Версия для печати

Военное строительство и модернизация ВС России

Редакция продолжает начатую в № 14 "ВПК" публикацию доклада Совета по внешней и оборонной политике (СВОП) по насущным задачам военного строительства.

Профессиональный корпус сержантов - будущее ВС РФ.
Фото Леонида ЯКУТИНА


ДОКЛАД СОВЕТА ПО ВНЕШНЕЙ И ОБОРОННОЙ ПОЛИТИКЕ


Редакция продолжает начатую в № 14 "ВПК" публикацию доклада Совета по внешней и оборонной политике (СВОП) по насущным задачам военного строительства.
{{direct_hor}}
3. О КАДРОВОМ СЕРЖАНТСКОМ КОРПУСЕ

3.1. Другой важнейшей задачей военного строительства в России становится создание корпуса кадровых младших командиров (сержантов). Отсутствие до последнего времени такого корпуса в Российской армии является наиболее ярким примером ее несоответствия магистральным путям мирового военного строительства.

Целью подготовки кадровых сержантов должно быть укомплектование данной категорией контрактников не только частей постоянной готовности, но и Вооруженных Сил в целом. О масштабности подобной задачи (и искажении пропорций между рядовым, кадровым сержантским и офицерским составом в Российской армии) свидетельствуют сравнительные показатели (см. таблицу).

Посмотреть таблицуЧисленность Вооруженных Сил США и России

3.2. Однако дело даже не в большой численности американского сержантского корпуса, а в его структуре и качестве. Так, из 547 тыс. американских сержантов 241,5 тыс. являются простыми сержантами, 168 тыс. - штабс-сержантами, 100 тыс. - сержантами 1-го класса, 26 тыс. - мастер-сержантами и 10,6 тыс. - сержант-майорами (приведены звания сержантов Сухопутных сил; в других видах Вооруженных Сил США звания обозначаются иначе).

Что такое, например, сержант 1-го класса? Это сержант, имеющий выслугу лет в сержантском звании не менее 15-18 лет, прошедший все ступени сержантской иерархии, начиная с простого сержанта, и получающий дополнительную подготовку при каждом повышении на специальных курсах. Но даже простому сержанту первое звание присваивается лишь после окончания академии для сержантского состава с продолжительностью учебы, в зависимости от специализации, до 55 недель. А во главе всей этой пирамиды в Сухопутных силах стоит, например, сержант-майор, являющийся советником и консультантом министра и начальника штаба Сухопутных сил и представляющий интересы сержантского корпуса в Конгрессе, правительстве и других организациях.

Таким образом, американский сержантский корпус - это стройная иерархическая структура, пронизывающая Вооруженные Силы сверху донизу и обладающая значительной автономией от офицерского и рядового состава.

3.3. В большинстве других армий мира служба в качестве сержанта также обеспечивает наиболее амбициозным представителям сержантского корпуса хорошо оплачиваемую и почетную карьеру до выхода в отставку. Так, в бундесвере высшей должности - обер-штабс-фельдфебеля - можно достичь не ранее, чем в 50-летнем возрасте, последовательно пройдя (с соответствующим переобучением) должности унтер-офицера, фельдфебеля, обер-фельдфебеля, гаупт-фельдфебеля и штабс-фельдфебеля.

При этом в бундесвере четко проводится различие между унтер-офицером-контрактником (Zeitsoldat, то есть "солдат на время") и унтер-офицером-профессионалом (Berufssoldat), которым можно стать, прослужив в должности унтер-офицера-контрактника не менее 12 лет.

Чтобы достичь вершины карьеры, унтер-офицеру приходится зачастую сменить десятки должностей, расширив тем самым возможности своего использования, а значит, и свою ценность для бундесвера.

3.4. Мы считаем, что создание полноценного сержантского корпуса, при всей внешней скромности подобной задачи, является ключом к модернизации Вооруженных Сил и других войск и воинских формирований на современном этапе военного строительства.

