Версия для печати

Бросок на «Слатину»

Как российские десантники склонили натовских военачальников к благоразумию
Стаськов Николай
Фото: army-news.ru

В июне 1999 года я координировал из Москвы по линии космической связи действия российской миротворческой бригады в Боснии и Герцеговине, в том числе выдвижение колонны десанта в Косово. Эти заметки построены на записях журнала учета полученных и отданных боевых распоряжений.

В 1993–1997 годах мне как замкомандующего ВДВ России по миротворческим операциям пришлось плотно заниматься Балканами, в том числе идущими там межнациональными конфликтами. Отмечу сразу: возможность развала Югославии была заложена в федеративном устройстве этой страны, конституция СФРЮ предоставляла союзным республикам солидные полномочия, даже позволяла иметь свои армии. В Боснии и Герцеговине, Хорватии, Сербии у власти встали националисты, главной задачей которых было разорвать жемчужину Балкан на государства.

Миротворцы в секторе «Сараево»

Распад СФРЮ был кровавым, сопровождался массовыми убийствами мирных жителей. 25 июня 1991 года в свободное плавание ушла Хорватия, по ее периметру образовались четыре крупных сербских анклава, куда в 1992-м, чтобы обезопасить сербское население, ввели войска ООН.

Россию в составе голубых касок ООН представлял 554-й отдельный батальон, укомплектованный в основном контрактниками. Он был сформирован из частей ВДВ согласно постановлению Верховного Совета РФ от 6 марта 1992 года № 2462-I «О направлении российского контингента в Югославию для участия в миротворческих операциях ООН» и приказа командующего Объединенными вооруженными силами СНГ.

Бойцов Русбата за 1,5 месяца обучили на базе ВДВ в учебном центре «Дубровичи» 137-го гвардейского ПДП. На Балканы должны были отправиться около 900 военнослужащих, в том числе 80 офицеров и более 100 сержантов, старшин и прапорщиков. Большинство миротворцев имели боевой опыт.

Стремительный марш-бросок русского десанта с занятием стратегического плацдарма вызвал на Западе бешенство

Помимо легкого стрелкового вооружения, батальон располагал парком из 150 грузовых и специальных автомобилей и 15 БТР.

Штаб 554-го отдельного батальона находился в городке Клиса, рядом с аэродромом. В зону ответственности входили Вуковар, Осиек и Винковцы. Вдоль линии фронта с Хорватией миротворцы оборудовали наблюдательные и блокпосты, КПП.

В феврале 1994 года часть сил 554-го об передислоцировали и преобразовали после усиления в 629-й об ООН с оперативным подчинением сектору «Сараево». Задачу оставили прежнюю – разъединять противоборствующие стороны и контролировать соблюдение соглашения о прекращении огня.

В феврале 1994-го, когда в Сараеве резко обострилась обстановка, подразделения миротворцев ВДВ РФ совершили быстрый рейд по горным дорогам Боснии и, встав по периметру города, сумели предотвратить конфликт.

Большинство сербов жили в городках и селах, растянутых цепочкой вдоль границы Хорватии и Сербии, сил ООН оказалось недостаточно для наведения порядка. Россия не смогла помочь организовать армию в сербских анклавах. А Запад, в первую очередь Германия, основательно помог Хорватии быстро создать боеспособную армию, преимущественно бронетанковые соединения.

Хорватские боевики летом 1995 года, нарушив международные договоренности, напали на населенные сербами три зоны безопасности под охраной войск ООН. За трое суток последователи усташей проутюжили три сербских анклава Краины и Западной Славонии, где стояли английский, французский и аргентинский контингенты. «Миротворцы» эти не выполнили своей миссии, дрогнули и отошли без боя, бросив жителей на произвол судьбы. Лишь один сербский анклав – сектор «Восток» устоял в целости и сохранности. Там были размещены 554-й об и батальон армии Бельгии. Они совместно обеспечивали порядок и надежно прикрыли жителей.

Российские миротворцы в 1994 году серьезно готовились к отпору хорватского наступления, планировали военную операцию совместно с ЮНА. На случай нападения на российских миротворцев были подготовлены все имеющиеся в БиГ силы и средства. В результате хорваты отказались от наступления. Российские и бельгийские военные разоружили формирования противоборствующих сторон. Совместными усилиями удалось восстановить порядок и законность.

Позднее там провели свободные выборы в местное самоуправление и референдум о судьбе анклава. По итогам плебисцита территория вошла в состав Хорватии мирным путем, но была на то и международная воля. Это, кстати, единственный случай мирного и довольно спокойного разрешения судьбы сербского анклава в Хорватии при крахе СФРЮ. И в этом большая заслуга миротворцев России и Бельгии.

Косово је Србија?

