Версия для печати

Грузия под флагом разлуки

Почему единоверцы идут за авантюристами
Ходаков Игорь
Фото: dcn.lt

Нынешняя антироссийская истерия в Грузии обусловлена не только происками Вашингтона (хотя куда же без них), а лежит отчасти в плоскости исторической памяти и географии страны Святого Георгия.

Для большинства рожденных в СССР происходящее в этой закавказской республике представляется глупым перформансом. Ведь характер наших взаимоотношений видится, если оглядываться в прошлое, дружественным и основанным на убеждении, что Российская империя спасла единоверных братьев от иноземного владычества (русских они вряд ли мнят иноземцами, с чем лично я согласен).

С развалом Союза создалось впечатление, будто во вчера еще братских республиках кто-то установил излучатели, наполняющие разум наших соседей пещерной ненавистью к России. В Грузии, что и говорить, пропаганда поработала на славу, но только ли в ней дело?

Периферийные колхи

Обратим внимание на важный аспект: географическое положение Грузии неизменно на краю ойкумен. Правда, ее ученые вряд ли согласились бы с подобной трактовкой, разве что с рядом существенных оговорок. По словам историков Мераба Вачнадзе, Вахтанга Гурули, Михаила Бахтадзе, «грузинские племена с глубокой древности (в частности халибы, о которых есть упоминание в Библии как о создателях металлургической культуры) проживали по направлению восточной части Анатолии, в северо-восточной Малой Азии, охватывая Понтийские горы и близлежащие территории, что в современной Республике Турция». Малая Азия вовсе не периферия, а центр формирования цивилизаций – Хеттской прежде всего.

Грузия как никакая другая республика заинтересована в сохранении экономических связей с метрополией

Однако сам факт складывания грузинского этноса именно на дальних окраинах первых государств (так называемого плодородного полумесяца) не отрицают и названные исследователи: «Древнейшие сведения о грузинских племенах (речь о II тысячелетии до нашей эры. – И. Х.) и межплеменных союзах содержатся в древневосточных источниках: в хеттских, ассирийских, урартских надписях. Древний Восток – один из регионов наряду с Египтом, Индией и Китаем, в котором сформировались первые государства и сложились первые цивилизации. На этих территориях (в Малой Азии, на восточном побережье Средиземного моря, в Междуречье) на протяжении веков сменялись народы и государства. Одни из них усиливались, другие слабели, испытывали ассимиляцию и исчезали с исторической арены. На северных перифериях этого региона жили грузинские племена, которые имели тесные связи с южными соседями (курсив мой. – И. Х.)».

В разное время грузинские племена населяли периферию Хеттской, Ассирийской и Урартской держав, обширных владений Ахеменидов, граничивших с Колхидским царством (согласно ассирийским и урартским источникам оно существовало уже в XIII веке до нашей эры), которое в свою очередь располагалось на краю греческого мира, оказавшего на колхов существенное влияние. На смену названным государствам пришла сначала империя Македонского, а после его смерти – Селевкидов. После разгрома последних римлянами грузины стали граничить еще и с Понтийским царством, прославленным Митридатом VI Евпатором и покорившим Колхиду.

От Заратустры к Христу

Эти державы не только оказывали военное давление на Грузию, но и осуществляли культурную экспансию. Атанас Иоаннидис отмечает: «В среде племен колхов культивировалась древнегреческая религия… Все археологические находки и исследования подтверждают, что колхи поклонялись греческим богам».

Некоторое влияние, хотя и в отличие от античного не столь существенное, на грузин оказал зороастризм. «Абсолютно очевидно, – пишет исследователь Гарий Цоцхалов, – что в древнекавказских календарях (Армения и Грузия) зафиксированы имена таких персидских богов, как Тир и Михр». Кроме того, в современном Тбилиси находится зороастрийский храм огня, построенный, по мнению ученых, в VII–V веках до Рождества Христова.

Новая страница в истории Грузии была перевернута в IV столетии, когда христианство благодаря проповеди святой Нино Капподокийской стало государственной религией Колхидского царства. Тогда грузинские земли оказались в сфере геополитических интересов христианизировавшейся (но с еще сильным влиянием, особенно среди легионов, митраизма) Римской империи и зороастрийского Ирана, находившегося под властью могущественной династии Сасанидов. Кроме того, в IV веке важную военно-политическую роль в регионе играла Великая Армения, которая вела тяжелую войну с персами и в конце концов пала под их ударами.

Грузины отчаянно сопротивлялись Ирану, наиболее успешно при Вахтанге Горгасале (правил во второй половине V века). После Халкидонского собора 451 года борьба приняла в том числе и религиозный характер. Ибо в V столетии Грузия оказалась близка восточно-римской христианской цивилизации – общий культ святых, единый Символ веры, схожие черты в храмовой архитектуре и пр. Иран традиционно поддерживал диссидентов – монофизитов и несториан, став на долгие столетия врагом страны Святого Георгия.

VII век отмечен экспансией в регионе новых центров силы – могущественного Хазарского каганата, войска которого в 628 году захватили и разграбили Тбилиси, а также Арабского халифата, существенным образом изменившего культурно-религиозный и этнический облик Северной Африки, Пиренейского полуострова, Ближнего Востока, Срединной и частично Центральной Азии.

