Версия для печати

Геополитические приоритеты

Морозов Евгений
Кажется, России настало время признать провал очередной попытки "войти в Европу". В обществе господствует взгляд на нынешнее положение страны как на результат политики Путина. Большая часть российского общества вполне разделяет эту политику, поскольку она направлена на защиту российских интересов. Меньшая часть, безусловно ориентированная на Запад, полагает, что Кремль испортил отношения с Европой и США.


РОССИЯ НЕ ВХОДИТ В ЗАПАДНУЮ ЦИВИЛИЗАЦИЮ, ОНА ДОЛЖА БЫТЬ ОРИЕНТИРОВАНА НА ДАЛЬНИЙ ВОСТОК


Кажется, России настало время признать провал очередной попытки "войти в Европу". В обществе господствует взгляд на нынешнее положение страны как на результат политики Путина. Большая часть российского общества вполне разделяет эту политику, поскольку она направлена на защиту российских интересов. Меньшая часть, безусловно ориентированная на Запад, полагает, что Кремль испортил отношения с Европой и США.
{{direct_hor}}

Каким мы оставим потомкам ресурсную кладовую России - Дальний Восток?
Фото Бориса БАБАНОВА
Между тем причины последовательного краха всех попыток "европеизации" России, от Бориса Годунова и до Бориса Ельцина, имеют вполне объективный характер. Эти причины были раскрыты еще в работах основателей славянофильства, в знаменитом труде Данилевского "Россия и Европа" и глубоко проанализированы в рамках евразийской научной школы. В наиболее общем виде их можно определить так: Россия не входит в западную цивилизацию, она представляет собой самостоятельный мир, именуемый по-разному: восточноевропейская, славянская (славянофилы), русская цивилизация (Ломоносов и Екатерина II). Именно поэтому попытки сделать в нашей стране все "как в Европе" служат только свидетельством примитивного провинциализма, который оборачивается для России европоцентризмом, господствующим в коллективном сознании ее социальных верхов.

СРЕДИЗЕМНОМОРСКИЙ ВЕКТОР

Однако европоцентризм достаточно пагубно сказывается не только на идеологии, но и на политике правящих кругов России. Если говорить о внешней политике, то она у нас, можно сказать, сконцентрирована на отношениях со странами западной цивилизации. Все политические концепции российского правительства нанизаны на этот стержень, все внимание общества приковано к нему же, и даже редкие прорывы во взаимоотношениях со странами других цивилизаций, прежде всего Китаем, Индией, арабскими режимами, латиноамериканскими государствами, воспринимаются только как средство ущемить Запад в том или ином текущем вопросе.

Сразу согласимся, что у подобного подхода имеются глубокие исторические корни. С момента своего возникновения (в какую глубь веков его ни относить) русская цивилизация имела пространственным вектором своего развития ось "Север-Юг". Поскольку наша цивилизация окончательно сложилась на Великой Русской равнине, ось "Север-Юг" можно определить как "Царьградскую ориентацию". Разумеется, термин "Царьград" здесь служит только географическим символом, а речь идет о получении полноценного выхода к Средиземному морю.

Средиземное море со времен палеолита служит зоной межцивилизационного контакта, в значительной степени облегчая и упрощая странам, принадлежащим к его бассейну, взаимный ресурсный и, что неизмеримо более важно, информационный обмен. Оно стало определяющим географическим фактором формирования целого ряда ушедших и ныне существующих цивилизаций, в первую очередь западной и исламской. Даже африканская цивилизация, имеющая гораздо более удобный выход в мир через Атлантику, до сих пор в гораздо большей степени замкнута на средиземноморскую зону. Аналогичную роль, кстати сказать, в Западном полушарии сыграло Карибское море.

В свете крайне важной роли Средиземного моря в геополитических процессах, развивающихся в Европе, движение России на юг представляло и представляет собой вполне объективный природно-исторический процесс. Хотя он не раз замедлялся и даже прерывался, этот процесс продолжается и будет продолжаться, пока существует русская цивилизация. Перерывы в этом движении связаны с уникальным географическим положением русской цивилизации, наименее изолированной по сравнению с любой другой цивилизационной формацией. Эта географическая открытость сильно сказалась на самих основах русской цивилизации и формировании архетипов русского национального характера, но сейчас мы ведем речь о наиболее тяжком последствии географической открытости - иноцивилизационных агрессиях - как военных, так и носящих иные формы, но неизменно сводящихся к попыткам колонизации.

