Версия для печати

Борьба за сбитый F-105

Основную часть трофейных образцов наши военные специалисты добывали самостоятельно
Зайцев Анатолий
Фото: pinimg.com

Отклик на статью «Двиной» по «Стратофортрессу»

С октября 1966 года, когда я снова прилетел в Ханой, ракетно-бомбовые удары американской авиации все чаще направлялись не только на военные, но и на другие стратегические важные объекты (железнодорожные узлы, заводы, электростанции) в районе столицы.

Постоянным объектом ракетно-бомбовых ударов авиации США был мост через Красную реку, построенный еще в колониальные времена по проекту архитектора Эйфеля, автора названной его именем башни в Париже. Многократно частично разрушенный, он всякий раз восстанавливался героическими усилиями вьетнамцев и устоял, оставаясь на всем протяжении войны главной стратегической артерией, по которой осуществлялось снабжение всем необходимым армии на Юге.

В короткие паузы между бомбардировками мы по разбитым дорогам забирались на родных газиках далеко на Юг вплоть до демаркационной линии

Так называемые «точечные» удары американской авиации по военным объектам ДРВ не миновали и дипломатический квартал в Ханое, расположенный неподалеку от упомянутого моста. Первыми от попадания ракет пострадали посольства Румынии, Монголии и торгпредство Болгарии. Позднее одна из них типа «Шрайк» разворотила угол жилого дома, где жил и в тот момент находился наш военный атташе, отделавшийся порезами на лице. В стоящем впритык соседнем доме ставни окна моей комнаты ударная волна вдавила внутрь, и вернувшись с работы, я долго выгребал разлетевшиеся осколки стекла. С активизацией налетов нам выдали каски, на территории посольства и у жилых домов были вырыты бомбоубежища, в связи с участившимися перебоями в подаче электроэнергии обзавелись дизельными движками.

Поначалу мы отнеслись к этим мерам со свойственной молодости беззаботностью. Вне посольства и глаз начальства касками почти не пользовались. Их надлежало постоянно носить с собой, но надевали только после сигнала воздушной тревоги, когда во время налетов начинали сыпаться стекла выходящих на сторону упомянутого моста окон наших рабочих кабинетов и по инструкции надлежало укрываться подальше от них в коридоре у лестничных маршей. Если воздушная тревога заставала ночью, это случалось все чаще, в бомбоубежище первое время спускался редко. Оповещение сиренами обычно запаздывало: американские самолеты, стартуя преимущественно с авианосцев в заливе Бакбо (Тонкинском), подлетали к Ханою вдоль Красной реки на низких высотах, пытаясь избежать поражения ракетами советского производства. Ночью, разбуженный грохотом от разрывов бомб и зениток, я оставался лежать под москитной сеткой; чтобы защититься от стекольных осколков, нащупывал в темноте приготовленную с вечера на кровати каску и, надвинув ее поглубже, заткнув уши, с мыслью «будь, что будет», пытался снова заснуть.

Когда мост через Красную реку удавалось вывести из строя, на время его ремонта транспортный поток направлялся через понтонную переправу, наводимую по ночам как раз напротив расположенного рядом у берега реки Центрального госпиталя, и основные удары авиации США переносились на него. Не защищала и эмблема Красного Креста на крышах корпусов.

Центральный госпиталь Ханоя, где я оказался в январе 1968 года, подхватив болезнь Боткина, был переполнен вывезенными с Юга ранеными участниками сражений за Хюэ и соседний Кхесань, где находилась база морской пехоты США.

Через сорок лет – в феврале 2011 года мне довелось побывать на месте тех боев в одной из главных исторических достопримечательностей Вьетнама – императорском городе Хюэ на берегу Ароматной реки, служившем административным центром Вьетнама с середины XIX века. С волнением осмотрел остатки древней цитадели, внутри которой сохранилось не более трети прежних сооружений. После ожесточенного сражения за Хюэ, освобожденного частями НФОЮВ и ВНА 31 января в ходе знаменитого Новогоднего (Тет) наступления 1968 года, она почти месяц находилась в эпицентре военных действий.

Не забуду живые, трогающие сердце рассказы о прошедших боях этих героических молодых парней (поражало количество военных с ампутированными конечностями), с которыми подружился за проведенные в госпитале дни. Это была настоящая, не известная мне ранее и разнящаяся с официальными описаниями правда о войне на Юге страны.

Многие такие встречи проходили под грохот от разрывов бомб и зенитную канонаду в бомбоубежище, куда нас приводили или переносили после сигналов воздушной тревоги из разных отделений во время частых воздушных налетов. В земляном бомбоубежище у нашего отделения, куда пациентов спешно перемещали после сигнала воздушной тревоги, я провел немало часов, лежа под капельницей и прикрывая ладонью введенную в вену иглу от сыпавшихся с потолка во время зенитных залпов комьев земли и глины.

