Версия для печати

Помни войну

Прохоров Федор
22 июня 1941 года... Эта скорбная дата начала Великой Отечественной вряд ли когда-либо сотрется из нашей памяти. Ведь, пожалуй, нет такой семьи, где не было бы фронтовиков, где кто-либо не погиб, не оказался в плену. В этот День памяти и скорби принято вспоминать всех, кто отдал жизни в самой кровавой и тяжелой войне ХХ в. за свободу и независимость нашей Родины. Но это еще и повод для раздумий о наших ошибках, просчетах в противостоянии с врагом, о выстраивании сегодняшней оборонной политики. Да и всю ли правду о той войне мы знаем даже спустя 62 года после ее окончания? Над этим в беседе с корреспондентом "ВПК" размышляет начальник Военно-мемориального центра (ВМЦ) Министерства обороны РФ генерал-майор Александр КИРИЛИН.


МЫ ДОЛЖНЫ УВЕКОВЕЧИТЬ ПАМЯТЬ О ПАВШИХ В БОЯХ ЗА РОДИНУ


22 июня 1941 года... Эта скорбная дата начала Великой Отечественной вряд ли когда-либо сотрется из нашей памяти. Ведь, пожалуй, нет такой семьи, где не было бы фронтовиков, где кто-либо не погиб, не оказался в плену. В этот День памяти и скорби принято вспоминать всех, кто отдал жизни в самой кровавой и тяжелой войне ХХ в. за свободу и независимость нашей Родины. Но это еще и повод для раздумий о наших ошибках, просчетах в противостоянии с врагом, о выстраивании сегодняшней оборонной политики. Да и всю ли правду о той войне мы знаем даже спустя 62 года после ее окончания? Над этим в беседе с корреспондентом "ВПК" размышляет начальник Военно-мемориального центра (ВМЦ) Министерства обороны РФ генерал-майор Александр КИРИЛИН.
{{direct_hor}}
- Александр Валентинович, какова структура Военно-мемориального центра, его задачи, направления деятельности?

- Военно-мемориальный центр - структура Министерства обороны РФ. Он состоит из отделов и служб, в задачу которых входит обеспечение полномочий Минобороны в области увековечения памяти погибших воинов в соответствии с законом 1993 года об увековечении памяти защитников Отечества.

22 января 2006 года Указом президента №37 обязанности уполномоченного органа в этой сфере были возложены на МО РФ. До этого, примерно 13 лет, практически не существовало уполномоченного органа - руководящего центра. Хотя функционировала Комиссия по социальным вопросам военнослужащих, членов их семей, на которую была возложена координация деятельности по увековечению памяти. Законом предусмотрено, что должен существовать такой уполномоченный орган, расписаны полномочия министерств и ведомств: Министерства обороны, МИД, МВД, других. В основном тех, где имеется военная служба. Плюс - Министерство культуры. Это связано с тем, что воинские захоронения имеются не только в России, но и еще в 49 государствах мира. В том числе в Африке, Америке, на других континентах, где наши соотечественники сложили головы...

Помимо этого, ВМЦ занимается вопросами юридического обеспечения похорон военнослужащих, проведением в ВС государственной дактилоскопической регистрации... На нас возложена также ответственность по координации деятельности Ассоциации международного военно-мемориального сотрудничества (Военные мемориалы), которая является уполномоченной правительством организацией на осуществление обязанностей Российской Федерации по исполнению межправительственных соглашений с 10 государствами, чьи военнослужащие погибли на территории нашей страны.

- Интересно, а как зарождалась ваша служба?

- Должен сказать, что у нашего ВМЦ сложная судьба. В 1946 году был сначала создан архивный отдел Генерального штаба, который потом преобразовали в Архив ГШ ВС. Потом появился историко-архивный отдел. А в 1991 году - военно-мемориальный отдел, который после преобразования стал называться Историко-архивным военно-мемориальным центром Генерального штаба. С 1999 года он занимается и научной деятельностью, целым рядом других направлений. Постоянно эта работа наполняется новым содержанием: мы подключаемся к заключению межправительственных соглашений, поиску и увековечению памяти погибших... Например, в соответствии с вышеназванным указом президента №37 на Министерство обороны возложили также обязанности по координации обеспечения поисковой деятельности РФ, различных поисковых отрядов. Работа эта достаточно сложная, поскольку законом не урегулированы все вопросы, связанные с этой деятельностью. И мы сейчас первым делом занялись приведением нормативной базы к нормальному состоянию.


