Версия для печати

Важнейшие недостатки Ил-2: мнение пилота,рассердившего Ильюшина

Ни стрелять, ни вести ориентировку было просто невозможно
Кустов Максим

Нечасто боевому летчику выпадает возможность лично высказать конструктору самолета, на котором он воюет, откровенное мнение о его машине и ее недостатках.

Николаю Ивановичу Чувину (сайт «Я помню») в 1942 году удалось это сделать. 


Начал он воевать на И-16, но вскоре вместе с товарищами пришлось срочно переучиваться на Ил-2. С осени 1941 года  Николай Чуев воевал в 74-м ШАП под Брянском. В 1942 году  он был командирован в тыл, чтобы в составе делегации вручить переходящее знамя ВЦСПС (Всесоюзный центральный совет профессиональных союзов) заводу, который производил Ил-2 в пос. Безымянка, близ Куйбышева.


После официальной части, руководство завода, как водится,  пригласило делегацию на обед. Среди приглашенных был и конструктор Сергей Ильюшин. Вряд ли он ожидал, что обед для него будет безнадежно испорчен. Сделал это летчик Николай Чувин: «Мне было предоставлено слово, и я в общем дал положительную оценку боевым качествам самолета, но отметил и недостатки, которые, на мой взгляд, требовали устранения».


В статье «Ил-2 глазами механика: Главный недостаток машины» (ВПК, 18 мая 2019) рассматривалась оценка Ил-2 глазами того, кто его на земле обслуживал. А что же вызывало недовольство пилота?


Недостатков набралось много: «Во-первых, кольца регулятора шага винта не держали масло. Оно попадало на лопасти винта и разбрызгивалось. Поэтому через 40-50 минут полета через лобовое стекло вообще ничего не было видно. Ни стрелять, ни вести ориентировку было просто невозможно. Во-вторых, на моторе вверху находился пеногасительный бачок масляной системы. Из него выходила трубка, которая была направлена в сторону кабины.

Вылетавшие из нее капельки масла также оседали на стекле. В-третьих, фонарь кабины летчика не имел фиксатора в открытом положении. Выполняя посадку в сложных метеоусловиях, с забрызганным маслом лобовым стеклом, летчик открывал фонарь кабины и вынужден был придерживать его головой. Если он ошибался в расчете и садился с «козлом», то фонарь больно бил его по голове. Бывали и смертельные случаи».


Реакция конструктора на критические замечания летчика оказалось вполне предсказуемой: «После этого выступления Ильюшин набросился на меня. Я еще подумал, что он так сердится, я же правду сказал. Ругай не ругай, а исправлять надо».


Но дело было не только в технических недостатках Ил-2: «Помимо конструктивных недостатков, в начале войны эффективному применению мешала неотработанная тактика. Мы летали на бреющем. С бреющего полета выйти точно на цель было сложно. Это заставляло ведущих осторожничать, не маневрировать по высоте, направлению и скорости, что приводило к потерям. Кроме того, штурмовка производилась с малых высот - 15-20 метров от земли. Над целью находились очень короткое время, что также снижало эффективность огня. Только в 1943 году штурмовать стали с высоты 900-1100 метров, что было более эффективно. Кроме того, стало возможным применять бомбы с взрывателем мгновенного действия, что тоже повышало эффективность применения штурмовика».


Конечно, главным минусом Ил-2 в 1941-42 годах было отсутствие на нем воздушного стрелка. А ведь задумал этот самолет Ильюшин  как двухместный, но не все в этом мире от конструктора зависит, заставили переделать в одноместный…


В сочетании с частым в те годы отсутствием истребительного прикрытия, перечисленными выше техническими недостатками и просчетами в тактике это и приводило к тяжелым потерям самого массового боевого самолета в истории авиации.


Можно представить, как неприятно было выслушивать Сергею Владимировичу Ильюшину критические замечания фронтовика о его машине. Приехал, называется, на вручение  преходящего знамени  заводчанам. И на торжественном обеде ему Николай Чувин такой «букет» претензий преподнес.


Но, может быть,  неприятный сюрприз для конструктора пошел на пользу делу? После такого урока творцу боевой машины трудно «почивать на лаврах», появляется более чем весомый стимул к улучшению своего детища.
Конечно, не все зависело от конструктора, надо учитывать и возможности тогдашнего производства в условиях войны.


Интересно – часто ли  вспоминал Сергей Ильюшин претензии Николая Чувина при дальнейшей работе с Ил-2, при создании Ил-10?


Максим Кустов

Loading...
Загрузка...

 

 

  • Past:
  • 3 дня
  • Неделя
  • Месяц
Loading...