Версия для печати

"Деды" и отцы-командиры

Быстров Сергей
Не во всем согласен с предложенным Ю. Кнутовым "рецептом" борьбы с дедовщиной в армии (см. статью "Рецепт борьбы с дедовщиной прост", "ВПК" №10-2007). Я, как действующий офицер в звании подполковника, тоже мог видеть ее проявления в той или иной степени, причем начиная с суворовского училища. И вот к каким выводам пришел.


НЕУСТАВНЫЕ ОТНОШЕНИЯ - ЭТО ЛИШЬ СЛЕДСТВИЕ ПРОБЕЛОВ В УПРАВЛЕНИИ


Не во всем согласен с предложенным Ю. Кнутовым "рецептом" борьбы с дедовщиной в армии (см. статью "Рецепт борьбы с дедовщиной прост", "ВПК" №10-2007). Я, как действующий офицер в звании подполковника, тоже мог видеть ее проявления в той или иной степени, причем начиная с суворовского училища. И вот к каким выводам пришел.
{{direct_hor}}
Автор статьи "Рецепт борьбы с дедовщиной прост", на мой взгляд, несколько преувеличивает стремление молодого солдата "закосить". Большинство парней приходит в армию с готовностью честно отдать свой долг Родине, возмужать духовно и физически. Но их встречает сформированный коллектив новых "стариков", воспринявших эту уродливую традицию как закон, и круг замыкается. Вот здесь-то и есть провал, виноваты в котором прежде всего офицеры старшего и младшего звена. Офицер по долгу службы обязан быть воспитателем. А он, облегчая себе жизнь, отдает ситуацию на откуп саморегулированию. Традиция "закостеневает", передается в виде баек из подразделения в подразделение, считается высшей нормой, гораздо выше присяги. Но порочный круг должен быть разорван. Какими же способами? Ю. Кнутов в основном излагает нам содержание требований устава и давно написанных учебников по воспитательной (партийно-политической) работе. То же нам расскажет любой лейтенант. Но почему офицер не прибегает к этим методам, а если и прибегает, то частично, не решая проблему в корне?

Ю. Кнутов предлагает больше нянчить солдат, следить за ними (вплоть до осмотра нагишом), сулить им развлечения в обмен на соблюдение устава. Но ведь солдаты - это граждане России, торжественно принявшие военную присягу и несущие на себе груз ответственности за соблюдение закона. Получилось, что мы незаметно для себя сделали из сути военной службы внешний атрибут, а основой военной службы полулегально оставили неразвитые племенные отношения. Вполне созвучно с текущим российским "бардачком". Причем проблема, доставшаяся в наследство от советских времен периода девальвации духовных ценностей, плавненько перетекла в современную Россию, называющую себя демократической. Но это, как говорят, позорное явление питается как раз духовной неразвитостью, отсутствием нравственных идеалов. Превалирует обычная психология обитателей "зоны", ведь ничего другого солдатам со стороны горе-воспитателей не предложено.

Но, по-моему, родители и школа уже достаточно нянчили этих мальчиков. В армии защитник Родины с адским оружием в руках должен четко делать свое дело, а за нарушение закона, в том числе за издевательства над сослуживцами, нести неотвратимое наказание. Иначе это уже потенциальный бандит с тем же адским оружием в руках. Слово "Родина" для него - стеб, предназначенный для разных там комиссий. Но офицер обязан четко обеспечивать среду существования подчиненных в рамках закона. Если спросить солдат, они ответят то же самое. Это в основной массе умные ребята, и они обиделись бы на полное недоверие к себе и всяческое сюсюканье. Но солдаты связаны порочным кругом и безответственностью офицеров, которым гораздо проще устроить мордобой, чем применять полученные педагогические знания. Да и времени на педагогику офицер, как правило, не имеет. Таким образом, дедовщина лишь верхушка айсберга, приплывшего к нам из советских времен периода застоя. А подводная его часть - это полная дезориентация системы воспитания молодежи в России. Власть это уже поняла, но слишком вялы попытки исправить положение, а время не терпит.