Если говорить о Косове, то в 1999 году там уже вызрел огромный конфликт на межрелигиозной и межнациональной почве. Косово и Метохия – место зарождения сербской государственности, колыбель православия на Балканах, центр духовной жизни Сербии. Но история так сложилась, что в XX веке албанцы-мусульмане оказались здесь в большинстве.

В 1999 году в Косове и Метохии начался террор. Шептары выступали против законной власти. Банды сепаратистов, во главе которых стояли албанские уголовники, жгли дома, грабили и убивали сербов, уничтожали православные церкви. Сербов выживали с родной земли всеми способами. В СБ ООН шли активные переговоры о разрешении конфликта. Запад предлагал ввести в край международный военный контингент, разделить его и враждующие стороны на сектора и принуждать противников к миру под контролем НАТО.

Москва была категорически против применения силы – натовский вариант принуждения касался только ЮНА и полицейских подразделений Югославии. Косовские сепаратисты, по версии западных покровителей, были пострадавшей и угнетаемой стороной, их права и свободы якобы нарушались югославскими властями.

Позицию нашей страны проигнорировали, и 24 марта 1999 года альянс в обход СБ ООН напал на Югославию. Начались ракетно-бомбовые удары силами авиации, морских ракетных и авианесущих кораблей.

России был брошен вызов, и в Москве начались поиски выхода из непростой ситуации.

Вашингтон хотел прикрыться Москвой

По линии МИДа РФ выяснилось, что в НАТО не планировали серьезного участия России в миротворческой операции в Косове. Все сектора ответственности распределены между контингентами Великобритании, Германии, Франции, США и Италии. Мудрецы из альянса мыслили расположить российские силы на административной границе Сербии и Косова и поручить им вспомогательные функции в зоне ответственности Штатов. То есть фактически обелить военные преступления Вашингтона против Сербии и стать буфером между американцами и разгневанными сербами.

Официально отсутствие России в Косове объясняли так: Москва с явной симпатией относится к православному сербскому народу и поэтому не может быть судьей в сложных отношениях с албанцами. Дескать, наши миротворцы в Косове однозначно возьмут сторону сербов, будут им покровительствовать. Между тем в руководстве России объективно оценивали ситуацию, с уважением относились ко всем сторонам, и о предвзятости не могло быть и речи.

В миротворческие силы на основе ВДВ для службы на Балканах с 1992 года отбирались военнослужащие разных национальностей и вероисповедания: православные, мусульмане, иудеи. Отправка на Балканы всегда проходила в торжественной обстановке. На аэродром «Дягилево» под Рязанью приезжали ветераны военной службы, представители общественности, журналисты, депутаты и обязательно священнослужители: православные иереи Рязанской епархии, муфтии Духовного управления мусульман Рязанской области (Рязанского мухтасибата), представители главного раввината России в Рязани и Рязанской области.

Священники отечески напутствовали воинов и благословляли их на службу миру, восстановление и поддержание порядка, законности и справедливости. Подчеркивалось, что наш воин – миротворец, защитник мирных жителей и борец с беззаконием.

В связи с явным нежеланием стран НАТО выделить нашим миротворцам зону ответственности в Косове военное руководство России склонялось к решению ввести туда контингент по аналогии с операцией под Сараевом (Республика БиГ), проведенной в 1994 году. В начале мая 1999-го начальник ГОУ Генштаба ВС РФ генерал-полковник Юрий Балуевский (позднее – генерал армии, начальник Генерального штаба ВС РФ – первый замминистра обороны) ориентировал меня о возможном вводе российских войск в Косово и приказал скрытно начать подготовку подразделений. Штаб ВДВ отдал соответствующие распоряжения группировке ВДВ ВС России в БиГ, там началась работа.

Планирование операции шло по линии штабов, чтобы обеспечить скрытность.

Я долгое время был в Боснии, выполнял различные задачи в 1993–1997 годах, знал, что называется, каждую дорожку – в случае необходимости предстояло незаметно увести группировку ВДВ из-под носа американцев.

Это была непростая задача. Оперативно и тактически наша миротворческая отдельная воздушно-десантная бригада, стоявшая в БиГ, подчинялась 1-й мотопехотной дивизии США. Отмечу, что на базе в Боснии, в том числе в Углевике, постоянно работали сотрудники американской военной разведки (РУМО) и ЦРУ. Так что россияне находились под постоянным и неусыпным присмотром. Там не только американцы, соответствующие службы других западных стран тоже не дремали.

