Версия для печати

Немецкие пилоты Ме-262 гибли потому, что не имели «русской силушки»?

Мнение советского испытателя немецкого реактивного истребителя
Кустов Максим

После разгрома Германии советским летчикам-испытателям предстояло испытать ставшие трофеями Красной Армии немецкие реактивные истребители. Задача эта была смертельно опасной – не было документов ни о конструкции самолета, ни о работе его двигателей. Но зато было известно о том, что немецкие пилоты часто на них погибали без всяких боев.

Истребитель Ме-262 на большой скорости затягивался в пикирование и со страшным воем врезался в землю. Причем тайну случившегося немецкие летчики неизменно уносили с собой в могилы. Было известно, что никто из затянутых в пикирование не сумел воспользоваться парашютом, никто не успел хоть что-то сказать о происходящем по радио.


Первым испытывать Ме-262 пришлось летчику Андрею Григорьевичу Кочеткову. 15 августа 1945 года инженер-летчик  Кочетков первым в Советском Союзе вылетел на турбореактивном трофейном самолете. Полет прошел успешно.  Всего Кочетков выполнил восемнадцать полетов, последовательно наращивая  скорость, скороподъемность, высоту.


То, что произошло с Кочетковым во время восемнадцатого вылета, подробно описал Герой Советского Союза Петр Михайлович Стефановский  в своих воспоминаниях «Триста неизвестных». Стефановский испытывал Ме-262 вторым, после Кочеткова. Он отметил: «Поражала и одна непонятная техническая деталь конструкции самолета. Он имел, в отличие от всех машин того времени, управляемый в полете стабилизатор - при помощи электромотора. Зачем это понадобилось немцам? От управляемых стабилизаторов самолетостроители всех стран отказались еще лет десять назад, заменив их управляемыми триммерами на руле глубины».


Ясность в этот вопрос внес восемнадцатый полет первого испытателя: «Следовало выполнить горизонтальную площадку с максимальной скоростью на высоте 11 тысяч метров. Скорость быстро нарастала, достигнув максимальной - 870 километров в час. Вследствие смещения аэродинамического центра давления назад самолет все время «зависал на ручке» - стремился нырнуть в пикирование. Одной рукой летчику невозможно было удержать машину в горизонтальном положении. Кочетков начал действовать двумя. Пикирующая тенденция продолжала увеличиваться. По телу поползли мурашки. Глаза быстро перебегали с приборной доски на все уменьшающееся расстояние между основанием ручки управления и сиденьем летчика. Так мы проверяли оставшийся запас хода рулей. Тянущие усилия на ручке уже превышают 24 килограмма. Необходимо срочно воспользоваться стабилизатором, уменьшить их на руле. Но, увы! Стабилизатор не двигается с места. Запас хода ручки почти весь исчерпан. Единственное спасение немедленно уменьшить скорость. Удерживая с колоссальным напряжением ручку правой рукой, летчик переносит левую на сектора управления двигателями и убирает обороты. Вот где пригодилась русская силушка, которой, по-видимому, не хватало в подобных случаях немецким пилотам! А может быть, и не только силы, но и выдержки? Кнопки-то передатчика радиостанции находились на одном из секторов двигателей. В панике вытягивая самолет из пикирования двумя руками, фрицы не могли радировать в эфир о своих бедах».


Но почему  отказало управление стабилизатором? Разрешился и этот вопрос: «Быстрая смена положительной температуры отрицательной при повышенной в этот день влажности воздуха способствовала образованию ледяной корки на контактах электровыключателя стабилизатора».


Конечно, вопрос о том, чего именно не хватало разбившимся немецким пилотам Ме-262 в критической ситуации затягивания машины в пикирование – физической силы, выдержки или везения,  до конца выяснить невозможно. Ведь жертвы этих катастроф о случившемся рассказать уже не могли…


Максим Кустов

Loading...
Загрузка...

 

 

  • Past:
  • 3 дня
  • Неделя
  • Месяц
Loading...