Археология и история фиксируют множество чуждых проникновений в "большое пространство" русской цивилизации, начиная с бурного кельтского "разлива", не зарегистрированного ни в одном документе, но точно фиксируемого лингвистикой и топонимией. Римская империя несколько столетий контролировала северное Причерноморье, иначе говоря, традиционный транзитный район восточноевропейского зернового экспорта. Примерно в то же время, когда Франкская империя отразила арабский натиск у Пуатье, а Византия - у Константинополя, этот натиск испытали и наши южные земли. Мерван ибн-Мухаммад, будущий халиф, вторгся в южнорусские степи и на "Русской реке" нахватал 20 тысяч рабов "из племени ас-сакалиба", которых пытался увести в Закавказье. Рабы, однако, по пути восстали и были перебиты в боях.

ФЛАНГОВАЯ УГРОЗА

Так или иначе, но продвижение России на юг породило острую конкуренцию за влияние на Ближнем Востоке. Страж северо-западных границ исламской цивилизации - Турецкая империя была разгромлена в ходе последовательных войн и прекратила свое существование. Именно поэтому уже с XVI века Запад начал принимать все более активное участие в отпоре этому движению России на юг, намереваясь сам овладеть Ближним Востоком. Вехами этого процесса стали крупные западные вторжения в "большое пространство" России: 1578-1583 гг. (Стефан Баторий); 1605-1618 гг. (польская экспансия), 1706-1709 гг. (Карл XII), 1812 гг. (Наполеон), 1854-1856 гг. (англо-французская коалиция), 1914-1918 гг. (кайзеровская Германия) и, наконец, самое глубокое, непримиримое, бедственное и драматичное вторжение Гитлера.

Эти вторжения влекли за собой ответные действия по простенькой схеме А. Тойнби "вызов-ответ". Польская экспансия завершилась мощным контрнаступлением Алексея Михайловича, вследствие которого Речь Посполитая навсегда утратила надежды на великодержавность и даже просто на самостоятельное существование. Ответом на вторжение Карла XII была оккупация Петром I Польши и северной Германии. Вторжение Наполеона завершилось штурмом Парижа и созданием Священного союза, господствовавшего в Европе на протяжении жизни целого поколения. Вторжение Гитлера обернулось установлением советского контроля над Восточной и Центральной Европой, продержавшегося тоже на протяжении жизни одного поколения. Громкие победы русского оружия, как видим, имели в результате довольно кратковременные политические успехи, а в геополитическом плане были убыточны и ущербны, поскольку сводились к отвлечению внимания и ресурсов России с южного направления на западное.

Это тормозило и останавливало активность России на своем естественном пути развития. Наиболее яркий пример этого - отказ Сталина осенью 1944 г., после занятия Болгарии, от оккупации зоны Черноморских проливов ради сохранения добрых отношений с союзниками. Добрые отношения с западными союзниками не продержались после этого и трех лет, а удачная для Запада конъюнктура в проливной зоне продержалась долго.

Но самым опасным последствием западного давления стало то, что постепенно российское общество, равно как и правящие круги, начало воспринимать Запад как главное геополитическое направление для приложения усилий России. В общественном сознании сложилось представление о том, что основная задача России - противостояние Западу. Эта психологическая аномалия тем более необоснованна, что до сих пор ни один русский государственный деятель или мыслитель так и не смог сформулировать позитивную цель для русской политики на западном направлении. Что, впрочем, вполне естественно, поскольку такой цели нет. Цель российской политики на Западе всегда негативна и всегда сводится к отражению западного давления. Запад - геостратегический тупик. Однако все большие сомнения вызывает и позитивный характер активности на юге.

СМЕНА ВЕКТОРА

Развитие России на южном направлении, блокированное агрессивным западным давлением, по-видимому, уходит в историю. Геополитические закономерности чрезвычайно долгосрочны, но мнение, что они извечны и неизменны, скорее всего, неверно. Сейчас дискуссии среди геополитиков по этому вопросу идут в основном о том, все ли геополитические закономерности переменны или они представляют сочетание константных и переменных величин. Как бы то ни было, геополитический вектор развития России меняется. Как и все геополитические изменения, происходит это с давних времен и достаточно незаметно, до поры до времени.

