Версия для печати

"В Абхазии я отстаивал российские интересы"

Ленский Игорь
О трудной миссии российских войск в период грузино-абхазской войны 1992-1993 гг. вспоминает бывший замкомандующего ВДВ, ныне первый заместитель председателя Комитета Госдумы РФ по обороне Алексей СИГУТКИН


НА ВОПРОСЫ "ВПК" ОТВЕЧАЕТ ПЕРВЫЙ ЗАМЕСТИТЕЛЬ ПРЕДСЕДАТЕЛЯ КОМИТЕТА ГОСДУМЫ ПО ОБОРОНЕ АЛЕКСЕЙ СИГУТКИН


О трудной миссии российских войск в период грузино-абхазской войны 1992-1993 гг. вспоминает бывший замкомандующего ВДВ, ныне первый заместитель председателя Комитета Госдумы РФ по обороне Алексей СИГУТКИН
{{direct_hor}}
ЛИЧНОЕ ДЕЛО

СИГУТКИН Алексей Алексеевич



Фото ИТАР-ТАСС
Родился 12 сентября 1949 г. в селе Мызовка Епифановского района Тульской области. Окончил Рязанское высшее воздушно-десантное командное училище, Военную академию им. М.В. Фрунзе и Военную академию Генерального штаба. Участвовал в боевых действиях в Афганистане, в зоне грузино-абхазского конфликта, в Чечне (в 1994-1995 гг.), в миротворческих операциях на территории Югославии. Генерал-лейтенант запаса. Уволился из Вооруженных Сил в связи с проводимым сокращением с должности заместителя командующего Воздушно-десантными войсками по боевой подготовке. Работал помощником депутата, руководителя фракции "Единство" Бориса Грызлова в Государственной Думе. В апреле 2001 г. назначен советником министра внутренних дел РФ. 7 декабря 2003 г. избран депутатом Государственной Думы по Псковскому одномандатному округу №141. Первый заместитель председателя Комитета ГД по обороне. Награжден 4 орденами и 10 медалями, в том числе орденами "За личное мужество" и Мужества.



Без российского миротворца мира на этой земле не будет.
Фото Владимира ПОПОВА
- Алексей Алексеевич, когда летом 1992 года вы собирались в Абхазию, знали, что едете на войну?

- По моему убеждению, конфликт начался не в августе 1992-го, а еще в 1989 году, когда в Абхазии уже стреляли. Конфликт то затухал, то возникал снова. Когда я получил приказ в августе 1992-го, это была срочная, экстренная командировка. Непосредственным поводом стало начало вооруженного конфликта и похищение оружия со склада одной из российских воинских частей.

Командировка получилась с ходу, с колес. У меня не было времени на подготовку. Все произошло неожиданно. Как только началось вторжение войск Госсовета Грузии в Абхазию, поступило распоряжение министра обороны РФ, которое было отдано командующему ВДВ. Командующий принял решение, что лечу я. Взял чемодан и полетел.

Должность в Абхазии у меня была нештатная. Я был в то время заместителем командующего ВДВ. В Гудауту направили, потому что туда из Гянджи (Азербайджан) был переброшен полк ВДВ. Полк вообще-то должны были выводить в Россию, но на родину он так и не долетел, поскольку началась война. Прибыл я в Абхазию как раз в момент начала событий.

Поскольку были еще и штатные обязанности, то все трое заместителей командующего ВДВ (кроме меня, еще Александр Чиндаров и Виктор Сорокин) попеременно меняли друг друга. Кто больше, кто меньше, но мы находились в Абхазии вплоть до завершения горячей фазы конфликта. В общей сложности я провел в Абхазии тогда семь-восемь месяцев.

- В какой атмосфере вам пришлось работать?