Генерал-майор Александр Кирилин.
Фото Алексея МАТВЕЕВА
В настоящее время в РФ действует 5 межрегиональных поисковых общественных объединений, в которых насчитывается около 600 постоянно действующих поисковых отрядов. Некоторые из них работают не только в летний период, но и круглогодично, практически профессионально. К сожалению, деятельность их, повторю, еще до конца не упорядочена. В результате немалая часть полезной работы, которую они проводят, остается невостребованной, неизвестной и не приносит той пользы, которую могла бы приносить. Хотя главный смысл всей поисковой деятельности в том, чтобы каждый погибший солдат был захоронен под своим именем, которое было бы выбито на граните и стало известно родственникам.

Увы, задача эта очень сложная ввиду больших потерь наших войск во время Великой Отечественной. По прошествии более чем 60 лет есть возможность в значительной степени ликвидировать этот пробел. Тем не менее из 9 млн. человек, похороненных в 52 тысячах воинских захоронений на территории России и зарубежья, нам пофамильно известны пока не более 20-25%.

- То есть у нас до сих пор лежат в земле миллионы неопознанных, неидентифицированных солдат... С чем это связано?

- Со многими причинами. Во время войны в бою порою было не до того, чтобы зафиксировать и оформить все как положено. Многие документы пропадали вместе с погибающими ротами, батальонами, полками. Погибших солдат хоронили тогда в соответствии с действующим приказом наркома обороны. В нем было четко определено, кого индивидуально захоронить, кого в братской могиле, кого в одежде, кого в простыне. Все это было расписано, но в условиях боевых действий, повторю, не все приказы выполнялись со скрупулезной точностью. Более того, по-настоящему увековечивать память погибших воинов, т. е. ставить памятный знак, наши войска смогли только тогда, когда перешли уже в стратегическое наступление, а погибшие оставались в тылу наших войск, на освобожденной территории. Это вторая половина 1943 года. А при отступлении, выходах из окружения, в ходе боевых действий, когда были наибольшие потери, хоронили, конечно, наспех, далеко не всегда успевая отмечать захоронение даже на штабных картах. И сегодня их найти чрезвычайно непросто.

В послевоенный период, в годы восстановления государства из руин, проходили массовые эксгумации и перезахоронения из безымянных могил погибших воинов на мемориальные кладбища. В 1991 году была начата паспортизация всех воинских захоронений, проверка их местными органами власти при участии военных комиссариатов. С тех пор ежегодно сведения о паспортизации представляются - в соответствии с директивой ГШ - в Военно-мемориальный центр. В настоящий момент у нас находится на государственном учете почти 32 тысячи мест воинских захоронений. Это карточки учета мест захоронений, которые подписаны соответствующим главой местного органа, военным комиссаром и скреплены печатью. То есть являются юридическими документами.

- Что еще указывалось в таких карточках?

- В них указывается описание общего вида места, времени создания захоронения, список захороненных с описанием таких данных, как год рождения, воинское звание, время гибели... К сожалению, данные все же далеко не полные. Тем не менее паспортизация продолжается. И не только в РФ, но и в иностранных государствах. В разных странах подход к этому различный. В Эстонии, например, паспортизация вообще не проводилась. Гораздо лучше работа поставлена в Литве, где мне приходилось бывать на воинских кладбищах. В Белоруссии она проведена на 100%. Там находится 7106 воинских захоронений. По Грузии нет никаких данных, потому что они там не проводили паспортизации и проводить, судя по всему, не хотят. Нам оттуда не поступает никаких сведений, хотя мы постоянно через отдел внешних сношений будируем эти вопросы.

