Версия для печати

Британские танки с хворостом и кулаки Людендорфа

Замыслу командования союзников помешала усталость пехоты
Олейников Алексей
Наступление британских танков у Камбрэ. Forty G. Royal tank regiment. London, 1989

Битва у Камбрэ 20 ноября – 7 декабря 1917 года вызывает особый интерес даже у знатоков истории бронетанковых войск.

Тактические уроки первой половины 1917 года были таковы, что если атакующий решался на наступление, невзирая на потери, то мог захватить ряд укрепленных линий (окопов) противника при помощи пехоты и артиллерии. А обороняющийся, сосредоточиваясь в глубину, противопоставлял неприятелю огонь своих орудий. Наступала патовая ситуация. Причем обороняющийся реагировал все более эффективно. Это было доказано под Аррасом, где немцы потеряли 200 орудий, у Мессины (67), под Ипром (лишь 25). В результате – неудача наступавших при колоссальных потерях.

Прыжки через окопы

Командование союзников ломало голову над новыми тактическими способами атаки позиционного фронта противника. И под рукой оказался танк. Его достоинства и недостатки уже были изучены. Знали, что грунт должен быть танкодоступным, машины следует применять в большом количестве, атаковать внезапно.

Употребление танков давало идеальную возможность неожиданного нападения

Танковый корпус британцев предполагал произвести неожиданную атаку сектора, образуемого каналом Сен-Кантен между деревнями Рибекур, Кревкер и Понте. Операция продолжительностью 24 часа должна была включать наступление, удар и возвращение. Задача – уничтожить живую силу противника, орудия, деморализовать передовые части и резервы, облегчить наступление на других фронтах и не дать возможности противнику определить истинный участок удара. Предварительная артиллерийская подготовка отсутствовала, и успех боя зависел от неожиданности атаки. Требовалось также, чтобы танки были в состоянии преодолеть большие окопы системы Гинденбурга (для этого заготовили связки хвороста) и пехота безостановочно следовала за машинами. Тактическое задание – прорвать четыре укрепленные полосы за несколько часов.

Для каждого объекта атаки предназначался отряд или волна танков. Цель разделялась на участки, атакуемые соответственно количеству тактических пунктов. Каждое отделение состояло из одного авангардного танка и двух танков главных сил (Main body tanks). Первый должен был пройти через неприятельскую проволоку, повернуть налево и, не переходя окопов, расположенных перед ним, открыть огонь вправо. Главные танки отправлялись к тому же пункту. Левый, пройдя проволоку, приближался к окопу, выбрасывал фашину, переходил по ней и, повернув налево, подавлял огонь вокруг себя. Правый выдвигался по следу левого и направлялся к ходу сообщения, выбрасывая свою связку хвороста и поступая в дальнейшем аналогично остальным. Между тем авангардный танк поворачивал кругом, переходил по фашинам двух главных танков и шел вперед, используя для преодоления окопов свои «домашние заготовки». Когда танки встречались, они вставали сзади авангардного в ожидании приказаний.

Вся операция была разделена на три фазы: сосредоточение, подход и атака. Соответствующую тщательную подготовку прошла пехота.

Сосредоточить большое число танков было весьма затруднительно. Доставка их производилась при помощи полевой узкоколейной железной дороги до пункта разгрузки, а дальше – посредством вспомогательных танков.

План британской III армии был следующий:

  • прорвать германскую оборонительную систему (полосу) между Сен-Кантеном и Северным Каналом;
  • захватить Камбрэ, лес Бурлон и переправу через реку Сенси;
  • отрезать немцев в районе к югу от Сенси и к западу от Сев. Канала;
  • развить успех по направлению к Валансьен.

Успех операции зависел от прорыва всех оборонительных линий германцев, включая Мазиньер-Боравуар, и от захвата мостов у Мазиньер и Маркойнг.

Силы, предназначенные для атаки, состояли из двух корпусов по три пехотные дивизии каждый, танкового корпуса из девяти батальонов (378 боевых и 98 машин управления), кавалерийского корпуса и тысячи орудий.

Местность преимущественно открытая, с пологими откосами, мало изрытая снарядами, пересекалась тремя главными оборонительными линиями укреплений и передовой (аванпостной), состоявшей из самых совершенных систем окопов, защищенных проволочными заграждениями и обороняемых пулеметами. Для пехоты непреодолимая преграда, и артиллерией она могла быть разрушена лишь при непрерывном огне в течение нескольких недель. Погода стояла туманная, препятствовавшая воздушному наблюдению и потому благоприятная для танков.

План действий артиллерии: до нулевого часа не усиливать обыкновенного огня, когда он должен быть открыт по аванпостной линии противника шрапнелью вкупе с химическими снарядами и переноситься вперед скачками в 250 метров, останавливаясь на определенных целях определенное время. В то же время на отдельных участках ставилась дымовая завеса, начинались контрбатарейная борьба и заградительный огонь, препятствующий подходу немецких резервов.

1-я тбр сосредоточилась к лесу де Гавринкур, 2-я – к лесу Дессар, 3-я – к Виллер Гизлен и Гузокур. 2 и 3-я тбр были приданы 4-му корпусу, 1-я – 3-му. Количество боевых танков, придаваемых пехотной бригаде, варьировалось от 6 до 42.

Каждая тбр имела 18 вспомогательных танков, буксирующих орудия и три с беспроволочным телеграфом. 32 танка были специально оборудованы буксирными приспособлениями и кошками для растаскивания проволоки по направлению движения кавалерии; два танка приспособлены для того, чтобы нести мостовой материал для нее, еще один – для перемещения телефонного кабеля для службы связи 3-й армии.

