Версия для печати

Ипостаси конструктора Масленникова

Создание лучшего в мире оружия требует философского подхода
Ушакова Вероника

Юбилейные даты – хороший повод вспомнить тех, кого уже нет с нами, но чьи дела и свершения продолжают жить и сегодня. На слуху чаще имена авторов изделий: главных и генеральных конструкторов. Но ведь они ничего не создавали в одиночку. Особенно часто незаслуженно забывают производственников. Об одном из таких людей и пойдет речь.

У ребят, поступивших в Московское высшее техническое училище в 1936–1937 годах, учеба в высшей школе оказалась очень «длинной» – по девять-десять лет. На последнем или предпоследнем курсе застала война.

Михаил Масленников в 1941 году окончил четыре курса. Вместо производственной практики и летних каникул – эвакуация в Горький, затем перевод в подмосковный Калининград. Работал мастером на заводах, ковал оружие Победы.

Лишь в декабре 1945-го получил диплом и распределение в Специальное конструкторское бюро в Коломне.

СКБ – предприятие молодое. Основано в 1942 году. Сформировано из сотрудников трех конструкторских бюро: двух ленинградских и киевского. Народ там опытный, бывалый. Начальник и главный конструктор Борис Иванович Шавырин – заслуженный человек, Герой Социалистического Труда. В 1938–1939 годах сдал на вооружение четыре важнейших для армии орудия – минометы калибров 50, 82, 107 и 120 миллиметров, эффективно поражавшие врага все четыре тяжких года.

Из производственной базы вырос опытный завод, где можно было полностью изготовить все детали для новых орудий и собрать изделие

Объем работы на предприятии значительно увеличился. Нужны люди, в первую очередь конструкторы. Борис Иванович видел единственный путь заполучить их – брать на работу выпускников вузов.

Масленников оказался в числе первых молодых специалистов, которые пришли на предприятие. Но каждый – как самородок. Сергей Павлович Непобедимый впоследствии станет преемником Шавырина на посту руководителя. Андраник Смбатович Тер-Степаньян – его первым замом. А что же уготовано Масленникову?

Шавырин очень хорошо видел людей. Понимал, что у Непобедимого единственное стремление – конструкторское творчество. В Масленникове разглядел великолепного технолога. Михаил Кузьмич чувствовал себя на производстве как рыба в воде. Любил и понимал «железо».

Он и конструктором был очень хорошим. Внес огромный вклад в разработку тяжелого 160-мм миномета, который сдали на вооружение в 1949 году. Шутка ли, за эту уникальную работу Масленникова, проработавшего на предприятии всего три года, начальник СКБ выдвинул на получение Сталинской премии, и в 1950-м Михаил Кузьмич вместе со своими старшими товарищами – Борисом Ивановичем Шавыриным, Николаем Александровичем Доровлевым, Дмитрием Ивановичем Горшковым и Алексеем Георгиевичем Соколовым – стал ее обладателем.

Шавырин стремится развивать опытное производство. Ему нужны хорошо оснащенные цехи, участки, лаборатории, которые имели бы все необходимое, чтобы в кратчайшие сроки выпускать опытные образцы и отлаживать технологию серийного изготовления. Для этого требуются знающие, энергичные люди, способные расшевелить механизм, ставший неповоротливым и погрязающий в косности. Такие люди есть. Один из них – Масленников. Блестяще эрудированный, знающий, как не только проработать конструкцию в чертеже, но и изготовить, нацеленный на результат, умеющий организовать людей.

