Версия для печати

Истребители, легкие на подъем

ВКС России требуется уничтожитель беспилотников
Картошин Владимир
Фото: snim.net

Оснащение оперативно-тактической авиации вероятного противника авиационными средствами поражения большой дальности требует адекватного ответа, одним из вариантов которого должно стать создание легкого истребителя, способного противостоять массированному воздушному нападению. Возникает задача обоснования рационального облика такой машины.

Необходимость формирования двухкомпонентного состава оперативно-тактической авиации и вытекающей из этого потребности в создании легкого многоцелевого фронтового самолета (ЛМФС) нечасто обсуждается публично. Из значимых можно вспомнить только обстоятельную статью первого вице-президента РАРАН, доктора военных наук Геннадия Горчицы («Нам нужен легкий истребитель»).

С четырех до двух

В исследованиях НИУ Минобороны (в первую очередь 30-го ЦНИИ МО), выполненных в 70-е, было предложено все боевые самолеты условно разделить по нормальной взлетной массе на четыре группы: сверхлегкие (до 10 тонн), легкие (от 10–17,5), средние (17,5–23) и тяжелые (свыше 23). Подчеркнем, что в нормативно-технические документы классификация по массе не включалась.

Анализ задач истребительной авиации в операциях и боевых действиях на различных ТВД и стоимостных показателей группировок привел к выводу о целесообразности разделения фронтовых истребителей на легкие и тяжелые. По итогам исследований были обоснованы тактико-технические требования на каждый из выбранных классов. На легкий истребитель возлагались задачи завоевания господства в воздухе для поддержки фронтовых группировок Сухопутных войск, на тяжелый – обеспечение прикрытия ударных авиационных группировок над территорией противника на всю глубину действий и решение задач ПВО. Первый должен был применяться преимущественно в условиях информационно-управляющего поля, созданного наземными средствами, второй – действовать вне его. В соответствии с такими концептуальными воззрениями доля каждого класса в общей группировке: треть – тяжелые, две трети – легкие.

Успешное отражение сирийской ПВО ракетного удара с самолетов США, Англии и Франции не должно настраивать на благодушный лад

Сегодня пропорция и по численности, и по затратам на развитие обратная: два тяжелых на один легкий. Основная причина такого расклада, помимо субъективных моментов, заключается в том, что при сильно уменьшенном по сравнению с потребным для решения возложенных боевых задач количественном составе рациональнее было иметь по преимуществу тяжелые машины, обладающие, безусловно, большим потенциалом.

Так, например, в первую очередь нам нужно обеспечить собственную ПВО, и если ударную авиацию в случае возникновения угрозы теоретически можно перебросить на нужное направление, то истребители ПВО должны быть готовы к вылету в любой момент. Огромные пространства в условиях разреженной аэродромной сети делали ставку на тяжелые машины оправданной. При этом нужно помнить, что прикрытие с воздуха войск в пограничных районах с помощью тяжелых истребителей большого радиуса действия из глубины своей территории нерационально с точки зрения как подлетного времени и расхода топлива, так и организации боевых действий и управления действующими силами авиации.

В то же время проходящее ныне количественно-качественное совершенствование отечественных ВКС, а также частичное восстановление и реконструкция аэродромной сети позволяют вернуться к традиционному взгляду, базирующемуся на двухтипажном парке истребителей с соотношением тяжелых к легким как 1:2. Предполагаемое, по некоторым данным, увеличение общего состава оперативно-тактической авиации до тысячи единиц с соответствующим ростом числа истребителей следует считать минимально необходимым.

Меньше машина – больше налет

С позиций экономики, рассматривая затраты на создание и содержание тяжелых и легких истребителей, можно найти дополнительные аргументы в пользу более традиционного состава смешанного двухтипажного парка. Известно, что один час пребывания тяжелого истребителя в воздухе сегодня обходится в полтора раза дороже легкого, а средний налет летчика второго класса не может быть меньше 130–150 часов в год. Понятно, что стоимость годовой эксплуатации авиационного комплекса также пропорциональна его весу. Экономия на использовании смешанного парка за жизненный цикл истребителя, а это примерно 30 лет, – 25–30 процентов.

Боевые возможности рассматриваемых классов сближаются, что объясняется уменьшением массогабаритных параметров радиоэлектронного оборудования как самолета, так и средств поражения.