Причиной этих изменений стало складывание глобальной экономической системы, обусловленное развитием капитализма в Европе в XVI-XIX вв. В ситуации, в которой межгосударственные связи приобрели или, если хотите, приобретают почти исключительно экономический характер, Средиземноморье утратило характер доминантной контактной зоны, а Северная Атлантика стала ею только на краткий исторический момент. Сейчас становится все более ясно, что доминантной зоной межцивилизационного контакта в планетарном масштабе становится Тихоокеанский регион.

Для нас сейчас важно осознать, что южный вектор развития России утрачивает свой приоритет перед восточным вектором, а Средиземноморье даст русской цивилизации гораздо меньше, чем Азиатско-Тихоокеанский регион (АТР).

Именно тогда, когда начали устанавливаться экономические связи между Европой и АТР, началось и продвижение России на Восток. Поставив Сибирь под свой контроль за немногие десятилетия, Россия продолжала свое движение, но оно было неосознанным и бесплановым. Это видно из того, что, взяв под контроль в первой половине XIX в. северную часть Тихого океана, Россия так же легко отдала ее, затем, обратившись в другую зону АТР, взяла под контроль Синьцзян, Монголию и Маньчжурию, но при этом долго отказывалась от протектората над Кореей, а потом так же легко отдала и все эти территории. И все это делалось ради достижения каких-то мелких преимуществ на Западе, которые частью были так и не получены, а частью - утрачены практически сразу после их достижения.

ФРОНТ ВНУТРЕННЕЙ КОЛОНИЗАЦИИ

С географической точки зрения Россию можно разделить на три региона: Европейский, Сибирь и Дальний Восток. Экономические условия этих регионов резко различаются. В Европейском регионе сосредоточена большая часть населения РФ - порядка 70% (более 100 млн. чел). В нем расположен крупнейший российский комплекс обрабатывающей промышленности, однако при этом сырьевая база региона очень бедна: железная руда КМА, нефтеносный бассейн между Средней Волгой и Уралом, остатки Донбасса, а также несколько месторождений цветных металлов в предгорьях Северного Кавказа. Единственное экспортное сырье Европейской России - лес. Бедна и сельскохозяйственная база региона - северокавказский земледельческий район, окаемленный с севера Черноземной зоной неустойчивого земледелия. К северу от Оки и Камы сельское хозяйство вообще практически свернуто. Инфраструктура региона развита крайне неравномерно, ее плотность и эффективность достигают европейских норм только в районах Москвы и Санкт-Петербурга, резко снижаясь к окраинам.

В Сибири, между Уралом и линией, проходящей по Енисею, Ангаре и Байкалу, проживает менее 30 миллионов человек, расположены мощные комплексы перерабатывающей промышленности - Урал и Кузбасс. Есть отличная зерновая база на Алтае. Однако главная характеристика Сибири - ее сырьевое и, шире, ресурсное богатство. Регион не только полностью обеспечивает сырьем свои индустриальные комплексы, но и служит базой сырьевого экспорта России - нефти и газа. Однако в регионе очень слабо развита инфраструктура, например дорожная сеть Она создана только в южной части. К тому же инфраструктура Сибири выстроена линейно в отличие от гораздо более выгодного радиально-кольцевого варианта в европейской части России.


Россия должна выйти из западного геостратегического тупика на простор мировой экономико-политической арены.
Фото с сайта www.russia.org.cn
Дальний Восток, территории к востоку от Енисея, насчитывает менее 11 миллионов населения. Продовольственной базы регион практически не имеет, поскольку его почвы чрезвычайно неудобны для земледелия. Вечная мерзлота покрывает его территорию практически полностью, от нее свободны только южное Приморье и центральная часть Забайкалья. Поэтому регион целиком зависит от внешних поставок и вынужден завозить продовольствие из Китая, как и сто пятьдесят лет назад. Инфраструктура практически не развита и до сих пор не составляет единой системы. Промышленность сконцентрирована в немногих городах и не обеспечивает нужд региона даже в минимальной степени.