Жилые городки миротворцев разделяли считаные метры, что позволяло открыто наблюдать за нашими военнослужащими, их жизнью, бытом, построениями и перемещением личного состава, особенностями физической и боевой подготовки, отношениями между офицерами и личным составом. Американцы были в курсе разговоров российских солдат на лично-бытовые и служебные темы…

Штаб Оперативной группы ВДВ ВС РФ в БиГ стоял в «Волчьем логове», известном центре партизанского сопротивления Югославии в 1941–1945 годах. Штабу ОГ напрямую подчинялась отдельная воздушно-десантная бригада ВДВ в БиГ. Российскими миротворческими войсками в Боснии и Герцеговине в 1999 году командовали опытные боевые генералы и офицеры: старший ОГ генерал-майор Валерий Рыбкин, командир овдб Герой Российской Федерации полковник Николай Игнатов, командир 2-го отдельного пдб полковник Сергей Павлов. За плечами у них были Афганистан, Чечня…

К рейду готовились основательно, подбирали лучшие экипажи БТР-80, инициативных офицеров, опытных, выносливых и закаленных водителей спецмашин, хорошо знающих дело, имеющих боевой опыт Афганистана, Чечни и Абхазии. После приказа силами небольшого десанта следовало опередить войска НАТО, шедшие к своим секторам в Косово, вперед натовской группировки занять стратегический плацдарм – аэродром «Слатина» и прочно на нем закрепиться.

Косовский бросок

Час Х приближался. Авиация НАТО 10 июня 1999 года прекратила налеты и бомбежки. Основные силы миротворцев ВДВ РФ в тот же день по легенде вывели на занятия по боевой подготовке на полевой аэродром близ города Биелина. Там, не теряя времени, скрытно приступили к подготовке марша в Косово, решали технические вопросы, для глубокого рейда по Балканам в передовой отряд отбирали лучших бойцов.

В ночь на 11 июня 1999 года поступила информация, что натовцы при поддержке вертолетов выдвинулись в Косово со стороны Македонии. Генералу Рыбкину из Москвы поступил приказ: передовым десантным батальоном (пдб) опередить группировку НАТО и скрытно занять важную стратегическую точку в Косове – аэродром «Слатина».

Утром 11 июня колонна пдб из 50 БТР-80, грузовых и специальных колесных машин, оставив тихоходные автомобили технических и тыловых служб в Биелине, оторвавшись от наблюдения американской разведки, выдвинулась к границе с СРЮ и пошла на Белград. В связи с особой важностью задания операцией по занятию плацдарма в Косове и прохождению передовой группировки миротворцев ВДВ России по территории иностранного государства руководил лично генерал Рыбкин, командиром сводного батальона был полковник Павлов.

Высокая скорость колонны на марше – до 60 километров в час – обеспечивалась однотипностью, качественным техсостоянием боевой и специальной техники, хорошими дорогами и главное – высоким уровнем подготовки личного состава. В результате по территории Югославии прошли более 600 километров, останавливаясь только на дозаправку машин.

В случае поломки техники решили не останавливаться на ремонт, арьергардным спецмашинам предписывалось брать на жесткую сцепку аварийные и продолжать движение. К чести наших механиков-водителей, готовивших боевую технику и автомобильный парк к маршу, серьезных поломок не случилось.

С момента выхода десанта царило строгое радиомолчание. Но связь все же имелась: первая линия шла через мощную станцию космической связи в расположении российской бригады в БиГ, там все 19 часов движения колонны по Югославии постоянно находился командир бригады полковник Игнатов. Вторая линия связи с руководителем операции – старшим оперативной группировки ВДВ на Балканах генералом Рыбкиным обеспечивалась через средства радиосвязи резидента ГРУ на Балканах, военного атташе посольства РФ в Югославии.

Передовой отряд вышел к аэродрому «Слатина» поутру 12 июня 1999 года, на считаные часы опередив натовских военных. Об этом событии мир узнал из телерепортажей информагентств.

Стремительный марш-бросок русского десанта с занятием стратегического плацдарма вызвал на Западе, в первую очередь в США, бешенство. Позднее я ознакомился с подробными разведдонесениями НАТО. В них сообщалось, что в альянсе, в Штатах особенно, 12 июня 1999 года выступали за то, чтобы атаковать наш батальон, выбить его с позиций и овладеть аэродромом.

На нападении настаивали политики, однако военачальники были более благоразумными. Английский генерал Майкл Джексон, руководитель сил KFOR (многонациональных сил по стабилизации обстановки в Косове), заявил, что начинать третью мировую войну он не намерен и приказа напасть на русский десант не отдаст.

Между тем Россия не собиралась бросать на произвол судьбы свой миротворческий батальон. Генштаб ВС РФ заблаговременно, уже в мае-июне 1999-го, совместно со штабом ВДВ разрабатывал варианты действий на случай непредвиденного развития событий, особенно если натовцы все же применят силу. Был спланирован и подготовлен огромный ресурс боевой и военно-транспортной авиации, контингент ВДВ для переброски в Косово.

Из радиоперехватов американской разведке было известно, что десант в Косове основательно закрепился, занял прочную оборону и не дрогнет, миротворцы будут стоять до конца. Знали натовцы и о том, что Москва не оставит своих военных, задействованы серьезные ресурсы и силы. Первые подразделения ВДВ были загружены в самолеты ВТА, готовилась переброска войск морским путем.