Отсюда следуют некоторые выводы о путях устранения дедовщины. Очень важно, конечно, завершить перевод армии на контрактную основу. Мордобой при этом сразу не исключается, но хотя бы моральные издевательства постепенно уйдут, так как служба длится не год или два, и настоящий коллектив гораздо выгоднее командиру, чем "мини-зона", под прессом которой он и сам находится. При этом постепенно разрешаются бытовые проблемы, исчезает ограничение свободы личной жизни. К тому же служить придет сформировавшийся мужчина, пусть и с идеологической неразберихой в голове, но хотя бы обладающий определенными моральными ценностями. Шаг в сторону снижения продолжительности срочной службы до одного года хотя и отрицательно отразится на подготовке военного специалиста, но количество проявлений дедовщины определенно уменьшит.

Правда, до таких времен, как говорят, надо еще дожить, поэтому очень важно навести порядок в армии в рамках уже существующих требований. Это может показаться общим заявлением, но именно это нужно и можно начинать делать немедленно. Дополнительные материальные ресурсы для этого не нужны. Твердое и неуклонное утверждение дисциплины. Не знаю, как другим, а мне все чаще бросается в глаза подчеркнутая распущенность солдата. Вроде, скажите спасибо, что я вообще не закосил от армии, а ваша дисциплина мне по боку. Они спокойно могут курить и держать руки в карманах в присутствии старших по званию, а старшие считают это естественным или стесняются пресечь (а может, боятся нарваться на хамство и оказаться в дураках). О воинском приветствии тоже уже речи нет, причем офицеры показывают в этом пример. Как же капитан поприветствует подполковника, а тем более майора?! Скорее у него рука отвалится, а о выполнении строевого устава забыли давно. В общественных местах военные давно уже перестали быть примером поведения и подтянутости. Внешняя расхлябанность, курение на ходу и матерщина стали почти правилом.

Так это армия или что? Почему ни один командир не отвечает, как положено, за состояние дисциплины? Потому что это вошло в привычку и привычной стала ссылка на низкую зарплату. ("Если они думают, что мне платят, то пусть думают, что я служу".) Что ж, зарплата и впрямь не высока. Но из-под палки никто контракт не подписывал. Так что пусть будет чуть меньше "полувоенных", зато дело выиграет. Здесь нужна требовательность ко всем - от генерала до сержанта, нужно жесткое наказание за отсутствие требовательности. Начать эту кампанию проще, конечно, сверху, была бы воля. Просто генералы не привыкли видеть низовую расхлябанность, ведь им всегда стремятся показать вылизанные фасады и стриженых солдат. А нормального контроля за повседневным процессом службы не налажено.

Если уж говорить о недостаточной зарплате, то неплохо бы ее офицерам выплачивать, соблюдая принцип социальной справедливости, тогда и отдача от них увеличится. Ведь сейчас сложился явный перекос в сторону завышения выплат московским штабам (с одной стороны, это понятно, в Москве ведь гипертрофированно завышен уровень жизни из-за сосредоточения там почти всех финансовых потоков, но почему до сих пор не принято никаких решений по удалению оттуда хотя бы части органов военного управления и военных учебных заведений в более спокойные и способствующие несению службы места?).

Автор статьи "Рецепт борьбы с дедовщиной прост" говорит и о необходимости вводить в армейские ряды православных священников, заявляя при этом, что другие конфессии в армии почти не представлены. Тут хочется спросить: а сколько нужно иметь во взводе мусульман, буддистов или атеистов, чтобы говорить о подавляющем большинстве христиан? Мы еще в армии не имели крупных конфликтов на религиозной почве! Нет уж, если государство отделено от церкви, то это должно соблюдаться неукоснительно. Партийная деятельность в армии запрещена, а религиозная разрешена, причем выборочно, - это прямой путь к развалу армии, особенно в наше смутное время. Не спорю, набожность может положительно повлиять на дисциплину, в том числе уменьшить проявление дедовщины. Но это палка о двух концах. Как вы думаете, с каким чувством будет выполнять солдат-мусульманин команды сержанта-христианина в бою с исламскими радикалами? Религиозные противоречия и обряды нужно дистанцировать от армии. Тем более что настоящая вера сопровождает человека независимо от доступности внешних ее атрибутов.

