’s Defense: из средней партии в 980 тонн 20 процентов составляли патроны 7,62 мм, 25 процентов – 12,7 и 14,5 мм, 200 тонн – 82 мм, 120 мм, 200 тонн – АК-74, СВД, ПКМ, РПГ-7, 50 тонн выстрелы к РПГ-7, а также пулеметы ДШК. В следующих партиях распределение склонялось в сторону НАР (С-8,С-10), взрывчатых компонентов, ПКМ, ливийских и украинских ЗПУ-2/4, ЗУ-23-2 и калибры к ним, ПТУР «Малютка», «Фагот». С середины 2016 года в партии включаются 81-мм минометы американского производства. Поставки велись равными частями в Акабу (Иордания) и Ташуджу (Турция), что характеризует равную интенсивность боев того времени на юге и севере страны

С появлением российской авиации бронетехнику и САУ НВФ стали прятать, операции смещать на вечера и ночи. На позиционных участках фронта массово переходили на кустарные тяжелые установки минометного типа («Адский огонь»). Средний наряд техники на отряд из 40 бойцов выглядел так: 8–9 тяжелых пикапов с минометами, ЗУ и пусковыми блоками НАР, 1–2 БМП/БТР, 1 САУ или 1 ОБТ, 4–5 ПТРК. Разукомплектованные БМП стали использоваться для установки и проведения атак смертников (до 60 за прошедший год).

Российская авиация ответила уничтожением ремонтных цехов, кустарных производств ВВ, складов боеприпасов, получаемых по «американскому экспрессу», который «огрызался» поставками «гуманитарной помощи» в виде НАР (С-8/10) BGM-71 TOW (до 2 тыс. ед.) и иного противотанкового вооружения (до 12 тыс. ед.) и на ряде направлений сумел существенно осложнить жизнь армии САР. Массово перебрасывались новые и б/у тяжелые пикапы (до 2900–2960 шт.).

Исходя из количества членов НВФ, характера и интенсивности боестолкновений, количества и видов используемого вооружения, особенностей логистики БП, остаточного ресурса вооружения, выбытия личного состава в том числе с утерей оружия можно предположить, что потребность радикальных группировок «сирийской оппозиции» составила за период с начала операции РФ в Сирии: до 38 тысяч тонн стрелковых боеприпасов и РПГ, 3,5 тысячи тонн к крупнокалиберным пулеметам, 14,4 тысячи тонн снарядов к НАР и РСЗО, 63 тысячи тонн к артсистемам, минометам, бронетехнике и ОБТ на сумму с учетом цен «черного рынка» 484,6 миллиона долларов.

Также с учетом выбытия можно рассчитать, что для ведения боевых действий НВФ потребовалось не менее 109 тыс. ед. стрелкового вооружения и 33 тыс. ед. ПТРК и выстрелов к ним (в т. ч. TOW), до 230 ед. ЗУ и блоков НАР на сумму до 509,1 миллиона долларов. Восполнения потребовал и парк тяжелых пикапов – до 1420 единиц, исходя из сводок российского и сирийского МО, на сумму не менее 58 миллионов долларов.

Логистика подобного рода (исходя из данных по объемам перевозки средней партии) составила до 130 контейнерных морских рейсов и до 5,7 тысячи рейсов автомобильной техникой со стоимостью 7,5 миллиона и 11,3 миллиона долларов соответственно. Расчетная потребность техники в топливе и ГСМ – не менее 51,8 тысячи литров или 40 тысяч тонн за рассматриваемый период – 18,1 миллиона долларов в ценах «черного рынка»

Предварительные итоги противостояния

1. Затраты на проведение военной кампании со стороны антиправительственных НВФ в Сирии в ценах 2015–2016 годов составили 4,454 миллиарда долларов. Это условная «себестоимость» процесса. Она не учитывает неизбежной коррупционной составляющей, адекватно смоделировать которую невозможно в принципе. Тем не менее предположу, что арабские монархии над расходованием выделяемых средств вели многоступенчатый контроль, что подтверждается фиксацией, своеобразной отчетностью, а также частой ликвидацией неблагонадежного командования и посредников.

2. С учетом использования сирийских складских ресурсов в первые два года конфликта общий объем затрат на кампанию можно условно оценить в 14 миллиардов долларов при 78–80 тысячах ликвидированных участников НВФ.

3. В структуре затрат на военную кампанию основную часть занимают ведение и обеспечение боевых действий (61%), содержание беженцев (38%). При этом непосредственно в военных расходах 1/4 часть – затраты на медобслуживание и содержание семей погибших и инвалидов. С каждым годом конфликта эта доля возрастает.