Истребители, легкие на подъем

Легкий истребитель или легкий многофункциональный самолет, что более правильно с учетом возможностей машин подобного класса и возлагаемых на них задач, в концептуальном плане представляет собой авиационный комплекс, способный принять воздушный бой, поражать наземные и надводные цели в оперативной глубине, вести разведку.

Важный вопрос, впрямую влияющий на формирование облика ЛМФС, – выбор числа двигателей (один или два). Оставляя временно в стороне вопрос о конкретном типе силовой установки, необходимо отметить следующее. Одно из необходимых условий создания ЛМФС – его меньшая стоимость как в производстве, так и в эксплуатации. Понятно, что однодвигательный самолет при прочих равных условиях легче, а значит, дешевле. Кроме того, меньше трудоемкость обслуживания и эксплуатационные расходы. Серьезное возражение против оснащения ЛМФС одним двигателем – его недостаточная, с точки зрения военных НИУ, надежность.

В то же время статистика показывает примерно одинаковую боевую живучесть одно- и двухдвигательных самолетов при очевидно меньшей трудоемкости технического обслуживания и более высокой ремонтопригодности первого.

С кем боремся

По сложившимся взгядам приоритетными характеристиками перспективного ЛМФС, как и вообще авиационных комплексов 5-го поколения, определяющими его ТТХ и повышение боевой эффективности, являются:

  • сверхманевренность;
  • сверхзвуковой крейсерский полет;
  • короткие взлет и посадка;
  • малая заметность в радиолокационном, инфракрасном, ультрафиолетовом и видимом диапазонах;
  • автоматизация и роботизация всех процессов управления самолетом и бортовыми системами;
  • всенаправленное многоканальное высокоточное оружие;
  • круглосуточное всепогодное применение.

Сценарий боевых действий с использованием оперативно-тактической авиации выглядел следующим образом. Вначале устанавливается господство в воздухе над территорией противника, а далее через расчищенное воздушное пространство наносится удар авиационными средствами поражения (АСП), в качестве каковых применялись свободнопадающие авиабомбы, позднее – корректируемые авиабомбы и управляемые ракеты. Радиус действия подобных АСП после отделения от самолета-носителя не превышал нескольких километров, впоследствии увеличившись до нескольких десятков. При таком сценарии облик фронтового истребителя формировался исходя из требований ведения воздушного боя с аналогичными летательными аппаратами.

На данный момент возможности АСП значительно изменились. Дальность пуска кардинально увеличилась, технологичность и стоимость производства позволили вероятному противнику нарастить выпуск АСП до нескольких тысяч и оснастить ими почти все типы оперативно-тактической авиации.

Существенным фактором является то, что применение таких АСП возможно в любое время суток и в сложных метеоусловиях. Самое же важное – во всех типах в состав системы наведения входят приемники ГНС «Навстар» или «Галилео». Это означает, что ракетоопасными становятся все возможные направления, то есть вся граница соприкосновения с вероятным противником. Здесь необходимо напомнить, что в КР первого поколения (AGM-86, ALCM) 70-х – начала 90-х ключевой в системах наведения была аппаратура TERCOM, предусматривавшая коррекцию траектории путем сравнения в определенных точках подстилающей поверхности с эталонной картой местности, заложенной в бортовую память. Это накладывало существенные ограничения на выбор траекторий и делало их в определенной степени прогнозируемыми, что существенно облегчало борьбу с КР.

Имея перед глазами карту, легко представить, что АК противника с подобными АСП, осуществляя вылет из северной или восточной части Польши (кстати сказать, с начала 2017 года авиакрыло ВВС этой страны, базирующееся в Резекне и оснащенное самолетами F-16C, получило КР JASSM, там же дислоцируются и американские F-16), способны поразить в нашей стране цели вплоть до Рыбинска, Иванова или Волгограда. Даже F-15E с британской авиабазы «Лейкенхит», вооруженные УP JASSM-ER, реально угрожают объектам в Орловской и Белгородской областях, не говоря уже о северо-западе России.

Следует упомянуть о том, что для поражения целей в нашей оперативной глубине будут применяться КР семейства «Томагавк», оценка количества которых в СМИ имеет разброс от четырех тысяч до семи тысяч единиц. Кроме того, воздушное пространство на оперативно-тактической глубине становится все более насыщенным БЛА различного назначения, в том числе оснащенными АСП.