3.5. На наш взгляд, начинать процесс формирования полностью контрактных частей следовало бы с укомплектования их специально подготовленными для работы в таких частях сержантами-контрактниками и лишь после этого комплектовать их рядовым составом. Сейчас же, насколько мы можем судить, комплектование таких частей сержантским и рядовым составом идет параллельно.

Мы также считаем, что Вооруженные Силы, как и другие войска и воинские формирования, должны быть полностью и в сжатые сроки (не более 3-х лет) укомплектованы сержантами-контрактниками первичного (взводного) звена, чтобы затем на их основе начать подготовку сержантов на профессиональной основе (по образцу, например, унтер-офицерского корпуса ФРГ), на что потребуется не менее 10-15 лет. Планируемый Минобороны перевод к 2008 г. 50,7% всех сержантов на контрактную основу означает, что при таких темпах полное насыщение армии даже простыми сержантами-контрактниками, не говоря уже о сержантах-профессионалах, произойдет не ранее 2012-2013 гг.

3.6. Появление сержантского корпуса, полностью укомплектованного на контрактной и профессиональной основе, привело бы к радикальному улучшению состояния Российской армии.

3.6.1. Во-первых, была бы выбита почва из-под "дедовщины", расцвет которой, по нашему убеждению, прежде всего связан с отсутствием в армии института кадровых сержантов.

3.6.2. Во-вторых, появилась бы возможность резкого сокращения офицерского состава, численность которого в разы превышает установившиеся пропорции между офицерским и рядовым составом в современных армиях. К примеру, при почти равной численности рядового состава Российская армия насчитывает почти вдвое больше офицеров, чем американская. Главная причина такой диспропорции - отсутствие полноценных сержантов, обязанности которых ложатся на плечи офицеров. Исчез бы такой бич армии, как нехватка младших офицеров и необходимость в призыве лейтенантов-двухгодичников, которые, конечно же, не способны заменить кадровых офицеров. К тому же такой призыв вызывает серьезное раздражение в обществе, работает против престижа Вооруженных Сил.

3.6.3. И, возможно, самое главное - у офицеров высвободилось бы время, которое они могли бы посвятить повышению своего профессионального образования и семьям. Кроме того, радикальное сокращение офицерского корпуса позволило бы решить такую острую, усугубляющуюся из года в год и кажущуюся неразрешимой проблему, как необеспеченность офицеров жильем.

3.7. Потенциальные возможности повышения эффективности российской оборонной системы путем создания кадрового сержантского корпуса настолько велики, что, на наш взгляд, задача создания такого корпуса должна занять приоритетное место в деле решения национальной задачи модернизации Вооруженных Сил. А это значит, что она должна решаться в рамках государственной целевой программы (по типу программы создания частей постоянной готовности) с гарантированным финансированием и жестким графиком выполнения, ход ее разработки и реализации должен быть предметом широкого общественного обсуждения. Необходимость такой программы диктуется тем, что на создание и содержание полноценного сержантского корпуса потребуются затраты, сопоставимые с расходами на содержание офицерского состава. Ведь задача сержантов в современной армии - это не только подготовка новобранцев к военной службе. На плечах кадровых сержантов в современных армиях лежит также обслуживание сложной военной техники, выполнение большого объема штабной работы и многие другие функции. А это предполагает наличие разветвленной и многоступенчатой сети учебных заведений подготовки сержантов по сотням специальностей, располагающих высококвалифицированными преподавательскими кадрами. Ясно, что без мощной государственной поддержки одному Министерству обороны с задачей подобного масштаба не справиться. Необходимо трезво понимать, что намеченный перевод половины нынешних сержантов на контрактную основу к 2008 г. - это хотя и давно назревший, но сравнительно небольшой шаг на пути к созданию кадрового сержантского корпуса, пронизывающего армию снизу доверху.

