Версия для печати

Стратегический союзник

Фаличев Олег
Сегодня Республика Абхазия – независимое государство, официально признанное Россией после развязанного Грузией вооруженного конфликта в августе 2008 года в Южной Осетии. За прошедшее время в республике произошло немало знаковых событий. Вместо российских миротворцев, которые в соответствии с мандатом СБ ООН и по решению Совета глав государств СНГ много лет выполняли там свою миссию, теперь разворачивается российская военная база. Границы Абхазии берет под охрану Пограничная служба ФСБ России. Наконец, в Абхазии начало работу посольство Российской Федерации. Какие проблемы приходится ему решать? На этот и другие вопросы в эксклюзивном интервью «Военно-промышленному курьеру» ответил Чрезвычайный и Полномочный Посол Российской Федерации в Республике Абхазия Семен ГРИГОРЬЕВ.


ПОДГОТОВКА ДОГОВОРНО-ПРАВОВОЙ БАЗЫ – ОДНА ИЗ ОСНОВНЫХ ЗАДАЧ РОССИЙСКОГО ПОСОЛЬСТВА В АБХАЗИИ


Сегодня Республика Абхазия – независимое государство, официально признанное Россией после развязанного Грузией вооруженного конфликта в августе 2008 года в Южной Осетии. За прошедшее время в республике произошло немало знаковых событий. Вместо российских миротворцев, которые в соответствии с мандатом СБ ООН и по решению Совета глав государств СНГ много лет выполняли там свою миссию, теперь разворачивается российская военная база. Границы Абхазии берет под охрану Пограничная служба ФСБ России. Наконец, в Абхазии начало работу посольство Российской Федерации. Какие проблемы приходится ему решать? На этот и другие вопросы в эксклюзивном интервью «Военно-промышленному курьеру» ответил Чрезвычайный и Полномочный Посол Российской Федерации в Республике Абхазия Семен ГРИГОРЬЕВ.
{{direct_hor}}


Фото: Павел КАССИН
— Семен Вячеславович, поскольку это первое ваше интервью российской прессе в новой должности и на новом месте, то не могли бы вначале рассказать об истории образования посольства Российской Федерации в Республике Абхазия?

– Я как Чрезвычайный и Полномочный Посол Российской Федерации вручил верительные грамоты президенту Республики Абхазия в декабре 2008 года. А посольство было создано несколько позже, поскольку это бюрократическая процедура, требующая отдельных решений. Передовая группа посольства выехала сюда во главе со мной 30 апреля 2009 года.

Пока посольство располагается на территории санатория Московского военного округа. Мы работаем в здании, где раньше находился штаб Коллективных сил по подержанию мира в зоне грузино-абхазского конфликта (КСПМ). Понятно, что условия для работы здесь не самые подходящие. Поэтому сейчас готовимся переехать в одну из гостиниц, которую полностью арендуем под посольство. Там будет офис и помещения для проживания, что нас вполне устраивает.

Абхазская сторона предоставила два земельных участка. Один – в центре Сухума под строительство нашего комплекса. Второй – по Кодорскому шоссе под резиденцию посла. В ближайшее время начнутся работы по их проектированию и подготовке к строительству.

Правовой основой нашей работы являются договоренность об установлении дипломатических отношений с Абхазией от 9 сентября 2008 года и распоряжение правительства Российской Федерации о создании посольства.

— Международным сообществом Абхазия пока не признана. Это вас не смущает?

– Никоим образом. Ни меня лично, ни Российскую Федерацию. Мы признали Абхазию как независимое государство и у нас, повторю, установлены дипломатические отношения. А сколько еще государств признает ее: два или 102, уже не существенно. Мы будем развивать отношения так, как считаем нужным, как это отвечает нашим совместным интересам.

— Какие задачи стоят перед посольством на ближайшую перспективу?

– Самые различные. С одной стороны, мы вынуждены решать административно-хозяйственные вопросы, разворачивать деятельность посольства, подбирать помещения, обеспечивать автопарк, подыскивать жилой фонд. С другой – не можем позволить себе такую роскошь, чтобы не заниматься политическими, экономическими вопросами или взять паузу, скажем, на полгода, чтобы посвятить себя только хозяйственным проблемам.

Посольство уже сейчас активно участвует в развитии политических контактов между РФ и РА, переговорах, подготовке основных двусторонних документов. Создание договорно-правовой базы отношений – одна из главных задач посольства. Сейчас, например, в работе находится более 30 проектов различных двусторонних документов (у российской и абхазской сторон). Перед нами стоит поставленная президентом задача до конца 2009 года весь этот пакет подписать. Отсутствие такой базы серьезно тормозит развитие отношений.