Под влиянием военной обстановки мы, молодые сотрудники посольства, быстрее мужали, осознавая ответственность перед переживавшими за нас родителями, отправленными домой семьями. Уже не взбегали, как в первые дни бомбардировок, на крыши жилых домов, заслышав над головой хлопки от взрывов ракет… Образумил случай, когда я едва не стал жертвой охранявших наше посольство вьетнамцев. Однажды утром сигнал воздушной тревоги застал меня по дороге на работу неподалеку от посольства. Когда ускорив шаг и надев каску, я был уже у ворот, прямо над головой просвистели автоматные очереди. Это солдат охраны, следуя инструкции, при первых звуках сирены прыгнул в вырытый перед постом окоп (мелкий бетонный колодец) и, не глядя по сторонам, разрядил рожок по пролетавшему самолету.

Самолеты, только что поступившие на вооружение США, стали объектом повышенного внимания. Наибольшей активностью отличались китайские и советские специалисты

Большую часть времени приходилось проводить в пределах центральных районов города и дипломатического квартала. Передвижения вне этой зоны были ограничены властями, въезд во многие столичные районы для автомашин с посольскими номерами строго воспрещался. Своеобразной отдушиной для нас были несколько главных вьетнамских праздников в году, на время которых (от нескольких дней до недели) объявлялся мораторий на воздушные налеты. В короткие паузы между бомбардировками, стараясь охватить как можно больше отдаленных районов страны, чтобы в первую очередь оценить состояние построенных с помощью СССР экономических объектов, мы забирались на родных газиках по разбитым дорогам далеко на Юг вплоть до демаркационной линии.

Возвращались в Ханой обычно впритык к окончанию моратория, торопясь поспеть до 12 часов ночи. Навстречу нам двигались на Юг нескончаемые колонны грузовиков и бензовозов. На узких дорогах со спешно залатанными воронками часто возникали заторы. Следуя распространенному в военное время лозунгу «Превратим день в ночь, а ночь в день», колонны передвигались в темное время суток, хотя это не спасало от авиационных налетов с применением осветительных бомб. Напряжение нарастало при подъезде к Ханою, когда время близилось к полуночи. Помню, как продираясь сквозь встречные колонны грузовиков и бензовозов, выйдя из машины, разбудил уснувшего от усталости за рулем совсем юного, видно, только недавно севшего за руль водителя, и помог ему разъехаться со встречной машиной.

В один из массированных налетов 26 октября 1967 года над Ханоем было сбито десять американских самолетов. Пилота одного из них, катапультировавшегося и спустившегося на парашюте в озеро Чук Бать, удалось захватить живым. К месту его приводнения сбежалось и съехалось на велосипедах множество людей. Это был не первый случай падения сбитых над вьетнамской столицей американских самолетов. Однако захватить в плен живого пилота в центре города удавалось нечасто. Когда после сигнала отбоя воздушной тревоги можно было подъехать к озеру, куда угодил сбитый летчик, он уже находился в плотном кольце военных, которые первыми добрались до места приводнения и подтащили его, едва не утонувшего, со сломанными ногой и руками, к берегу. Усилиями группы захвата удалось оттеснить наседавшую толпу и предотвратить самосуд.

Имя выловленного из озера американца оставалось неизвестным широкой публике более 40 лет, пока он сам, в годы войны лейтенант-коммандер военно-морской авиации США Джон Маккейн (вылетел в тот день с авианосца «Орискани» на штурмовике А-4 «Скайхок» на бомбардировку теплоэлектростанции в Ханое, был сбит зенитной ракетой и захвачен в плен), будучи уже сенатором и кандидатом на выборах в Белый дом, не поведал об этом в автобиографии. Изданная в разгар гонки за обладание президентским креслом, она была расценена тогда как попытка нейтрализовать появившуюся в СМИ компрометирующую кандидата информацию о подлинных обстоятельствах его пленения и поведения на допросах в лагере и ханойской тюрьме, где он провел более трех с половиной лет вплоть до марта 1973-го, когда вместе с другими был отпущен по условиям Соглашения (Парижского) о прекращении войны и восстановления мира во Вьетнаме.

Как позднее стало известно, самолет Джона Маккейна зенитной ракетой ЗРК С-75 сбил вьетнамский офицер наведения (ныне старший полковник) 61-го огневого дивизиона 236-го зенитно-ракетного полка ВНА Нгуен Суан Дай.

За период боевых действий во Вьетнаме США широко использовали его территорию как полигон для испытания новых образцов военной техники. Сбитые самолеты, только что поступившие на вооружение американской армии, их ракетно-бомбовое оснащение не могли не стать объектом повышенного внимания со стороны не только местных, но и иностранных специалистов. Среди них наибольшей активностью (и возможностями) отличались китайские и советские.