4. ОБОРОННО-ПРОМЫШЛЕННЫЙ КОМПЛЕКС И МОДЕРНИЗАЦИЯ АРМИИ

4.1. Оборонно-промышленный комплекс - это отрасль и сфера жизнедеятельности страны, наиболее пострадавшая в процессе государственно-политических и социально-экономических преобразований последних 10-15 лет. ОПК фактически прекратил выполнять свою основную функцию - обеспечивать Вооруженные Силы современным оружием, выживая, главным образом, за счет вооружения других армий. Падение производства в ОПК составило к 2000 г. 70-80%, что существенно превосходит показатели общего промышленного спада. Поэтому наметившееся после 2000 г. увеличение гособоронзаказа не должно вводить в заблуждение: оно свидетельствует скорее о глубине вчерашнего падения, чем о сегодняшнем нарастании позитивных тенденций. К тому же оборонные предприятия отреагировали на рост оборонного заказа не столько увеличением количества поставляемой военной продукции, сколько повышением цен на нее.

4.2. Состояние российского ОПК можно оценить сегодня следующим образом:
- моральный и физический износ основных фондов составляет свыше 80%, что оценивается специалистами как "закритическое" положение отрасли;
- система набора, подготовки и закрепления кадров разрушена, а взамен не только не создано, но даже не предложено никаких других систем интеллектуально-кадрового обеспечения ОПК;
- бoльшая часть инвестиционных и инновационных средств (до 80%) вкладывается предприятиями из собственной прибыли.


4.3. Кризис ОПК даже глубже и острее, чем кризис Вооруженных Сил. Потеряна способность создавать многие виды вооружений, в первую очередь это связано с прекращением производства на предприятиях по выпуску специальных материалов и комплектующих.

В течение 1990-х гг. российская военная промышленность практически не обновляла производственные фонды и сегодня все в большей мере утрачивает способность к производству современного вооружения и техники. В сочетании с углубляющейся сырьевой специализацией российской экономики это означает, что Вооруженные Силы России при сохранении нынешней численности (около 1,13 млн. человек) и при существующем уровне финансирования обречены на отставание от армий передовых военных держав мира. Складывается ситуация, когда даже при увеличении финансирования мы вынуждены будем закупать оружие за рубежом, а экспортный потенциал будет слабеть.

4.4. Принимаемые правительством меры носят, по существу, косметический характер и не в состоянии кардинально повлиять на ситуацию в ОПК. Попытки собирать фрагменты полуразрушенной и деградирующей оборонной промышленности в холдинги вряд ли способны сами по себе дать существенный результат. Речь идет не только и не столько о том, рациональна ли избранная система управления ОПК (например, в виде вновь созданного Федерального агентства по промышленности, что стало уже шестым изменением системы управления ОПК за последние 12 лет), сколько о том, что отсутствует системное видение проблем материально-технического обеспечения национальной обороны, а также перспектив создания гражданского высокотехнологичного сектора промышленности. Между тем такой сектор является непременной основой оборонно-промышленной деятельности.

4.5. По нашему мнению, военно-промышленная политика России требует радикального изменения. Пора взглянуть правде в глаза и признать, что Россия не в состоянии загрузить заказами, а значит - содержать непомерную для сегодняшних масштабов своей экономики специализированную военную промышленность, унаследованную от СССР. По числу занятых (2 млн. человек) она не уступает военной промышленности США и в несколько раз превосходит все страны Европы вместе взятые.

Так, по состоянию на 2000 г. в российской авиационной и ракетно-космической промышленности было занято 800 тыс. человек по сравнению с 98 тыс. человек во всей объединенной Европе и 1,2 млн. человек во всем мире. При этом объем продаж российской авиакосмической отрасли составлял два с небольшим миллиарда долларов по сравнению с 72 млрд. долл. в мире (в т.ч. 22 млрд. долл. в Европе).