С 26 августа 2008 года Абхазия – независимое государство. Пока не входящее в СНГ, несмотря на то, что является ближайшим стратегическим союзником России. Поэтому с международно-правовой точки зрения многие практические вопросы решаются таким образом, что Абхазия ставится в разряд, как бы это сказать корректнее, государств дальнего зарубежья, с которыми у нас нет необходимых договоров. И без заключения соответствующего двустороннего соглашения никакие вопросы здесь нормально решаться не могут. Это касается практически всего комплекса отношений: торговли, таможни, пограничного контроля, связи, транспорта. Поэтому подготовка таких соглашений – главный приоритет.

Остальные задачи такие же, какие ставятся российским законодательством перед любым российским загранучреждением: анализ политической, экономической ситуации в стране пребывания, защита прав и интересов российских граждан, продвижение российского бизнеса, целый ряд других задач.

— Как бы вы охарактеризовали политическую и экономическую ситуации в республике?

– Социально-экономическая обстановка в Абхазии, по понятным причинам, сложная. Потому что в течение последних 15 лет она развивалась как территория самостоятельная, но никем не признанная. Соответственно у страны были крайне ограниченные финансовые и экономические возможности для развития. К тому же с 1996 года тут действовали известные ограничения, введенные решением Совета глав государств СНГ, которые были обязательными и для России. Мы их выполняли. Решение о выходе из них было принято весной 2008 года, когда МИД России направил официальную ноту в секретариат СНГ. В ней сообщили, что Россия более не считает для себя обязательным режим таких ограничений.

Словом, практически до прошлого года Абхазия жила в таких условиях, когда любое развитие экономических, торговых связей с ней было возможно либо по линии коммерческих организаций, либо в формате связей с субъектами РФ, либо с третьими странами. Можно сказать, что Абхазия все эти 15 лет находилась в режиме выживания, а не развития. Практически не работала промышленность, очень тяжелое положение сложилось в сельском хозяйстве.

Почти единственным источником доходов оставалась туристическая сфера. В общем, ситуация была тяжелая и ее отголоски, последствия в полной мере чувствуются сейчас.

Нужны очень серьезные средства и инвестиции, чтобы поднять здесь экономику. И наиболее активно сюда может пойти, по понятным причинам, только российский бизнес. Бизнес третьих стран, как правило, сдерживается властями этих стран в связи с непризнанием Абхазии.

ЛИЧНОЕ ДЕЛО

ГРИГОРЬЕВ Семен Вячеславович


ГРИГОРЬЕВ Семен Вячеславович
Фото: Павел КАССИН
Родился в 1960 году в Москве. В 1983 г. окончил факультет международных отношений МГИМО, в 2001 г. прошел Программу ООН по миростроительству и превентивной дипломатии. Владеет английским и персидским языками. Деятельность в системе МИДа начал в 1983 г. в посольстве СССР в Афганистане. С 1987 по 1990 г. – старший референт, атташе отдела/управления стран Среднего Востока МИДа СССР. В 1990–1997 гг. – третий секретарь, второй секретарь, первый секретарь посольства СССР/России в Иране. В 1997–2000 гг. – советник, начальник отдела Ирана Третьего департамента Азии МИДа России. В 2000–2001 гг. – политический советник Миссии ОБСЕ в Таджикистане. В 2001–2003 гг. – советник, начальник отдела Ирана Третьего департамента Азии МИДа России. В 2003–2006 гг. – заместитель директора Четвертого департамента стран СНГ МИДа России (вопросы российско-грузинских отношений). С 2006 по 2008 г. работал советником-посланником посольства России в Афганистане. С февраля 2008 г. по декабрь 2008 г. – заместитель директора Четвертого департамента СНГ МИДа (вопросы Абхазии и Южной Осетии). 25 октября 2008 года указом президента Российской Федерации назначен Чрезвычайным и Полномочным Послом России в Абхазии. Имеет дипломатический ранг Чрезвычайного и Полномочного Посланника 2-го класса. Отмечался правительственными наградами. Женат, имеет сына.


— Но есть пример Турции…

– Турция всегда работала с Абхазией, продолжает работать и сейчас. Но, по официальным цифрам, внешняя торговля Абхазии на 80 процентов приходится на Российскую Федерацию, а в оставшихся 20 процентах основная доля, конечно, принадлежит Турции. Но все равно крупных инвестиций по турецкой линии здесь нет.