На Украине политическая ситуация пополам разделила не только страну, но и отношение чиновников к данной проблеме. Наполовину паспортизация проведена на востоке республики. А в западных областях не проведена. Не лучше обстоит дело кое-где и с сохранением воинских захоронений, особенно во Львове. Знаменитый "Холм Славы" находится в жутком состоянии. Могилу нашего легендарного разведчика Николая Кузнецова оскверняли, наверное, уже с десяток раз. А вот кладбища бандеровцев хорошо ухожены.

Помимо паспортизации, в соответствии с решением президента от 2003 года Министерство обороны приступило к созданию обобщенного электронного банка данных на всех погибших и пропавших без вести в период Великой Отечественной войны и в послевоенный период. Что это означает? Это перевод в электронный вид данных по воинским захоронениям со списками увековеченных в них людей. У нас есть расширенные данные уже на 2,5 млн. похороненных наших военнослужащих. Еще на 5 млн. - только фамилии.

В архивах МО РФ хранится 32 тысячи дел, в которых есть донесения командиров частей о безвозвратных потерях в районе мест захоронений. И теперь все эти 32 тысячи дел мы также переводим в электронный вид и составляем базу данных. Туда же заносим все сведения о наших военнопленных. Ведь в плену побывали сотни тысяч военнослужащих: только в наших архивах хранится 800 тыс. учетных карточек. Используются нами для этого и немецкие учетные карточки. А всего за годы войны в плену оказались 4,5 млн. человек. Из них 1 млн. 900 тыс. вернулись на Родину. А 2,6 млн. не вернулись. Но погибли они не все. Часть, оказавшись за рубежом, не пожелала возвращаться по различным причинам.

Заносятся в электронный банк также данные по книгам памяти, которые существуют в тех или иных районах бывшего Советского Союза. Будут сканированы туда и данные на наших бойцов, находящиеся в 1100 томах Книги памяти, хранящейся в Музее на Поклонной горе.

- Интересно, а какова все-таки технология поиска пропавших без вести?

- В "пропавшие без вести" попали все, кто был в плену и кто не был обнаружен после боя среди погибших и раненых. Например, родным ушло извещение, что рядовой такой-то пропал без вести. А мы обнаружили в архиве паспортизированное место захоронения, где этот рядовой указан среди захороненных. Если эти и некоторые другие данные совпадают, то он перестает быть без вести пропавшим. Так уже установлены тысячи имен солдат, которые погибли и были захоронены, а не пропали без вести. Или взять военнопленных. Увы, карточки тех, кто оказался в плену, многие годы были недоступны родственникам. Кроме НКВД, доступ к ним мало кто имел. Сначала они были секретными, потом их рассекретили, но они так и лежали мертвым грузом в различных архивах вплоть до последнего времени.

Сегодня электронный банк данных со многими именами уже размещен в Интернете и стал доступен практически каждому гражданину. Он постоянно обновляется. Сейчас там загружено 2 млн. 400 тыс. дел. По нашим прикидкам будет загружен еще 1 миллион.

Мы получаем немало откликов от людей, которые уже нашли своих родственников. Сын одной из женщин, например, сообщил, что 60 лет мать искала своего отца. Писала, куда только могла, во все архивы. И отовсюду получала ответ: "Пропал без вести". Но стоило войти на сайт, как они сразу нашли деда, место его гибели в плену. Там оказалась даже фотография, сделанная немецким фотографом. Мать сразу узнала отца на ней, только сильно похудевшего, с какими-то другими глазами. Сын сообщил, что мать проплакала всю ночь...