4.6. России также необходимы решительная деспециализация военной промышленности и ее интеграция с гражданским сектором промышленности как основной мобилизационной базой для производства вооружений. В тех случаях, когда подобная деспециализация и интеграция невозможны (например, в производстве стратегических ракет, артиллерийских систем, боеприпасов и т. п.), должна осуществляться передача соответствующих предприятий в собственность и на полное финансирование Министерства обороны (по типу армейских арсеналов, заводов по производству танков и боеприпасов США). Все остальные предприятия оборонной промышленности (имеющие отношение к авиакосмической технике, средствам связи, радиоэлектронике и другим высокотехнологичным отраслям) должны функционировать по законам рыночной экономики без директивного вмешательства со стороны государства. Основой для отношений государства с промышленностью должен стать государственный оборонный заказ с циклом планирования два-три года и более.

4.7. В современных условиях традиционное мобилизационное развертывание промышленности может просто не понадобиться. Период такого развертывания, равно как и сроки производства сложнейших современных образцов вооружений - ракет, самолетов, космических систем, не говоря уже о кораблях и подводных лодках, как правило, значительно превышают вероятную продолжительность даже широкомасштабной обычной войны. Следовательно, нужна принципиально новая система мобилизационной подготовки экономики. Она должна ориентироваться на способность гражданской промышленности в случае необходимости выпускать новые системы оружия, которые не требуют длительных сроков изготовления и содержания в мирное время специальных мобилизационных мощностей по производству вооружения и военной техники с длительными производственными циклами. Всякое участие в такой системе негосударственных предприятий и компаний должно быть делом сугубо добровольным и финансироваться (в случае согласия предприятий, корпораций на участие в ней) из бюджета Минобороны, а не по отдельной статье федерального бюджета, как это практикуется сегодня. Разумеется, государственные унитарные предприятия по-прежнему обязаны выполнять все мобилизационные предписания правительства, также за счет бюджета Минобороны с его соответствующим увеличением.

4.8. Контроль над состоянием и развитием ОПК, а также все финансовые ресурсы, выделяемые на оборону (включая средства на мобилизационную подготовку, развитие военно-технологической базы, НИОКР и т. п.), должны быть переданы в полное распоряжение Министерства обороны, как это принято во всем мире. Разумеется, при условии радикального изменения его структуры, функций и задач. Вряд ли необходимо объяснять, что в нынешнем виде Минобороны не готово к решению подобных задач.

Первый важный шаг в этом направлении уже сделан: Министерству обороны по Указу президента РФ от 9 марта 2004 г. № 314 "О системе и структуре федеральных органов исполнительной власти" стало подведомственным по вопросам ядерного оборонного комплекса Федеральное агентство по атомной энергии.

Возложение прямой ответственности за состояние всего ОПК на военное ведомство вынудит руководство страны создать, наконец, полноценное гражданское министерство обороны. В целях подготовки гражданских специалистов для Минобороны следует создать специализированные учебно-исследовательские учреждения МО типа военно-промышленных институтов и академий оборонного менеджмента, давно уже существующих в основных военных державах мира.

5. О НЕЗАВИСИМЫХ ЭКСПЕРТНЫХ КОМИССИЯХ

5.1. Понятно, что от армии и ОПК нельзя требовать коренной ломки устоявшихся взглядов, ибо они как консервативные структуры естественным образом стремятся сохранить статус-кво. Такая задача может оказаться по силам только политическому руководству. При этом последнему следует опираться на несколько источников информации и анализа, которые должны конкурировать.

Ни одно из ведущих современных государств не полагается при принятии ключевых решений по вопросам военного строительства исключительно на ведомственную точку зрения, обязательным условием является независимая экспертиза. Наиболее авторитетным источником подобной экспертизы считаются временные независимые комиссии, создаваемые под эгидой глав государств и правительств.