Однако российский бизнес сюда пойдет, как представляю, только после того, как будут созданы солидные правовые гарантии безопасности российских инвестиций. Принципиальное условие для создания таких гарантий – подписание соглашения «О поощрении и защите инвестиций». Такое соглашение уже в работе, недавно здесь была делегация Минэкономразвития РФ. Мы рассчитываем, что через пару месяцев выйдем на подписание документа.

Законодательство в сфере инвестиций здесь довольно либеральное. Поэтому сочетание двустороннего соглашения и местного законодательства, думаю, создаст хорошие условия для российских и других зарубежных инвестиций. Эти условия при таком сочетании будут довольно благоприятные. Естественно, они должны выполняться. Во всяком случае, когда появится правовая база, можно будет уже добиваться соблюдения этих гарантий. Должен быть определен механизм контроля и решения проблем, обеспечено право обращаться в суды – как абхазские, так и российские. То есть заработает обычная цивилизованная система…

Что касается политической ситуации, то в целом она стабильна. За эти годы в Абхазии создана довольно-таки соответствующая мировым стандартам демократическая модель государства. Существуют все ветви власти. Они с разной степенью эффективности, но работают. Есть довольно развитое гражданское общество, политические партии, неправительственные организации, которые также работают.

Вопросы могут возникнуть лишь в связи с тем, что за последние 15 лет Абхазия как бы варилась в собственном соку. Не было возможностей для совершенствования государственной деятельности. Особенность нынешней политической ситуации в том, что к концу года состоятся президентские выборы. Официально подготовка к ним и предвыборная кампания (по абхазскому законодательству) начнутся после объявления даты выборов и регистрации кандидатов. Но, по понятным причинам, как это бывает в большинстве государств мира, политическая жизнь активизируется перед выборами.

В последнее время оживились оппозиционные силы, критикующие руководство республики за те или иные действия, те или иные направления внешней и внутренней политики. Я к этому отношусь вполне спокойно потому, что это проявление как раз того, что в Абхазии есть и действует нормальное демократическое общество. У руководства республики, думаю, хватит выдержки и профессионализма, чтобы сдать экзамен на демократию, провести президентские выборы в нормальной демократической атмосфере.

— Нет ли опасности, что с избранием нового политического лидера поменяются и политический курс страны, отношения с Россией? Ведь в абхазском обществе до сих пор очень сильны клановые, родовые отношения…

– Нет, такой опасности не существует. Категорически.

Во-первых, я не стал бы торопиться и делать прогнозы, что на пост президента придет другая фигура. Во-вторых, хочу отметить: сейчас в Абхазии сложилась такая политическая обстановка, что здесь не существует антироссийских политических сил. Несмотря на то, что сейчас оппозиция взяла на вооружение лозунг пересмотра некоторых российско-абхазских договоренностей, она при этом не подвергает сомнению стратегический характер отношений с Россией, необходимость продолжения присутствия России. Даже по такому вопросу, как нахождение здесь российских пограничников, российской военной базы, у абхазской оппозиции однозначно позитивное мнение.

Понимаете, оппозиция сейчас старается позиционировать себя как та сила, которая может развивать российско-абхазские отношения более эффективно и, естественно, стремится занять соответствующее место. А чтобы отменять какие-либо российско-абхазские договоренности, пересматривать их, думаю, к такому выводу не придет ни одно абхазское правительство. Во всяком случае в обозримую историческую перспективу.

— Какова ситуация с русскоязычным населением? Собираетесь ли вы защищать права русских? Видимо, на этом участке тоже есть узелки и проблемы?

– Узелки и проблемы есть. Абхазское общество – общество многонациональное, оно традиционно было таким. В настоящее время, по статистическим данным, в Абхазии проживают около 23 тысяч русских, что составляет примерно 11 процентов населения. Русские сейчас по численности находятся на четвертом месте после соответственно абхазов, армян и грузин. Грузины – это прежде всего мегрелы, которые проживают компактно в Галском районе Абхазии.

Защищать права? Несомненно. Это одна из главных функций российского посольства и посла Российской Федерации. Но здесь есть специфика. Мы должны защищать права не только русских, а всех граждан Российской Федерации, проживающих здесь. Их подавляющее большинство. Называются разные цифры: от 80 до 90%. Причем среди граждан РФ, наверное, та же пропорция: большинство – абхазы.

— С какими наиболее типичными вопросами сейчас обращаются в посольство?