- До начала конфликта я не встречался с абхазским лидером и даже не был с ним знаком. Изучать ситуацию, причины войны, анализировать, как могут развиваться события, что нужно предпринять в поисках урегулирования, пришлось на месте. Прибыв в зону конфликта, встретился с В. Ардзинбой, равно как и с грузинским министром обороны Т. Китовани. Был и разговор с Э. Шеварднадзе, состоявшийся по его инициативе.

Потом я много общался и с абхазской, и грузинской сторонами, причем и те и другие хранили от меня свои секреты. Никто со мной никакими тайнами не делился. Абхазское руководство подозревало, что "голубые береты" нанесут им удар исподтишка, в спину. Дело в том, что абхазцы обладали точной информацией, что ряд военнослужащих ЗакВО (в том числе на уровне командования) воевал на грузинской стороне, участвовал в разработке планов вторжения и т.д. Обладая такой информацией, абхазцы опасались и нас, десантников.

- Какие задачи на самом деле выполняли вверенные вам войска?

- На первом этапе стояла задача - максимально обезопасить мирное население. Курортный сезон был в разгаре. В зоне боев оказались десятки тысяч отдыхающих со всей России - причем как с одной стороны фронта, так и с другой. Эвакуация шла с одной стороны через Сухумский морской порт, а с другой - через аэродром Гудаута. Только через Гудауту за неделю авиацией было эвакуировано порядка 20 тысяч человек. Пешая колонна курортников, желающих срочно покинуть "горячую точку", растянулась больше чем на три километра! Эвакуировали мы и грузинское население, в частности села Бомборы (Орджоникидзе) под Гудаутой. Была достигнута соответствующая договоренность, и за ними под мои гарантии прилетели самолеты из Тбилиси, мы обеспечивали безопасность.


Абхазия до сих пор не залечила военные раны.
Фото Виталия ЧЕРГИНА
Вторая задача - не допустить разрастания конфликта. Третья задача - взять под охрану особо важные объекты. В зоне конфликта, напомню, оказалась 24-я спецлаборатория Минобороны РФ, которая вела сейсмическую разведку, мониторинг испытательных ядерных взрывов в других государствах. В районе Пицунды - два НИИ оборонного назначения. В Сухуми - научное учреждение, частью которого был обезьяний питомник.

По ходу конфликта функции и полномочия российского контингента менялись. Когда грузинскую и абхазскую стороны усадили за стол переговоров, договорились о миротворческом статусе российских войск, о собственности на вооружение. Напомню, что на момент начала войны Грузия еще не вступила в СНГ, это произошло лишь в сентябре 1993 года, вероятно, от безысходности, когда абхазские ополченцы уже штурмовали Сухуми.

- "Голубые береты" фактически находились на линии огня. Чем это было чревато?

- С абхазской стороны нападений на нас не было. С грузинской стороны происходили регулярные обстрелы из стрелкового оружия, артиллерии, были даже удары авиации. Вертолетных атак на Гудауту мы не допускали. Однако бомбы, сброшенные с грузинского самолета Су-25, разорвались в непосредственной близости от нашей воинской части. Удары наносились также по санаторию Минобороны РФ в Эшерах, по 24-й спецлаборатории, которая в итоге была разрушена. Мы были вынуждены отвечать. Грузинскую сторону сразу предупредили, что будем жестко пресекать любые провокации в отношении российских военнослужащих. А как иначе, если у нас люди гибли?

В самом начале войны был обстрелян вертолет, в результате чего погиб наш солдат. Благодаря мастерству летчиков, сумевших посадить горящую машину, в тот раз чудом удалось избежать больших жертв. В другой раз российский сержант выстрелом, произведенным с грузинской стороны, был убит прямо на КПП 24-й спецлаборатории. Понесли мы и другие потери. Приходилось реагировать, чего мы и не скрывали.

- Тогда на вашу голову обрушилось множество упреков из Тбилиси.

- Мы не воевали ни на одной, ни на другой стороне. Мы были на стороне России. Однако, если в отношении нас предпринимались какие-то агрессивные действия, приходилось отвечать еще более жестко. И мы это делали.