Собственного опыта создания таких комиссий в России нет, поэтому в основном докладе СВОП подробно рассматривается деятельность таких комиссий за рубежом. Так, в качестве примера приводятся опыт работы трех комиссий: президентской комиссии Т. Гейтса по добровольческим Вооруженным Силам США (1969-1970 гг.), правительственной комиссии ФРГ "Совместная безопасность и будущее бундесвера" под председательством Р. фон Вайцзеккера (1999-2000 гг.) и президентской комиссии Д. Паккарда по реформе системы управления оборонно-промышленным комплексом США (1985-1986 гг.).

5.2. При всем различии поставленных перед комиссиями задач им присущ целый ряд общих черт, отличающих их от существующих общественных комиссий при президенте РФ или межведомственных комиссий Совета безопасности РФ.

5.2.1. Во-первых, это независимость от властных структур. Она обеспечивается прежде всего тем, что в комиссиях не могут участвовать военные на действительной службе, а также представители как исполнительной, так и законодательной власти.

5.2.2. Во-вторых, авторитетность: членами комиссий назначаются люди, широко известные достижениями в своей сфере деятельности, крупнейшие эксперты. Так, Т. Гейтс был не только крупным бизнесменом (председателем Правления крупнейшей финансовой группы "Морган гэрэнти траст компани"), но и имел богатый опыт руководства оборонным ведомством (5 лет в должности первого заместителя и два года в качестве министра обороны). Р. фон Вайцзеккер в прошлом был федеральным президентом ФРГ, а Д. Паккард не только возглавлял одну из крупнейших военно-промышленных корпораций США, но и имел опыт руководства Пентагоном в качестве первого заместителя министра обороны.

Членами комиссий были также авторитетнейшие в своей области специалисты. Так, экономическое обоснование целесообразности отказа от призыва в армию в комиссии Гейтса оценивал нобелевский лауреат по экономике М. Фридман, и выступал он отнюдь не в качестве свадебного генерала. М. Фридман и его ученики (среди них был и нынешний министр обороны Дональд Рамсфелд) еще в первой половине 1960-х гг. обосновывали необходимость перехода к добровольческой армии, опубликовав целый ряд работ на эту тему.

За разработки по вопросам финансирования отвечал член комиссии А. Гринспен, нынешний председатель совета управляющих Федеральной резервной системы США. Точку зрения военных представляли два отставных четырехзвездных генерала, А. Грюнтер и Л. Норстед, оба в прошлом главнокомандующие объединенными Вооруженными Силами НАТО в Европе.

Весьма авторитетный характер носила и германская комиссия Р. Вайцзеккера. В ее состав входили бывший начальник штаба Объединенного верховного командования НАТО отставной генерал П.-Г. Карстенс (заместитель председателя комиссии), издатель газеты "Ди Цайт" Т. Зоммер (заместитель председателя комиссии), последний премьер-министр ГДР Л. де Мезьер, директор Фонда науки и политики К. Бертрам и другие.

5.2.3. В-третьих, всем комиссиям была присуща представительность состава. Хотя они были сравнительно немногочисленны (15 членов в комиссии Гейтса, 16 - в комиссии Паккарда и 21 - в комиссии Вайцзеккера), состав был подобран таким образом, чтобы представлять максимально широкие круги общества. В комиссии Гейтса было шесть представителей науки и образования, в основном ректоры и профессора ведущих университетов страны, 5 представителей делового и финансового сообщества, двое военных, один студент университета (автор опубликованной в 1967 г. книги "Как покончить с призывом"), а также исполнительный директор Ассоциации за прогресс цветного населения.

Еще представительнее выглядел состав комиссии Вайцзеккера. В нее, помимо видных отставных политиков и военных, бизнесменов и ученых, вошли также священники, врачи, юристы, представители СМИ и общественных организаций.