Шесть лет работы на предприятии – и Масленников уже главный инженер и заместитель начальника СКБ. Вслед за 160-мм минометом предприятие сдало на вооружение 240-миллиметровый, приступило к усовершенствованию 107-мм горно-вьючного, разработке безоткатных орудий, 120-мм дальнобойного миномета, большого морского бомбомета БМБ-2. Затем еще более масштабные работы: многоствольные бомбометные установки МБУ-200 и МБУ-600 для Военно-морского флота, бесшумно-беспламенный миномет для вьетнамских партизан, самоходная минометная установка калибра 420 миллиметров. Масленников успевает и на производстве, и на широко развернувшемся строительстве. Проведена реконструкция переданного СКБ здания: туда переехали конструкторские отделы. Каждый год сдается новый жилой дом. Построен один детский сад, следом – второй.

В первом сданном доме и сам Михаил Кузьмич получил квартиру. Вместе с ним – семьи Осокиных, Тер-Степаньянов, с кем одновременно пришел на производство и кто является одной из ключевых фигур на предприятии. Из старших товарищей – Николай Александрович Доровлев с женой и дочкой. Доровлев – создатель первого советского миномета, выдающийся конструктор и ученый в области минометостроения. Так и дружили всем домом – двери квартир всегда были нараспашку.

Универсал

Опытное производство неизмеримо сложнее серийного. Каждая деталь, сборка – штучные, изготовленные в единственном экземпляре. Не так-то просто бывает воплотить в металле то, что задумал конструктор. Все работы в СКБ срочные. Если что-то не ладится, цех переходит на круглосуточный режим работы. Днем конструкторы испытывают изделия на полигоне, вечером вносят изменения в чертежи и отдают на производство. Ночью в цехе изготавливают новую модификацию изделия для следующего дня испытаний. В таком режиме проходят не недели и месяцы – годы.

Масленников для Шавырина – универсал. Борис Иванович, имевший практику на начальном этапе разработки нового изделия создавать из лучших умов рабочую группу, мозговой центр, привлекает в эти группы и Михаила Кузьмича, демонстрируя признание таланта молодого коллеги во всех сферах разработки изделий.

Ипостаси конструктора Масленникова
Приезд в КБМ начальника Главного управления ракетного вооружения РВСН Александра Ряжских. Слева от Ряжских – начальник КБМ Сергей Непобедимый, справа – Михаил Масленников

Шавырин получил то, что хотел. Из производственной базы вырос опытный завод, где не привлекая предприятия кооперации, можно было полностью изготовить все детали для новых орудий и собрать изделие. Построили новый механосборочный корпус площадью более трех тысяч квадратных метров, котельную для обслуживания производственных зданий. Прибыли токарно-винторезные, револьверный, вертикально-фрезерный и иные станки, гильотинные ножницы, сварочный преобразователь, электропечь, магнитный дефектоскоп. Все это немедленно монтировали и вводили в строй. Огромная роль в строительстве и переоснащении принадлежала Масленникову.

Еще большее развитие завод получил, когда СКБ перешло на ракетную тематику, приступило к разработке противотанкового ракетного комплекса «Шмель». У конструкторов была своя задача – разработать установку, какой в России никогда не было. У технологов – своя: как сделать опытные образцы. В СКБ развернулась учеба. Специалисты ездили в ракетные КБ страны, Шавырин приглашал лекторов в Коломну.

Учился и Масленников. Механик по профессии, теперь он овладевал знаниями по электрике.

В целях снижения веса снарядов старались применить изделия из пластика. Для этого создали лабораторию пластических масс и участок термоизоляционных покрытий, включив в состав заготовительно-термического цеха. Шел поиск тугоплавких материалов для сопел реактивных двигателей и деталей газопроводов.

«Шмель» управлялся по проводам. Но нужно было добиться прочности провода, равномерности намотки и сматывания, защиты линии от наводок. С проводом бились несколько месяцев. Только когда в содружестве с НИИМетизом и Магнитогорским метизно-металлургическим заводом Челябинского совнархоза коломенские инженеры разработали биметаллическую (из стали и меди) проволоку, сделали изоляцию и эмалирование, дело пошло. Технологический талант Масленникова здесь оказался очень к месту.