Посмотреть рисунокВечный огонь - в память о Неизвестном солдате.
Фото ИТАР-ТАСС

А были на фронте и такие случаи. Написано, например, в донесении о безвозвратных потерях, что пропали без вести 32 человека. Однако это уже 1945 год, Берлинская операция, где каждый человек на виду. Ну не должно так быть. Что же выяснилось? Погибших, бывало, хоронили команды из другой воинской части. Однако у некоторых бойцов не оказалось, видимо, личных документов. В разведку, например, ходили без таковых. А обязательное ношение личного опознавательного знака (смертного жетона) было отменено в 1942 году. Поэтому у кого не находили при себе документов, писали на могиле: "Неизвестный солдат". Для воинской части они становились "без вести пропавшими", что и сообщалось в похоронках. Но в ГДР после паспортизации мест захоронений лежали учетные карточки, и когда мы соединили все эти данные, то совпали фамилии тех, кто был известен из данной воинской части, роты. А раз других частей там не воевало, то "неизвестные солдаты" оказались теми самыми "пропавшими без вести". Других просто быть там не могло.

Я девятый год возглавляю центр. И каждый год знакомлюсь с почтой: около 2 тыс. писем ежегодно. Это помимо того, что более 100 тыс. приходит в адрес Центрального архива Министерства обороны. Какой контингент ищет? Когда-то искали своих сыновей матери, потом жены пропавших мужей. А сейчас уже ищут внуки и правнуки. Ищут даже двоюродных родственников. И с каждым годом увеличивается интерес к этому делу. Надеюсь, к концу 2007 года у нас будет завершен ввод всей информации в наш компьютерный банк данных. Но работа продолжится. Только за последнее время в ходе работы установлено более 100 тыс. фамилий, восстановлено более 90 тыс. воинских кладбищ, на которых захоронено 450 тыс. погибших воинов. Кстати, наш сайт: www. obd - memorial. ru

- Очень много вопросов до сих пор по общим нашим потерям в Великой Отечественной. Эти цифры и сегодня подвергаются сомнению, оспариваются...

- Вы правы, называют 45 млн. погибших за время войны, 35 миллионов... Это дико звучит. Вдумайтесь: все мужское население страны в 1941 году составляло 90 млн. чел. Из них было призвано (вместе с теми, кто уже стоял на 22 июня 1941 года под ружьем - 4 млн. 200 тыс.) 30 млн. человек. Итого 34 млн. 200 тыс. Но и из них далеко не все попали на фронт. Ведь были внутренние округа, конвойные войска, строительные.... На Дальнем Востоке мы держали под ружьем миллионную армию. Так вот, все потери за годы войны по нашим подсчетам составляют 8 млн. 860 тыс. 400 человек. Это безвозвратные демографические потери Вооруженных Сил.

Поясню, что это значит. Безвозвратные потери для Вооруженных Сил, это когда человек после ранения списывается на "гражданку", но он не потерян для общества, мирного труда. Такие потери для ВС составили за годы войны около 11 млн. человек. А безвозвратные демографические - это когда человек пал на поле боя или умер в результате ранения. Итак, повторю, безвозвратные демографические потери для ВС - около 9 млн. Из них около 1 млн. погибли в окружении, утонули при переправах, сгорели и т.д. 147 тыс. человек были приговорены военными трибуналами за время войны к расстрелу за различные воинские преступления (расстреляно 103 тысячи). Остальным эта мера наказания была заменена штрафной ротой.

И все-таки у нас персональных учетных карточек оказалось почти 18 млн. Откуда они взялись? Дело в том, что карточки составлялись малоквалифицированным персоналом. Фамилии писались с ошибками, повторялись с другими инициалами, годом рождения и т. д. То есть, бывало, один и тот же человек оказывался учтен трижды. К тому же сведения в архивы поступали как от медицинских учреждений, так и от тыловых частей. Наши специалисты, которые очень подробно изучали эти карточки, порою фиксировали до 10 повторов на одного человека в донесениях о безвозвратных потерях. Отсюда - разночтения, нестыковка в цифрах. Повторю еще раз: сегодня мы можем сказать достаточно определенно о безвозвратных демографических потерях за годы войны - около 9 млн. человек, точнее - 8 млн. 400 тыс. чел. Эти цифры, выведенные нашим центром после кропотливой работы, признаны всеми крупными исследователями и за рубежом, и у нас в России.