Из этих фактов можно сделать следующий вывод. С высокой долей вероятности истребителям оперативно-тактической авиации России при прикрытии своих войск и тыловых объектов придется бороться, по крайней мере на первых этапах боевых действий, не с подобными себе аппаратами, а с дозвуковыми, слабоманеврирующими целями, имеющими малую ЭПР и осуществляющими полет на большей части своего маршрута на малой высоте.

Возлагать задачи борьбы с такими целями только на зенитно-ракетные комплексы ВКС и Сухопутных войск нельзя. Полет современных АСП на малых высотах приводит к сокращению зоны поражения нашими ЗРК до нескольких десятков километров, что обусловлено физикой распространения радиолуча и вытекающих из этого проблем обнаружения и сопровождения цели и наведения зенитных ракет. Наращивать количество ЗРК до потребного в таком случае – задача неподъемная в силу экономических причин.

Весьма успешное отражение сирийскими войсками, использовавшими модернизированные советские и российские ЗРК, ракетного удара с самолетов США, Англии и Франции в апреле прошлого года не должно настраивать на благодушный лад – удар наносился по крайне ограниченному числу целей, что позволило осуществить их плотное прикрытие средствами ПВО. К тому же он был растянут во времени, следствием чего стала низкая плотность потока целей, весьма облегчавшая работу ЗРК, и противной стороной не применялись средства РЭП. Сомнительно, что противник, взявшийся атаковать Россию, предоставит нам такие же возможности.

Нельзя недооценивать понятие «начальный этап боевых действий». Он согласно доктринальным воззрениям Запада и его практическим действиям важнейший, а при удачном стечении обстоятельств и единственный. Именно в этот период должна быть разрушена система государственного и военного управления, подорвана экономическая база, безвозвратно ликвидирована транспортная и энергетическая инфраструктура страны.

Важнейшую роль в борьбе с низколетящими целями имеет предварительное целеуказание средствам поражения со стороны систем обнаружения наземного и воздушного базирования (АК РЛДН А-50/50У и А-100). Однако в силу малых значений ЭПР обнаружение таких объектов затруднено или осуществимо лишь на малых дальностях.

Изложенный сценарий боевых действий влечет существенные изменения в тактико-технических требованиях к возможному облику ЛМФС:

1. Снижение значения малой заметности (это требование появилось из необходимости обеспечения победы в воздушном бою с себе подобным пилотируемым ЛА и выживания при нахождении в зоне поражения ЗРК противника).

2. Отказ от обязательного внутрифюзеляжного размещения боекомплекта. С учетом необходимости поражения множественных целей важно обеспечить максимально возможное количество подкрыльевых и подфюзеляжных точек подвески АСП.

3. Возможный отказ от обеспечения обязательного бесфорсажного сверхзвукового крейсерского полета. В основу данного предположения положено соображение, что ЛМФС должен быть массовым, а следовательно, относительно недорогим АК, использование которого для межтеатровых маневров не является приоритетной задачей.

4. Расширение возможностей авиационных радиолокационных прицельных комплексов по зонам обзора и дальностям обнаружения малоразмерных низковысотных целей с малой заметностью на фоне земли при автономном поиске.

Заголовок газетной версии – «Маленький, злой, бюджетный».

Владимир Картошин,
полковник запаса

Опубликовано в выпуске № 2 (765) за 22 января 2019 года

Loading...
Загрузка...
Аватар пользователя Meandr51
Meandr51
25 января 2019
Вследствие практической невозможности отражения налета тысяч КР и неизбежного критического нарушения всей структуры управления войсками и системы ПВО, сам собой напрашивается вывод о том, что РФ не должна ждать удара. Следует разработать систему критериев нанесения упреждающего удара и сделать ее основной.
Аватар пользователя Meandr51
Meandr51
25 января 2019
Вследствие практической невозможности отражения налета тысяч КР и неизбежного критического нарушения всей структуры управления войсками и системы ПВО, сам собой напрашивается вывод о том, что РФ не должна ждать удара. Следует разработать систему критериев нанесения упреждающего удара и сделать ее основной.

 

 

  • Past:
  • 3 дня
  • Неделя
  • Месяц
Loading...