В сложных ситуациях Шавырин тасовал людей, как колоду карт. Вот и Масленникова перевел, на первый взгляд с понижением, начальником технологического бюро. Но все понимали, что это не понижение. Нужно было отлаживать технологию изготовления «Шмеля», за ним – ПТРК «Скорпион», «Малютка».

Когда в 1963-м «Малютку» сдали на вооружение, Масленникову предложили пост заместителя главного конструктора по технологии. Спустя три года, когда комплекс пошел в серию, лицензии на ее производство Советский Союз начал продавать, Масленников получил вторую большую награду – орден «Знак Почета».

Хозяйственник

После безвременной кончины Шавырина руководство КБМ (Конструкторское бюро машиностроения – новое название СКБ) в 1965 году перешло к Сергею Павловичу Непобедимому. Одной опорой, надежным плечом для него стал Тер-Степаньян, первый заместитель главного конструктора, второй – Масленников, занявший должность первого заместителя начальника КБМ – директора опытного завода. Теперь под рукой Михаила Кузьмича сосредоточилась вся хозяйственная и производственная деятельность. Он продолжал учиться. В совершенстве освоил систему планирования, финансирование и бухгалтерский учет. Да так, что финансисты с профильным образованием диву давались.

ОТРК «Ока»
ОТРК «Ока»

Кроме знаний, имел невероятное чутье. Провести Кузьмича, как его по-товарищески именовали на предприятии, не удавалось никому. Не любил, когда его обманывали. Если уличит, что человек при составлении смет или контрактов ловчит, пощады не жди.

Его мудрость была известна всем. Тонкий дипломат и политик, досконально разбирающийся в цифрах и во всем, что происходило на предприятии, он защищал баланс в Министерстве оборонной промышленности.

Там его до сих пор вспоминают с большим уважением. Многие крупные контракты со смежниками, в частности по ПТРК «Хризантема-С», министерство пропускало через КБМ как через головную организацию. Суммы огромные. Именно Масленников потом подписывал договоры непосредственно с предприятиями кооперации, настолько ему доверяли.

Помнят такой забавный случай. В 5-м ГУ Миноборонпрома сидели представители одной из оборонных организаций, обсуждали чертежи. Зашел Масленников. Один из сотрудников министерства ему и скажи: «Михаил Кузьмич, найдите ошибки». Тот подошел и, не медля ни секунды, начал тыкать пальцем в чертеж: «Здесь неправильно, такую деталь вы не сможете изготовить, тут, тут, тут ошибки, тут неверно, так вы не сделаете». И дальше в таком духе. Потом махнул рукой и ушел. Производственники сидели с вытянувшимися лицами. «Кто это?» – спросили, когда за Масленниковым закрылась дверь. «Кузьмич из КБМ».

Нередки были случаи, когда к Михаилу Кузьмичу приезжали учиться руководители с других предприятий.

Первый заместитель начальника освобождал главного конструктора от массы не то чтобы вторичной, но не творческой работы, давая возможность сосредоточиться на главном. Ни один хозяйственный документ без визы Масленникова Сергей Павлович не подписывал.

Михаил Кузьмич никогда ничего не воспринимал на ура. Дотошно анализировал поступившую информацию – только потом принимал решение.

Выдерживать огромные нагрузки позволяло отменное здоровье. Масленников почти беспрестанно курил, но к алкоголю был равнодушен. Активный, подвижный. Очень дисциплинированный. Никто никогда не видел его усталым. В глазах – огонь. Взгляд проницательный, будто просвечивает насквозь. Сразу вникает в суть вещей. На радиоконференциях вопросы задает четкие, по существу.

Он боролся за каждую государственную копейку, если видел, что деньги расходуются впустую. Порой это заканчивалось конфронтацией с конструкторскими подразделениями.