Или взять потери в Берлинской операции... Тут тоже много кривотолков. Она продолжалась 22 дня. Потери Белорусского фронта, которым командовал Г.К. Жуков, составили 36 170 человек, хотя называют, чуть ли не 100 тысяч. Среднесуточные потери - 1716 человек. Эти данные давно рассекречены, как и все другие. Но почему-то упорно нам кое-кто пытается навязать совсем иные цифры.

- Все ли проблемы решены в организации поисковой работы?

- Для нас сейчас в Минобороны созданы максимально благоприятные условия. Последние два года просто прорывные. Это связано и с соответствующим указом президента, вниманием к этому вопросу министра обороны. В Ленинградском военном округе создан специальный поисковый батальон. Подготовлен указ президента об открытии представительств Минобороны РФ в зарубежных государствах, где имеется значительное количество наших воинских захоронений. Нашим сотрудникам понадобился, например, не один год, чтобы объехать все воинские захоронения на территории Польши, провести соответствующую инвентаризацию. При ее освобождении, напомню, погибли 600 тысяч наших солдат и офицеров. И очень многие до сих пор покоятся как неизвестные солдаты.

- Как вы восприняли решение эстонских властей о переносе памятника советскому воину-освободителю и перезахоронении останков?

- Те же поляки уже не могут убрать наши кладбища, по содержанию которых заключены соответствующие межгосударственные соглашения. А с Эстонией, увы, такого соглашения не было. Хотя есть Женевская конвенция, где очень многое оговорено, и уже на основании ее можно было бы подавать в суд. Но что нам мешало раньше заключить с Эстонией подобное соглашение? Совместно с нашим МИД надо активизировать работу по заключению межправительственного соглашения о статусе воинских захоронений с Эстонией. Эстонцы до сих пор не соглашались с нами потому, что не хотели ухаживать за нашими захоронениями. Но это можно было взять на себя, не такие уж великие деньги. А вот с Латвией подобный договор заключен и уже парафирован. В стадии окончательного решения вопрос с Литвой, Китаем... С Германией мы заключили такой договор еще в 1991-1992 годах. Там сотни захоронений советских солдат и все до одного идеально ухожены. Кстати, интересен такой пример. У немцев было почти 8 млн. без вести пропавших, военнопленных и т. п. Так вот, на сегодняшний день осталось всего 400 тысяч, судьба всех остальных установлена.

- Что нам мешает это сделать?

- Что нам мешает? Нам мешает старый закон от 1993 года. В соответствии с ним весь уход за воинскими захоронениями возложен на местные органы власти. Причем и наших захоронений и иностранных. К чему это ведет? На одном из сборных кладбищ в Воронежской области, например, захоронено 30 тыс. немцев и венгров. Рядом - наше. У бедного района нет средств ни на то, ни на другое. В том же законе записано, что Министерство обороны "осуществляет координацию обеспечения поисковой деятельности". Но что это такое? И на каком основании МО РФ может оказывать помощь поисковому движению? То есть в самом законе много противоречий. Сейчас, повторю, мы совместно с законодателями работаем над этой проблемой и предложили внести соответствующие поправки в закон, но получили отрицательный отзыв из Минфина, с которым порою крайне трудно договориться.

- В заключение такой вопрос. Кто занимается поиском погибших и пропавших без вести во время контртеррористической операции в Чечне?

- Занимается несколько организаций. При полпреде президента создана определенная структура по поиску пропавших без вести. Занимается Министерство обороны. В частности, в дислоцированной в СКВО 58-й армии создана поисковая группа, есть план поисковой работы. А Ростовская лаборатория составляет идентификационный материал на всех пропавших без вести и ведет сравнительный анализ. Помимо этого, есть Межведомственная комиссия по военнопленным, пропавшим без вести и интернированным. Возглавляет ее генерал Владимир Шаманов. Есть соответствующий отдел и в нашем центре, который занимается пропавшими без вести в Афганистане и Чечне.

Федор ПРОХОРОВ

Опубликовано в выпуске № 23 (189) за 20 июня 2007 года

Loading...
Загрузка...
Новости

 

 

  • Past:
  • 3 дня
  • Неделя
  • Месяц