В полдень 12 июня 1999 года в Кремль вызвали главу военного ведомства маршал Игоря Сергеева. Министр доложил президенту Ельцину о вводе российских миротворцев в Косово и броске на Слатину. Доклад был одобрен, действия миротворческой группировки ВДВ на Балканах признаны правильными.

Первое, что я испытал, получив известие о благополучном исходе операции, удовлетворение: приказ выполнен точно и в полном объеме, миновала угроза прямого военного столкновения между нашим передовым отрядом и натовцами.

Россия показала свой характер, вошла в состав Многонациональных сил по стабилизации обстановки в Косове (KFOR), получила свой сектор ответственности.

В конце июня 1999 года в соответствии с резолюцией Совета Безопасности ООН № 1244 на основании указа президента Российской Федерации и в соответствии с подписанными министрами обороны РФ и США 18 июня в Хельсинки Согласованными пунктами российского участия в силах КФОР было принято решение о направлении в Косово и Метохию (Союзная Республика Югославия) воинского контингента России численностью 3616 человек, из них около 2500 – десантники.

Перед российским воинским контингентом (РВК) в июне 1999 года (командующий генерал-майор Валерий Евтухович) в составе сил KFOR были поставлены сложные задачи, в том числе создание условий для возвращения и проживания беженцев и перемещенных лиц, обеспечение общественной безопасности, работы по разминированию и уничтожению боеприпасов и взрывоопасных предметов, осуществление пограничного контроля, совместная деятельность с подразделениями сил KFOR по эксплуатации аэродрома «Приштина» (Слатина), обеспечение защиты и свободы передвижения своих сил, международного гражданского присутствия и персонала других международных организаций.

Местом дислокации российского контингента определили базовые районы – аэродром «Слатина», Баня, Велика Хоча, Косовская Каменица, Доне Карменьяне, Србица и Косово Поле.

На вооружении наших миротворцев в Косове находились 131 единица бронетанковой техники, 387 грузовых и специальных автомашин, знаменитые «Крокодилы» (ударные вертолеты Ми-24), доставленные из России специальными самолетами…

Силами KFOR ООН предстояло за год разоружить НВФ албанцев, главы МИД стран-миротворцев заключили об этом соответствующее соглашение.

Россия делала все для прекращения войны и возвращения к миру. У Москвы появилась надежда на возврат Косова и Метохии в состав Союзной Республики Югославия. Белград уверился в российской поддержке, сербы получили спокойствие и стабильность. Вся Европа знала по примеру Боснии и Герцеговины, что там, где стоят русские миротворцы, царят безопасность, законность, порядок. Наши миротворцы ответственно и взвешенно подходили к решению всех вопросов, в отношениях с жителями были предельно корректными, ровно и непредвзято относились ко всем национальностям.

Марш-бросок десанта в Косово поднял авторитет российских Вооруженных Сил в обществе, а в армейской среде повысилось чувство национального самосознания и достоинства. Моя многолетняя практика миротворца показывает, что все межнациональные, этнические и религиозные конфликты решаются в основном военным, силовым путем, принуждением к миру. На сегодня человечество ничего более эффективного не придумало.

…За 11 лет миротворческой миссии в Югославии погибли 25 и ранены 59 офицеров и солдат-контрактников ВС РФ.

В боснийском городке Углевик на месте дислокации овдб ВДВ России в 1992–2003 годах решено установить памятник погибшим миротворцам – солдатам и офицерам России, отдавшими жизни за мир на Балканах.

Николай Стаськов,
генерал-лейтенант, первый заместитель командующего ВДВ РФ (1998–2005)

Опубликовано в выпуске № 23 (786) за 18 июня 2019 года

Loading...
Загрузка...
Аватар пользователя ifikl
ifikl
29 августа 2019
На самом деле всю правду об этих событиях мог бы рассказать настоящий руководитель броска на Слатину, нынешний заместитель Шойгу Юнус-бек Евкуров. Однако, вряд ли ему это позволят сделать, пока он жив. Боюсь, что все неприглядные подробности этой истории буду обнародованы лет через 50... Это же "большой европейский политик"! Кровавый и грязный.
Аватар пользователя ifikl
ifikl
29 августа 2019
На самом деле всю правду об этих событиях мог бы рассказать настоящий руководитель броска на Слатину, нынешний заместитель Шойгу Юнус-бек Евкуров. Однако, вряд ли ему это позволят сделать, пока он жив. Боюсь, что все неприглядные подробности этой истории буду обнародованы лет через 50... Это же "большой европейский политик"! Кровавый и грязный.

 

 

  • Past:
  • 3 дня
  • Неделя
  • Месяц
Loading...