5.2.4. В-четвертых, комиссии были наделены обширными полномочиями. Им был обеспечен доступ ко всей необходимой для их работы информации и право вызова на заслушивание чиновников любого ранга, вплоть до членов правительства. Например, при создании комиссии Гейтса президент Никсон издал специальное распоряжение Министерству обороны и другим ведомствам оказывать комиссии всемерную поддержку и предоставлять ей всю требуемую информацию в приоритетном порядке.

О том, сколь большими правами обладают комиссии, некоторое представление может дать список высокопоставленных лиц, выступавших перед комиссией Вайцзеккера. На заседаниях самой комиссии и ее рабочих групп выступили свыше 100 человек, включая министра обороны Р. Шарпинга, министра финансов Х. Айхеля, министра внутренних дел О. Шили, главнокомандующего ОВС НАТО в Европе генерала У. Кларка, генерального инспектора бундесвера генерала Х. П. фон Кирбаха. В качестве экспертов были также заслушаны бывший федеральный канцлер Г. Шмидт, бывшие генеральные инспекторы бундесвера У. де Мезьер и К. Науманн, все действующие инспекторы видов Вооруженных Сил, их заместители и начальники штабов, директор Женевского центра политики безопасности Ф. Эйсбур и бывший генеральный секретарь ОБСЕ В. Хёнк.

Были заслушаны также президент Федерального ведомства по военной технике и закупкам Д. Петри, большинство руководящих сотрудников его ведомства, а также многие руководители оборонных фирм и объединений промышленников.

При подготовке выводов независимые комиссии опирались не только на результаты заслушивания экспертов и чиновников. Они также располагали предоставленными государством достаточными финансовыми ресурсами для того, чтобы привлекать на контрактной основе различные исследовательские организации и отдельных экспертов, как национальных, так и иностранных. Так, комиссия Гейтса в качестве консультирующих организаций привлекла три мощных исследовательских центра - Центр оборонного анализа, Центр военно-морского анализа и Корпорацию "РЭНД". По заказу комиссии Вайцзеккера пять независимых консалтинговых фирм подготовили ряд докладов. Три исследовательских контракта подписаны с индивидуальными экспертами, в том числе иностранными.

Широко используя внешнюю экспертизу, комиссии вели также и собственные исследования, располагая для этого компетентным исследовательским штатом. Так, при комиссии Гейтса был создан внушительный аппарат квалифицированных сотрудников во главе с исполнительным директором, его заместителем, ответственным редактором и четырьмя директорами по основным направлениям работы. Кроме того, комиссией были назначены 24 директора отдельных исследовательских проектов, названия которых позволяют судить о масштабности подхода комиссии к проблеме перехода от призыва к добровольному принципу комплектования.

5.2.5. В-пятых, публичная открытость не только выводов и рекомендаций комиссий, но всех их обоснований. В частности, доклады всех 24 директоров исследовательских проектов комиссии Гейтса, составившие три огромных тома, были опубликованы для широкой публики.

5.2.6. В-шестых, работа комиссий носила демократический характер. Все члены комиссий, несогласные с ее рекомендациями или отдельными положениями докладов, имели возможность представить свою особую точку зрения в качестве приложения к основному докладу комиссии.

5.2.7. В-седьмых, состав комиссий и их экспертного аппарата формировался на надпартийной основе с тем, чтобы обеспечить реализацию выводов комиссий и в случае прихода к власти другой политической партии или коалиции партий. Показателен в этом отношении состав комиссии Паккарда, рекомендации которой последовательно проводятся в жизнь вот уже почти два десятилетия. Ряд членов комиссии занял ключевые посты в республиканских администрациях президентов Рейгана и Буша-старшего. Так, вскоре после опубликования доклада член комиссии Ф. Карлуччи был назначен министром обороны. Позднее два других члена комиссии, Б. Скоукрофт и Д. Вулси, стали соответственно советником президента по национальной безопасности и директором ЦРУ. После прихода к власти демократов в администрации президента У. Клинтона министром обороны был назначен еще один член комиссии - У. Перри, который стал еще с большим рвением, чем его коллега по комиссии республиканец Карлуччи, воплощать в жизнь рекомендации доклада Паккарда. Его правой рукой в деле реорганизации ОПК стал Ж. Генслер, консультант комиссии Паккарда, занимавший в 1997-2001 гг. ключевую должность заместителя министра обороны по закупкам, технологии и тыловому обеспечению. Кстати, должность эта была учреждена по рекомендации комиссии Паккарда.