4. Учитывая количество потенциальных и де-факто перемещенных лиц, а также возможности финансирования государств-спонсоров, мобилизационный ресурс кампании со стороны НВФ можно оценить в 77–85 тысяч человек или три года кампании текущей интенсивности с учетом их выбытия и ротации.

5. Исходя из количества выведенных из Идлиба и Алеппо вооруженных протурецких формирований (до 6 тыс. чел.) и нагрузки на содержание беженцев, а также госпитальную составляющую можно предположить, что Турция сейчас несет на себе основную часть вспомогательных расходов военной кампании (42% или 1,864 млрд долл.). Остальные затраты распределяются между Катаром и КСА. США обеспечивают и прикрывают логистику «экспресса», организуют подготовку рекрутов.

6. За исключением Турции для основных спонсоров сирийской кампании затраты несущественны и некритичны. Они не оказывают непосредственного влияния на валютные резервы и бюджеты этих стран. Однако для Турции расходы по результатам 2015–2016 годов неоправданны. Возможно, что этим обстоятельством объясняется переформатирование Анкарой своего участия в военной кампании. При этом, не поддерживая в прежнем режиме транзит вооружений, Турция не будет стремиться полностью перекрывать границы, учитывая наплыв беженцев с севера Сирии.

7. Принимая во внимание интенсивность боестолкновений и расчетные параметры полученных ВВТ, можно предположить, что техресурсы НВФ, противостоящих сирийскому правительству, находятся на пределе. Последнее крупное использование тяжелых ВВТ было при прорыве блокады Алеппо, где САА и ВКС РФ уничтожили и вывели из строя до 115 единиц. На остальных участках фронта тяжелую технику используют точечно. Состав ВВТ в НВФ можно оценить в 1550 единиц со средним остаточным ресурсом в пределах 22 процентов (1,5 года кампании).

8. В 2016–2017 годах антиправительственные силы будут максимально затягивать кампанию, вкладываясь в рекрутирование «пушечного мяса» и максимальное создание информационного образа «античеловечной и варварской коалиции Асада и России». Тем более что затраты стран-спонсоров на информационные ресурсы минимальны.

В этой связи России, САР и Ирану следует максимально активизировать военные действия на севере Сирии, не допуская задержек и «перемирий». Исламисты способны затянуть кампанию и нанести существенный урон репутации противостоящей стороны.

Опубликовано в выпуске № 43 (658) за 9 ноября 2016 года

Loading...
Загрузка...
Аватар пользователя дед Мазай
дед Мазай
09 ноября 2016
Если через Иорданию проходят основные пути поставок и платежей, почему СВР и ГРУ не прилагает усилий перекрыть эти каналы. Методы перекрытия возможны : от подкупа официальных военных Иордании, диверсий, антитеррористических захватов или уничтожение эмиссаров, бандгрупп и тд. (примером с.службы США, действующие в любой точке планеты). Наконец убрали Фрадкова из СВР, этот специалист по всем областям, и ни в одной не проявил себя хотя бы удовлетворительно...
Аватар пользователя Старый Зенитчик
Старый Зенитчик
09 ноября 2016
Давно говорили, что все эти политические паузы только вредят. Бармалеи до бесконечности будут этим пользоваться. Тем более, что саудовцам это похоже и правда не особо по карману бьет. А вот турок и впрямь нагрузили и госпиталями, и боевиками-инвалидами и беженцами, а что они в итоге имеют? Надо было им сразу головой думать. Теперь бегают мечутся из стороны в сторону. Что теперь они со всеми этими толпами и затратами на них будут делать.Да еще Трамп приходит, которому Асад особо и не нужен.
Аватар пользователя дед Мазай
дед Мазай
09 ноября 2016
Если через Иорданию проходят основные пути поставок и платежей, почему СВР и ГРУ не прилагает усилий перекрыть эти каналы. Методы перекрытия возможны : от подкупа официальных военных Иордании, диверсий, антитеррористических захватов или уничтожение эмиссаров, бандгрупп и тд. (примером с.службы США, действующие в любой точке планеты). Наконец убрали Фрадкова из СВР, этот специалист по всем областям, и ни в одной не проявил себя хотя бы удовлетворительно...
Аватар пользователя Старый Зенитчик
Старый Зенитчик
09 ноября 2016
Давно говорили, что все эти политические паузы только вредят. Бармалеи до бесконечности будут этим пользоваться. Тем более, что саудовцам это похоже и правда не особо по карману бьет. А вот турок и впрямь нагрузили и госпиталями, и боевиками-инвалидами и беженцами, а что они в итоге имеют? Надо было им сразу головой думать. Теперь бегают мечутся из стороны в сторону. Что теперь они со всеми этими толпами и затратами на них будут делать.Да еще Трамп приходит, которому Асад особо и не нужен.

 

 

  • Past:
  • 3 дня
  • Неделя
  • Месяц