Надо сказать, наш великий восточный сосед уже тогда проявлял особый интерес к новым ракетным и иным военным технологиям. С этим связывали, например, участившиеся случаи пропаж новейшего оборудования из контейнеров во время перевозки по китайской территории поставляемых Вьетнаму советских ракет ПВО (после блокады 7-м американским флотом морских портов ДРВ транспортировка советской военной техники и оборудования осуществлялась по железной дороге через КНР).

Для СССР военно-техническое сотрудничество с ДРВ в период агрессии США открыло неоценимые возможности для опробования новых отечественных образцов и использования американской трофейной техники для разработок в ракетной и других областях. Во Вьетнаме впервые прошли «обкатку» такие образцы оружия и военной техники, как система «Град» и реактивные истребители МиГ-21.

Согласно появившимся в последнее время публикациям в период боевых действий с 1965 по 1974-й на территории ДРВ (в соответствии с двусторонним межправительственным соглашением от 1964 года) работали группы специалистов по авиационной технике, вооружению, боеприпасам и т. д., являющихся офицерами запаса, общей численностью около 40 человек. Основную часть трофеев они добывали самостоятельно, со сбитых самолетов, вертолетов, беспилотных самолетов-разведчиков и др., а также с отказавших образцов вооружения и боеприпасов. Что-то получали и от вьетнамской стороны, которая, как отмечается в публикациях, несмотря на взятые обязательства, весьма неохотно допускала советских военспецов к захваченной технике, отдавая предпочтение специалистам из КНР. (Калайда К. С. Цели, задачи и результаты деятельности групп специалистов оборонных отраслей промышленности, работающих в условиях боевых действий во Вьетнаме. В сб. «Война во Вьетнаме: взгляд сквозь годы… Материалы научно-практической конференции «Советско-вьетнамское военное и экономическое сотрудничество в годы агрессии США против ДРВ (1964–1973 гг.)». М., 2000).

Только с мая 1965-го по январь 1967-го, по данным посольства СССР в Ханое, было отобрано и отправлено в Советский Союз свыше 700 трофейных образцов американской авиационной техники, боеприпасов, радиоэлектронной аппаратуры, значительное количество информационных материалов, которые представили большой интерес для учреждений МО СССР и соответствующих отраслей оборонной промышленности. (Россия/СССР в локальных войнах и военных конфликтах второй половины ХХ века. М.,1972).

Скупые подробности этой работы нам, молодым дипломатам, непосвященным в эту закрытую тогда область, становились известными из… песен и общения с их авторами – нашими сверстниками, которых мы между собой называли охотниками за трофеями.

В те годы у нас были очень популярны песни на военную тему. Особенно на стихи Валерия Куплевахского (этот талантливый поэт несколько лет назад ушел из жизни). Его песни неизменно звучали на всех наших посиделках, мы их заучивали, переписывали друг у друга на магнитофоны. Наполнены они были пронзительной ностальгией по Родине, мечтой о скорой встрече с родными и близкими. Именно из песен мы узнавали некоторые подробности полной риска работы этих симпатичных молодых парней в тяжелых полевых условиях. В одной из них рассказывалось, как наши специалисты, «наперегонки» с китайскими, пробирались сквозь джунгли и топи рисовых полей к упавшим американским самолетам или неразорвавшимся ракетам, стараясь быть первыми. Звучали и сетования на то, что не мы порой становились обладателями наиболее «лакомых» военных трофеев. Память хранит куплет одной из песен Куплевахского, обращенный к любимой:

В шесть часов вечера после войны

Ты на свиданье со мной приходи,

На площади Арбатской тебя я буду ждать

Обломок эф сто пятого под мышкою держать.

F-105 – на тот момент новый американский истребитель-бомбардировщик.

Позднее, уже в Москве, когда осенью 1969-го я вернулся из командировки во Вьетнам, мы не раз встречались с Валерием, вспоминая прошлое житье-бытье, пели под гитару его песни и даже дважды выступили вместе в клубе министерства. Я начинал вечер с рассказа о героической борьбе народа Вьетнама, он исполнял с неизменным успехом трогающие душу песни.

С того времени прошло более полвека, давно снята завеса секретности, но, к сожалению, полный отваги и риска ратный труд наших военно-технических специалистов во Вьетнаме остается как-то забытым.

Заголовок газетной версии – «Вьетнамские трофеи».

Анатолий Зайцев,
чрезвычайный и полномочный посол, кандидат экономических наук. В 1962–1964 годах работал в Ханое в Аппарате Советника по экономическим вопросам при посольстве СССР в ДРВ, в 1966–1969-м – в посольстве СССР в ДРВ. В 1983–1987 годах неоднократно посещал Вьетнам, будучи заведующим Отделом Юго-Восточной Азии МИДа СССР

Опубликовано в выпуске № 25 (738) за 3 июля 2018 года

Loading...
Загрузка...

 

 

  • Past:
  • 3 дня
  • Неделя
  • Месяц
Loading...