Тем не менее решающее значение для развития России имеет именно Дальневосточный регион. Сибирь - гигантская кладовая ресурсов, и она уже работает на развитие России. Именно колонизация Сибири создала Российскую империю, какой она была последние три века. Дальний Восток - ресурсная кладовая, масштабами многократно превосходящая Сибирь, имеющая уже не материковое, а глобальное значение. Дальний Восток - наше наследство, которое мы должны оставить потомкам, чтобы они в очередной раз могли "возродить" Российскую империю. Имею в виду, что в геополитике "империей" называется многоэтничное государство, в нашем случае - его очень значительная часть в районе Тихого океана. Поэтому ключом к "колонизации" политики России и сейчас и, как минимум, в ближайшем будущем должно стать освоение Дальнего Востока.

После кровавого дележа Африки в последней трети XIX в. термин "колонизация" приобрел одиозное звучание. Пора вернуться к его истинному значению. Колонизация - процесс строительства культурной сферы народом, обладающим высшей культурой по отношению к колонизуемым территориям. Именно колонизационным путем выстроена современная Россия, на этнографической карте которой можно найти цвета разнообразных племен. Но на местах, обозначенных этими цветными пятнами, можно встретить только потомков этих племен, помнящих имена своих предков, но живущих в той культурной среде, которую эти предки создали вместе с пришельцами из России.

Русские в XVII в. шли на Восток в привычной им природной зоне - вдоль пояса смешанных лесов, лежащего на границе степей и тайги. Потом, в XIX в., колонизация развернулась на юг, в степи. Тайга и лежащая за нею тундровая зона остаются неприкосновенными. Редкие охотничьи заимки и еще более редкие стойбища оленеводов только подчеркивают единичность прорывов в заповедные зоны - такие как Норильск и нефтегазовый район Ханты-Мансийского автономного округа. Россию делит на две неравные части рубеж между освоенными и неосвоенными территориями, четко просматривающийся на любой карте страны.

Этот рубеж - почти прямая линия, соединяющая Петрозаводск и Владивосток. Он является фронтом внутренней колонизации. Это важнейший фронт для русского народа. Освоение зон тайги и тундры - основное условие развития России, оно должно быть спланировано на поколения вперед и проводиться с железной последовательностью.

В реальности никто в правящих кругах России этим не занимался. Это характеризует их, и "шестидесятников", и "развитых социалистов", и "рыночных демократов", далеко не с лучшей стороны. С 50-х гг. прошлого века до наших дней господствует идеология, характеризующаяся пренебрежением к будущему страны и народа. В неосвоенной зоне идет грабеж наиболее легко извлекаемых ресурсов, резко усилившийся с начала 90-х гг. Хапнуть и сбежать, оставив за собой пустыню, - вряд ли это можно назвать государственным подходом.

Не знаем, можно ли даже назвать это идеологией - так, какие-то метания в ситуационном поле, и не более того. Ответственное руководство страны можно будет узнать по тому, что оно выдвинет долговременный план внутренней колонизации и начнет последовательно проводить его в жизнь. А в наши дни фактически даже свернута геологоразведка в неосвоенной зоне.

Разумеется, мы понимаем, что давление с Запада настолько мощно, что люди средних способностей, проскользнувшие к кормилу правления, просто не могут охватить весь комплекс проблем. Они могут сосредоточиться только на ситуационном планировании самых острых повседневных задач. Но исторической ответственности это с них не снимает.

"ВСТРЕЧЬ СОЛНЦУ"

Внутренняя колонизация - важнейшая геополитическая задача России. Но переход к ее выполнению отнюдь не означает, что можно повернуться спиной к другим геополитическим задачам. Прежде всего надлежит помнить, что сама по себе внутренняя колонизация призвана создать для России мощную базу в Азиатско-Тихоокеанском регионе, обеспечить ей достойные позиции при завершении перехода центра глобальной экономической, политической и социальной жизни в АТР.