5.3. Разумеется, подобные независимые комиссии создаются главами государств и правительств не для того, чтобы подменять или оттеснять на второй план ведомственную точку зрения. Как правило, параллельно с началом работы подобных комиссий ведомства приступают к подготовке собственных докладов по той же проблематике, синхронизируя свою работу таким образом, чтобы оба доклада легли на стол президента (главы правительства) одновременно. Так, предложения руководства бундесвера под названием "Ориентиры планирования и концепции дальнейшего развития Вооруженных Сил" были представлены от имени генерального инспектора бундесвера 23 мая 2000 г., день в день с рекомендациями комиссии Вайцзеккера. Разумеется, оба документа носили несекретный характер и были открыты для широкого общественного обсуждения. Таким образом, как правительство, так и общественность имели возможность ознакомиться и с независимой, и с ведомственной точками зрения по всем основным вопросам военного строительства.

5.4. Следует отметить, что и сами военные ведомства демократических государств широко используют независимую экспертизу при выработке своей политики. К примеру, министр обороны США создал 5 марта 2001 г. независимую группу во главе с отставным генералом ВВС Д. Маккарти для изучения вопросов трансформации Вооруженных Сил с задачей дать предложения по повышению общих военных возможностей США. Группе, в частности, было поручено определить, какими военными возможностями должны обладать Вооруженные Силы, чтобы быть в состоянии ответить на вызовы XXI в. в сфере безопасности. В состав группы вошли несколько отставных генералов и адмиралов, а также независимые аналитики в области обороны и разведки. Другой группе, во главе с бывшим заместителем председателя КНШ адмиралом Д. Джеремаей, было поручено изучить моральный климат среди военнослужащих и качество их жизни.

5.5. Широкое распространение на Западе независимых комиссий объясняется прагматичными причинами. Во-первых, независимый и авторитетный характер комиссий дает им возможность нередко выступать с рекомендациями, важными с государственной точки зрения, но еще не пользующимися широкой общественной поддержкой. До начала работы комиссии Гейтса большинство американцев не поддерживали предложения об отмене призыва в армию. И, наоборот, в ФРГ в конце 1990-х гг. в обществе возобладали настроения в пользу перехода на полностью добровольный принцип комплектования бундесвера, подобно тому, как это произошло во Франции и ряде других европейских стран. И, тем не менее, комиссия Гейтса решительно выступила за отмену призыва, а комиссия Вайцзеккера, не менее решительно, - за его сохранение. Понятно, что подобная позиция позволила президенту США и канцлеру ФРГ поддержать точки зрения соответствующих комиссий без заметного ущерба для собственного авторитета.

Во-вторых, деловой и неспешный характер работы комиссий позволяет военным не только довести до членов и экспертов комиссий свою точку зрения по всем рассматриваемым вопросам, но и детально ознакомиться с аргументацией оппонентов. В результате резко снижается порог сопротивления военного ведомства предлагаемым нововведениям. А возможности армии как жесткой корпоративной структуры саботировать, то есть выполнять сугубо формально принятые на самом верху решения, если они ее не устраивают, огромны.

5.6. Полагаем, что широко распространенный в демократических странах и доказавший свою эффективность опыт создания независимых экспертных комиссий по ключевым военным вопросам может быть с успехом применен и в российских условиях.


Опубликовано в выпуске № 15 (32) за 21 апреля 2004 года

Loading...
Загрузка...

 

 

  • Past:
  • 3 дня
  • Неделя
  • Месяц