Стиль руководства Масленников выбрал жесткий. Уже тогда он придерживался принципа, который много позже американцы сформулировали как «Ничего личного – только бизнес». Михаил Кузьмич отчитывал за проступки и недостатки так, что пух и перья летели. Но делал это вроде как по обязанности. Дальнейшие отношения с этим человеком были ровные и спокойные. Масленников обладал на удивление здоровой психикой и эмоции отодвигал в сторону.

Это не означало, что он был бесчувственным человеком. Вовсе нет. Беззаветно любил свою семью: супругу, троих детей, внуков. У него была четкая пограничная полоса между работой и домом. Будто одновременно проживал две жизни – до проходной и за ней. «Дома – дом, работа – работе», – говорил он детям. Он читал им вслух книжки, рассказывал сказки, водил гулять в парк. И всегда внушал: главное в человеке – порядочность и честность.

Всю мужскую работу по дому делал сам. Разве что в особо сложных случаях приглашал мастера ремонтировать телевизор. Вскопать огород, починить мебель – никаких проблем. Все знал, во всем разбирался. Оба сына взяли от отца эту мастеровитую хватку. И профессию выбрали отцовскую – стали инженерами.

Лишь дочь, младшая из троих, пошла по стопам мамы в медицину. И там, и тут – династия.

Философ

Легендами на предприятии стали два лозунга, закрепленные на настольных табличках в кабинете директора опытного завода. «Кто хочет – ищет средства, кто не хочет – оправдания», – гласил один. «Быть молодым и не быть революционером – это значит не иметь сердца. Быть старым и не быть консерватором – значит не иметь ума», – раскрывал философский взгляд хозяина второй.

Деятельность в качестве руководителя Сергей Павлович Непобедимый начал сразу с крупных, серьезных работ. Полным ходом шли разработки первого в СССР переносного зенитного ракетного комплекса (ПЗРК) «Стрела-2», межконтинентальной баллистической ракеты «Гном».

ПТРК «Шмель»
ПТРК «Шмель»

Под «Гном» в Коломне строили огромное производство для сборки ракет. Очистили от леса большой участок за Окой, начали возводить корпуса. «Стрела-2» вообще была изделием из разряда неведомого. Масленников вплотную занимался этими изделиями. Затем и последующими. В их числе были ПТРК «Штурм-В», «Штурм-С», единственный в мире всепогодный ПТРК «Хризантема-С», способный обнаружить и уничтожить цель при отсутствии оптической видимости, ПЗРК «Стрела-2М», «Стрела-3», «Игла-1», «Игла», комплекс активной защиты «Арена». Принцип работы новой рулевой машинки, в разработке которой Масленников принимал активнейшее участие, воплощен сейчас в «Игле-С» и «Вербе».

Отдельная тема – «тяжелые» изделия: тактические ракетные комплексы «Точка», «Точка-У», ОТРК «Ока».

В конце каждого дня он обязательно шел в цех. Изучал результаты пробных пусков, давал свои замечания по исправлению конструкции, продолжая активно участвовать в разработке.

Награда за «Стрелу-2» – орден Трудового Красного Знамени, за «Точку» – Октябрьской Революции, за «Оку» – вторая Государственная премия.

В функции директора опытного завода входило не только обеспечить изготовление опытных образцов, но и отработать технологию до звона, чтобы в таком виде передать серийным заводам. Масленников лично ездил на все предприятия, организовывая процесс освоения новых технологий. У него все работало как часы.

Директор опытного завода не бывал на полигонах. Не его это была сфера деятельности. Но однажды все же приехал в Капустин Яр. Увидел, что коломенская экспедиция плохо оснащена в бытовом плане, и тут же написал «Срочно!» на служебной записке, предусматривающей оснащение испытателей всем необходимым.