При этом задача противодействия западному давлению ни в коей мере не снимается. Напротив, Европа, и прежде всего США, будут его усиливать, поскольку его "подгоняет" системный социально-экономический кризис, который с каждым годом оставляет западной цивилизации все меньшее поле для маневра и все более узкий коридор для принятия решений. Эта задача в ближайшее время потребует огромных усилий и колоссальных ресурсов. Западный геостратегический фронт еще долго будет основным для России.

Задача геополитического противостояния на Востоке, однако, не менее важна, особенно в свете разработок Римского клуба по десуверенизации ресурсных кладовых планеты. Применительно к России это выражается в росте влияния в правительственных сферах США концепции захвата Сибири. По мере развития этой концепции для России возникают неотложные задачи, прежде всего перелома в ситуации колонизации Дальнего Востока. В настоящее время там идет деколонизация - отток населения в западные регионы страны. Соответственно, разрушаются и без того слабые экономическая система и инфраструктура Дальневосточного региона, а оборонные возможности страны в этих пределах снизились до размеров 20-х гг. прошлого века.

Нам могут вполне резонно напомнить, что на стабилизацию положения на Дальнем Востоке, и тем более на возобновление внутренней колонизации, у страны нет средств. Это бесспорно, но мы, в свою очередь, напомним, что необходимые средства в первую очередь добываются за счет оптимизации системы управления. Мы не будем сейчас говорить о назревших преобразованиях в государственной системе РФ, но считаем своим долгом обозначить некоторые геополитические предпосылки этих преобразований.

Первой, безусловно, должно стать осознание того, что геополитическая задача внутренней колонизации, как и любая другая геополитическая задача, не может быть отложена ни на год, ни тем более на десятилетие. Она должна уже сейчас войти в общественное сознание, долговременные концепции развития, планы правительства и ежегодные бюджеты на ближайшие годы хотя бы в виде соответствующей пропагандистской кампании. Даже это уже будет существенным сдвигом.

Необходима срочная проработка новой северной и тихоокеанской политики России. Например, СМИ уже второе десятилетие пугают нас перспективой китайской колонизации, и никто, судя по всему, даже не подумал о том, как превратить китайское колонизационное движение, гораздо более слабое и неорганизованное, нежели в кривом зеркале наших СМИ, в фактор усиления позиций России. Между тем, это очевидно, до выработки и массового внедрения способов сельскохозяйственной разработки вечной мерзлоты Маньчжурия, как и встарь, остается основной продовольственной базой российского Дальневосточного региона. Да и китайская рабочая сила всегда играла в нем немалую роль.

Аналогично следует повести себя и в российско-японских отношениях. Их следует строить заново, выбивая из мозгов жителей страны Восходящего солнца нелепую агитку японской либерально-демократической партии по Южным Курилам. Отдавать их, конечно, никак нельзя - этим актом мы намертво закроем для России выход в Тихий океан. Но перестроить российско-японские отношения, выйти на уровень полноценного сотрудничества необходимо, и в этом может помочь использование тяжелейшего геостратегического положения Японии между Соединенными Штатами, Китаем и Кореей.

Крайне необходимо строить отношения с государствами, которые ожидает экономический подъем - Индонезией и Таиландом, а это, в свою очередь, предполагает реанимацию активности во Вьетнаме, Лаосе и Кампучии. Необходимо строить взаимные отношения с Австралией и Сингапуром. Этот новый политический курс следует прорабатывать уже сейчас.

Но самое главное и самое неотложное дело - осознание того, что назрел поворот России на Восток. Этот поворот должен осуществляться постепенно и малозаметно для внешнего мира, но планомерно и неотвратимо, поскольку он диктуется логикой развития нашей страны и развитием глобальной ситуации, демонстрирующей размывание концепции однополярного мира и складывание нового центра силы в АТР. Может быть, этот поворот в общественном сознании и государственном планировании займет срок жизни целого поколения - тем больше оснований приступить к нему как можно скорее.

Россия должна выйти из западного геостратегического тупика на простор мировой экономико-политической арены. Старинный лозунг русских первопроходцев - "Встречь солнцу" - должен получить новое содержание в наши дни.

Евгений МОРОЗОВ

Опубликовано в выпуске № 20 (236) за 21 мая 2008 года

Loading...
Загрузка...

 

 

  • Past:
  • 3 дня
  • Неделя
  • Месяц