– Раз в неделю я провожу прием по личным вопросам. Приходят представители не только русской национальности. Армяне, абхазы, греки… Многие вопросы связаны с их бедственным экономическим положением. Люди остаются без работы, без поддержки, просят помощи. Хотя в принципе то, что Российская Федерация сегодня выплачивает российскую пенсию большинству пенсионеров Абхазии (более 30 тыс. человек), это, конечно, для них большая поддержка. По меркам Абхазии приличные средства. Судите сами: если абхазская пенсия составляет от 200 до 500 рублей, то российская – в районе 3000 рублей.

Есть и другие просьбы: отправить на учебу, лечение. Но, наверное, большая часть обращений связана с недвижимостью. Очень болезненный вопрос. Это в принципе такой вот, как вы правильно сказали, узел, который существует в Абхазии и который надо развязывать. Затрагивает он в первую очередь людей, которые во время войны 1992–1993 годов по понятным причинам выехали из Абхазии. Это во многом люди русской национальности. Люди, которым в принципе было куда выехать к родственникам в Россию. Много среди этой категории армян, а также греков, которых отсюда вывезли целенаправленно и которые частично проживают в России, а большинство в Греции. Когда обстановка стабилизировалась и возникла уверенность в завтрашнем дне, они стали возвращаться сюда. Но что увидели?

Как правило, занятые дома и квартиры. Причем эти квартиры заняты в полном соответствии с абхазским законодательством. Здесь приняты нормы (они, кстати, существуют в любом государстве, включая российское), когда по истечении определенного времени оставленная квартира переходит в разряд бесхозных. Это время, в течение которого собственник не проживал в ней, не появлялся в ней, никаким образом не заявлял о своих правах (не оплачивал коммунальные услуги, квартплату и т. д.). В таком случае квартира, повторю, переходит в разряд бесхозных и выставляется на продажу либо предоставляется нуждающимся. Немало людей оказались в такой ситуации.

Есть и такие случаи, когда на квартиры живущих в них русских граждан вдруг стали выдвигать претензии, необоснованные требования о выселении. Предъявляются различные правовые основания для заселения в такие квартиры других людей. Подобные вопросы решаются, как правило, в судебном порядке. И надо отдать должное абхазским судам, которые во многих случаях выносят справедливые решения в пользу тех, кому эта квартира принадлежала и принадлежит.

Другое дело, что возникают проблемы с выполнением судебных исков. Иногда начинает действовать, что называется, право сильного. Если живет пожилая русская бабушка, то у некоторых граждан возникает соблазн подвинуть ее, переселить куда-то в деревню и занять квартиру в центре города. Впрочем, сплошь и рядом подобное встречается и в России. Все слышали о черных маклерах. Но здесь это, по понятным причинам, приобрело характер национальной проблемы.

Я говорю по этому вопросу и с президентом республики, и с премьер-министром. Информирую о тех обращениях, которые поступают в российское посольство, мне лично. Люди с такими проблемами обращаются и к руководству Российской Федерации, президенту, премьеру, в Госдуму, МИД. Поэтому этот вопрос находится под высоким контролем как у нас в России, так и здесь.

Руководство Абхазии понимает: необходимо что-то менять в этой области. Но быстро не получится. Ведь если связывать это с какими-то силовыми акциями, использованием правоохранительных органов, то это неизбежно вызовет социальное напряжение в обществе, в чем, конечно, никто не заинтересован. А найти варианты, связанные с предоставлением людям новой жилой площади, не хватает средств. Поэтому вопрос крайне непростой. Но работа по решению этой проблемы ведется.

— И последний вопрос, Семен Вячеславович. Почему задерживается подписание соглашения по российской военной базе?

– Есть два соглашения. Одно – о военном сотрудничестве, оно рамочное. Там определяются главные направления взаимодействия: проведение совместных учений, подготовка кадров для абхазской армии и т. д. Оно практически готово для подписания. Его уже согласовали, остались мелочи.

По российской военной базе соглашение, естественно, сложнее. Потому что оно связано с выделением земельных участков под базу, с правовым статусом российских военнослужащих. Пограничная служба ФСБ России решила аналогичный вопрос быстро. А вот Министерство обороны действует здесь, пожалуй, несколько медленнее. Но уверен: в ближайшее время все детали договоренностей по военной линии будут окончательно согласованы.

Олег ФАЛИЧЕВ
Сухуми–Москва

Опубликовано в выпуске № 27 (293) за 15 июля 2009 года

 

 

Вниманию читателей «ВПК»

  • Past:
  • 3 дня
  • Неделя
  • Месяц