И, несомненно, разбюрокрачивание армии будет способствовать устранению среди прочего негатива и дедовщины, здесь Ю. Кнутов абсолютно прав. За многие годы службы убедился, что если борьба с бумагами и начинается, то она реализуется в создании планов по этому поводу и замене устаревших бумаг на обновленные. Это, несомненно, болезнь всей государственной машины. И в ее основе лежит неумение эффективно управлять, особенно на верхнем уровне. Руководитель обычно считает, что он-то расставит все по полочкам, наведет в этом хозяйстве порядок, ведь у него такой опыт! Но опыт как раз и становится тормозом эффективности, потому что он вбирает в себя накопленную за многие годы гору псевдоусовершенствований, которые не решают проблем, а создают видимость их решения. Ведь управление любым процессом требует особых знаний, и его эффективность зависит не только от умственных способностей, квалификации и опыта руководителя, но и от наличия современной и гибкой системы управления, которая позволяет получить максимальный результат при минимуме затрат. У нас же зачастую все делается навскидку, по принципу "начальству виднее". Так и в борьбе с дедовщиной. Создана внушительная пирамида органов воспитательной работы. Ведется мониторинг правонарушений. По каждому случаю проводятся разбирательства с наказаниями. Сверху постоянно сыплются директивы, дублируемые в середине и пачками оседающие в низах. Слова в них десятилетиями не меняются: усилить, углубить, поставить во главу угла, обеспечить, ежеквартально, ежедневно, немедленно докладывать. Помощники по воспитательной работе и командиры сидят и рисуют планы, графики, пишут донесения, завели себе для этого по компьютеру. Просто красота! И это все называют работой по воспитанию солдата! А на выходе - никаких признаков отдачи. Разумно предположить, что занимаемся не совсем тем или совсем не тем. Подключить бы отечественную и мировую науку управления. Да куда там! При очередном расстреле сослуживцев или побеге из части опять делается вывод, что директив маловато, что внизу расслабились, вверху недоусовершенствовали - и пошла писать губерния. А зачем, собственно, беспокоиться? Времена ведь трудные? - Трудные. Получку платят? - Как обычно. Никто за нулевой результат не пострадал? - Ну мы ж в поиске!..

А в итоге командиру и его "политруку" не то что с каждым поговорить, ему на внутренний порядок и боевую подготовку некогда обратить внимание: директивы, планы, отчеты, сводки (не по форме составил - получи "дыню"), комиссии в очередь просятся проверить результат. А откуда результат, если работа офицера дезорганизована и превращена в бюрократический конвейер?

Итак, нужен решительный шаг руководства армии в сторону отмены любой бумаготворческой работы, не имеющей заметной отдачи для повышении эффективности управления. Нужна немедленная переподготовка военных управленцев, чтобы сделать их работу эффективной. Это повлечет за собой оптимизацию всей системы военного управления с неизбежным снижением затрат и получением результатов. Офицер будет рядом с солдатом, оба они займутся делом, ради которого носят погоны.

Вот так получается, что собственно о борьбе с дедовщиной я почти ничего не сказал. Это потому, что не нужно никакой борьбы! Дедовщина лишь следствие огромных пробелов в военном строительстве, и она исчезнет как сон при ликвидации хотя бы части из этих пробелов.

Сергей БЫСТРОВ
Санкт-Петербург

Опубликовано в выпуске № 20 (186) за 30 мая 2007 года

Loading...
Загрузка...

 

 

  • Past:
  • 3 дня
  • Неделя
  • Месяц
Loading...