Внушительный размах деятельность Масленникова получила при создании «изделия 171». Это был комплекс активной защиты стратегических ракет шахтного базирования. Испытания проходили на Камчатке, в неизведанных краях, в 70 километрах от ближайшего жилья. Отправить технические средства, оборудование, аппаратуру, электрогенераторы, блоки трансформаторной подстанции, ЦУБы (мобильное жилье) туда можно было лишь один раз в год, когда наступало короткое северное лето. Реки Камчатка и Еловка поднимались, давая возможность перебазировать имущество из порта Усть-Камчатска водным путем. В Усть-Камчатск грузы попадали из Владивостока, куда прибывали эшелоном, пересекшим почти всю страну. Конечно, заявку составляли сами испытатели. Но нужно было ее укомплектовать, не упустить ничего, обеспечить людей, остававшихся один на один с диким краем, медведями и свирепыми морозами, всем необходимым. Трудная и ответственная задача.

Как всегда, КБМ с ней справилось. Уникальная система «изделие 171» перехватывала боевые блоки атакующих ракет на расстоянии, безопасном для защищаемого объекта. Она должна была стать надежной защитой для шахтных МБР… если бы не перестройка и все, что за ней последовало. Но это уже совсем другая история.

Много внимания Масленников уделял молодежи. В начале трудового пути возился с дипломниками, все объяснял и показывал. Да и на высоком посту не жалел времени.

Он вообще не жалел времени на людей. Знал каждого рабочего. Не делал разницы между стоящими у станка и кульмана. Никакого высокомерия и помпезности – только дело. Сам подбирал руководителей, выдвигал молодую смену в резерв. Правда, на похвалу был скуп.

Уже давно КБМ стало предприятием высокой культуры труда. На производстве здесь ходили в белых халатах. Но Масленников всегда знал, что улучшить. Он был настоящим хозяином завода.

Больше сорока лет пролетели, как один миг.

Настала пора перестройки. Руководителей всех рангов стали не назначать, а выбирать. Не захотев участвовать в фарсе, с предприятия ушел Непобедимый. Почти одновременно Масленников написал заявление освободить от занимаемой должности. Оставил свой пост с присущей ему философской мудростью. Еще два года проработал ведущим конструктором, а потом ушел на заслуженный отдых. Как-то все соединилось: и катаклизмы в стране, и возраст – 73 года. Хотя глянешь на него – какой там возраст! Любому молодому фору даст.

С удвоенной силой взялся за внуков и чтение. Лишь вздыхал иногда: «Раньше был в центре всех событий. Теперь не то». Хотя его не забывали, проведывали. Помогали.

Михаил Кузьмич ушел в иной мир в январе 2001 года, на 83-м году жизни. Он оставил за спиной мощную производственную базу знаменитого на весь мир КБ.

В перестроечный и постперестроечный период Конструкторскому бюро машиностроения, как и всему оборонно-промышленному комплексу, пришлось несладко. Но сохранить цикл «конструирование – производство – испытания» удалось благодаря тому заделу, который оставило предшествующее поколение коломенских оружейников. Имя Масленникова в этом списке стоит в первых рядах.

15 ноября исполняется сто лет со дня рождения Михаила Кузьмича Масленникова. Он был одним из тех, кто создал производственную школу КБМ, заложил традиции, соблюдаемые и поныне. Стоят построенные им корпуса. Оборудование в них, конечно, уже другое, современное. Но КБМовский дух тот же, что и в прежние времена. Имя Михаила Кузьмича на предприятии ассоциируется с чем-то могучим, основательным, абсолютно правильным. Оно будет жить до тех пор, пока на карте мира останется Конструкторское бюро машиностроения – предприятие, взявшее своим лозунгом слова «Быть первыми!».

Справка «ВПК»

Михаил Кузьмич Масленников (1918–2001) – лауреат Сталинской премии II степени (1950), Государственной премии (1981). Кавалер орденов Октябрьской Революции (1976), Трудового Красного Знамени (1971), «Знак Почета» (1966).

Опубликовано в выпуске № 44 (757) за 13 ноября 2018 года

 

 

Вниманию читателей «ВПК»

  • Past:
  • 3 дня
  • Неделя
  • Месяц