Захват врасплох

20 ноября в 6 часов 10 минут (за 10 минут до нулевого часа) танки начали движение вперед, а пехота сзади них в колоннах по отделениям. В 6.20 тысяча британских орудий открыла заградительный огонь перед машинами, медленно передвигавшимися по нейтральной полосе.

Противника застали врасплох. Он бежал с поля боя или сдавался. Сопротивление оказывалось только в тактических узлах германской обороны. Лишь у Флекира, где пехота следовала недостаточно близко за танками, произошла задержка и они понесли серьезные потери от артиллерийского огня в упор. 62-я дивизия заняла Гренкур еще до наступления ночи, и большое количество танков продвинулось к лесу Вурлон и дороге на Камбрэ. Но пехота была слишком истощена, чтобы следовать за машинами.

В то время как наступление продолжалось, вспомогательные танки продвинулись к месту назначения. Донесение о занятии Маркойнга было послано 10 минут спустя после вступления туда пехоты. Танки с кошками для проволоки расчистили три широких прохода, и кавалерия могла идти вперед.

Но с тактической точки зрения еще только разгоравшееся сражение было закончено – танковые резервы оказались исчерпаны. Машины выполнили свою задачу: прорвали линию обороны противника и открыли дорогу для действий III армии в маневренном бою.

Танки продолжили участвовать в операции и сыграли крупную роль в отражении германских контратак 30 ноября. Но поддержка пехотой, не приученной взаимодействовать с бронированными машинами, приносила уже более слабый результат.

20 ноября за 12 часов был произведен прорыв обороны противника, захвачены восемь тысяч германцев и 100 орудий. Число пленных было вдвое больше убитых и раненых. При этом личный состав танкового корпуса – 690 офицеров и 3500 солдат.

Отзыв французов о данной операции (Майор Лор, 3-е бюро Главной квартиры) выглядел следующим образом: «История действий у Камбрэ может быть изложена в нескольких словах. Захват врасплох удался вполне: в 6 часов 10 минут пополуночи танки под прикрытием тумана прошли линию британских передовых окопов и продвинулись на короткую дистанцию к неприятельской позиции, в 6 чосов 20 минут артиллерия открыла огонь перекатами, под прикрытием которых танки и пехота ворвались в неприятельские передовые линии на фронте 12 миль к юго-западу от Камбрэ, а кавалерия следовала за ними, готовая к атаке через сделанный таким образом прорыв. Все шло как по часам. Германский гарнизон первой линии фактически сдался до единого, их резервы быстро отступили в предместья города, и еще до полудня было донесено, что британская кавалерия продвигается вперед сквозь пехоту».

Но была прорвана лишь первая полоса противника, а наступление 21–22 ноября, проводившееся выдохшимися частями, особых результатов не принесло. Эрих Людендорф отправил в Камбрэ 12 дивизий из своего резерва, собрал их в два кулака и 30 ноября начал концентрическую атаку к северу и югу от города, результатом чего стало отступление британцев.

Оценка противника

Операция у Камбрэ доказала возможность успешного проведения внезапной и массовой танковой атаки. Людендорф недооценил действия неприятеля, а возможно, не захотел озаботиться вопросом создания нового оружия, достоинства которого были доказаны.

Известен отзыв оборонявшейся стороны (Х. Риттер) на атаку британцев к юго-западу от Камбрэ: «Германский фронт в этом месте был обеспечен сильно укрепленной оборонительной линией со сложными проволочными заграждениями. Опыт научил, что атака здесь может последовать только после многодневной артиллерийской подготовки, и потому думалось: будет вполне достаточно времени для того, чтобы подвести подкрепления. Но англичане решили отказаться от прорыва при помощи артиллерии и произвести его при помощи танков. И они это выполнили. Употребление танков имело преимущество перед прежним способом атаки в том, что не вынуждало к длительному и заметному приготовлению к ней и, таким образом, давало идеальную возможность неожиданного нападения. К счастью для немцев, противник был поражен размерами своего успеха и не был достаточно подготовлен, чтобы его использовать. Иначе германская армия на западе, лишенная общих резервов операциями во Фландрии и Италии, была бы поставлена в невыгодное положение. Для нас было хорошо, что англичане попытались применить танки для замены артиллерии лишь в небольших размерах и потому достигли временного успеха. Германское высшее командование действовало таким же образом весной 1915 года при применении газов. Несмотря на ошибку британцев, мы не сумели ее использовать, остались скептиками в отношении тактических преимуществ нового рода оружия и продолжали придерживаться прежнего способа наступления. Атака была полной неожиданностью, танки прорвались через заграждения, преодолели окопы и нашу пехоту и, преследуя ее, захватили гарнизон в его лисьих норах (блиндажах). Резервов под рукою не было, таким образом британская кавалерия продвинулась вперед до предместий Камбрэ. Обеспокоившись за целость фронта, были брошены на Камбрэ все войска, какие только можно было наскрести. 23 ноября противник, стоявший в нерешительности перед собственным успехом, остановился на линии канала Шельды, который танки не могли перейти. Значение Камбрэ как узла шоссейных и железных дорог заставило произвести контратаку на фланги прорвавшихся англичан, кои тут «почили на лаврах», этого не предвидели, и наша атака 30 ноября имела значительный успех».

Урок германское Верховное командование учло (что отразилось в ходе Большого наступления 1918 года), впрочем, лишь в вопросе достижения тактической внезапности. Но того, что лучший инструмент для этого – танк, так и не признало.

Алексей Олейников,
доктор исторических наук, ведущий рубрики

#Эрих Людендорф / Erich Ludendorff

Опубликовано в выпуске № 39 (752) за 9 октября 2018 года

 

 

Вниманию читателей «ВПК»

  • Past:
  • 3 дня
  • Неделя
  • Месяц