По одному из таких фактов Э. Шеварднадзе обратился к президенту России Б. Ельцину, утверждая, что российские войска воюют на стороне "абхазских сепаратистов". В отношении меня было проведено служебное расследование. Оно показало, что обвинения грузинской стороны безосновательны и голословны.


Абхазия помнит своих героев-ополченцев.
Фото Виталия ЧЕРГИНА
Отсутствие многочисленных потерь в рядах десантников подтверждает тот факт, что мы не участвовали в войне за Абхазию или за Грузию. В противном случае наши потери исчислялись бы десятками и сотнями.

- Кто взорвал железнодорожный мост через Ингури в ночь перед началом войны, что во многом затруднило вторжение тяжелой техники в Абхазию?

- Этого я не знаю, тут возможны разные версии.

- Нынешние руководители Абхазии, президент Багапш и премьер Анкваб, как они вели себя тогда, 15 лет назад?

- Как патриоты Абхазии. Не забывайте, что Сергей Васильевич Багапш, когда еще разгорался конфликт, в 1989 году, будучи первым секретарем Очамчирского райкома КПСС, вышел на мост примирять людей и из толпы разъяренных грузин получил заряд из ружья в шею. К счастью, живой остался. А могло быть иначе...

Будем объективны: с Ардзинбой, Багапшем и Анквабом я общался как с представителями одной из конфликтующих сторон. Я всегда подчеркивал, может, это их и обижало: неправильно думать, что я люблю абхазцев больше, чем грузин. Я больше всего люблю Россию. И отстаиваю ее интересы.

- Сейчас, спустя полтора десятилетия, как вам видятся с высоты времени, вашего жизненного опыта истоки и последствия грузино-абхазской войны?

- Во-первых, я пришел к убеждению, что плохо знал историю СССР. То, как нам ее преподавали в школе, военных академиях, зачастую не соответствовало действительности. Так, я с удивлением узнал, что в 1922 году, когда создавался СССР, союзный договор подписывала Закавказская Федерация в составе не трех республик, а четырех - Грузии, Армении, Азербайджана и Абхазии. Только прибыв в зону конфликта, я впервые узнал, что Абхазская ССР существовала вплоть до 1931 года. Ни в школе, ни в училище ВДВ, ни в Академии Генштаба об этом не говорили. Я впервые узнал, что Абхазия вошла в состав Российской империи совершенно самостоятельно, отдельно от других грузинских княжеств. Я впервые узнал о тяжелых исторических перипетиях, которые происходили в Абхазии в период земельной реформы 1861-1869 гг. Об исходе абхазцев после Кавказской войны, когда за море ушло 500 тысяч человек. Только вдуматься в эту цифру! По последней советской переписи в Абхазии проживало 500 тысяч, и в ХIХ веке ее покинуло столько же!

Во-вторых, корни этого конфликта лежат глубоко в истории. Периодически они выходят на поверхность в виде вооруженных столкновений. То, что мы, военные, не знали, прекрасно знают живущие здесь народы. Поэтому я не верю, что сегодня удастся быстро сгладить столь глубокие и давние противоречия, заставить людей забыть о совсем недавно пролитой крови, вот так запросто взять да помирить. Должно пройти много времени, чтобы улеглись страсти, утихли боль и раны.

Реальная задача политиков сегодня - не допустить возобновления конфликта. Попытаться найти приемлемые формы жизни по соседству. Ведь ни грузины, ни абхазцы переселяться на другой край света не собираются. Но в то, что оба народа в ближайшей перспективе будут жить в одном государстве под названием Грузия, я не верю.

Игорь ЛЕНСКИЙ

Опубликовано в выпуске № 24 (190) за 27 июня 2007 года

 

 

Вниманию читателей «ВПК»

  • Past:
  • 3 дня
  • Неделя
  • Месяц