За обладание Закавказьем началась ожесточенная борьба между арабами, хазарами и византийцами. Малочисленные грузины не могли в ней играть существенную военно-политическую роль, подвергаясь страшным опустошениям со стороны завоевателей, главным образом хазар. Арабам удалось создать Тбилисский эмират, довольно быстро отделившийся от халифата и разгромленный царем Давидом IV Строителем. Как ни странно, сколь-нибудь серьезного влияния эмират на культуру Грузии не оказал, ибо в Средневековье мусульмане виделись православным ее жителям как безусловные враги. Нынешняя мечеть в Тбилиси построена в 1864 году казанскими татарами.

В Средневековье завязываются первые контакты Руси и Грузии – брак царицы Тамары с сыном великого князя Андрея Боголюбского Юрием, оказавшийся неудачным. В XIII веке Грузия, равно как Русь, подверглась разгрому войск Монгольской империи. Это была первая в мировой истории держава, на недолгое время объединившая два континента и носившая мультикультурный характер. Так грузинские и русские земли в первый раз оказались в едином государстве, и кто знает, быть может, воины обоих народов сражались бок о бок с врагами империи, во всяком случае те и другие поставляли контингенты в армию великого хана.

И если Чингисхан создавал державу путем завоеваний с востока на запад, то Калитичи в XV столетии приступили к ее по сути возрождению, только с иным религиозным наполнением и в обратном географическом направлении. Соответственно рано или поздно Грузия не могла не оказаться в орбите геополитических интересов России, историческое бытие которой после падения Константинополя в 1453 году строилось на мессианской идее, носившей к тому же вплоть до петровской эпохи ярко выраженный эсхатологический и даже апокалиптический характер.

Уже в XVIII веке страна Святого Георгия оказывается на периферии трех империй: Российской, клонившейся к упадку Османской и Сефевидского Ирана. В 1783 году, подписав Георгиевский трактат, Картли-Кахетинское царство признало вассальную зависимость от России, а спустя 18 лет вошло в ее состав.

В обмен на суверенитет

Какова была альтернатива присоединению к Российской империи и существовала ли возможность сохранить независимость? Очевидно, что нет, ибо полное (часть грузинских земель начиная с XVI века уже находилась под властью Сефевидов) поглощение страны чуждыми ей в культурно-религиозном плане суннитской Османской империей либо шиитским Ираном (нашествие Ага-Мухаммад-хана в 1795 году) было вопросом времени. При таком раскладе и духовный, и этнический облик Грузии трансформировался бы существенным образом. И сегодня она вполне могла напоминать Албанию – некогда христианскую страну, после завоевания ее турками исламизировавшуюся.

Прозападный курс – священная корова грузинской политики на протяжении последних двадцати лет

Столь же очевидно, что свою культурно-религиозную целостность древняя Иверия сохранила только благодаря северному соседу. Да, ценой утраты политического суверенитета, который, еще раз подчеркну, она потеряла бы в любом случае – слишком сильны были ее южные и юго-западные соседи. Такова логика истории, в значительной степени предопределяющая судьбы многих стран, расположенных на периферии более могущественных империй. Кто на современном этапе станет всерьез отрицать вассальную зависимость Прибалтики и Восточной Европы от США?

В совместной историографии двух народов были разные страницы. Константин Скурат приводит слова грузинского царя Александра I, обращавшегося за покровительством к Ивану III и называвшего его ни больше ни меньше надеждой христиан, подпорой бедных и ревностным обетником святого Николая. И далее приводятся строки из письма сына Александра I – Георгия, обращенные к русскому посланнику Татищеву: «Стоим мы под ножами султана и шаха. Оба хотят нашей крови и всего, что имеем. Мы отдали себя России, пусть же Россия возьмет нас не словом, а делом!.. Турки, персы, кумыки силой к нам вторгаются, и вас зовем умиленно: приидите и спасите! Мы плакали от неверных и для того отдались головами царю православному, да защитит нас, но плачем и ныне, наши дома, церкви и монастыри в развалинах, семейства в плену, рамена наши под игом».

Оба послания весьма красноречиво свидетельствуют о геополитической ситуации, в которой оказалась Грузия на рубеже XV–XVI веков. Совершенно очевидно, что сохранить свою этническую и религиозную самоидентификацию она могла только под покровительством единоверной России, пришедшей на смену Византийской империи и претендовавшей на статус нового после распада Золотой Орды центра силы на западе Евразии. Подчеркну: именно при Иване III в среде русских книжников формулируется духовно-политическая идеологема: «Москва – Новый Иерусалим», позже трансформировавшаяся под пером игумена Спасо-Елеазарова монастыря старца Филофея в концепцию: «Москва – Третий Рим».

Напомню, что православный мир в данную эпоху жил эсхатологическими ожиданиями, обусловленными тем, что в 1492-м наступал 7000-й год от сотворения мира (дата, конечно, условна, как и само данное летоисчисление). Дальше даже не составлялись Пасхалии (расписания церковных дат празднования Пасхи). Встретить Второе Пришествие под игом «неверных» было для православных грузин немыслимо, а сохранить независимость – нереально. Поэтому, повторю, альтернативы вхождению в состав России не было. Политическое покровительство со стороны Москвы, а позже Петербурга? Оно нуждалось в силовой демонстрации и потребовало бы держать вблизи Закавказья крупную военную группировку. Это вплоть до XIX века представлялось весьма обременительным, прежде всего с точки зрения логистики, особенно при неразвитости путей сообщения.

После того как в начале XIX века Грузия вошла в состав Российской империи (именно тогда и началось строительство Военно-грузинской дороги), характер церковных отношений стал меняться. С одной стороны, процитирую протоиерея Василия Заева: «В 1817 году была открыта духовная семинария в Тифлисе, в 1894-м – Кутаисская духовная семинария. Открывались также епархиальные женские училища и церковно-приходские школы. Начали печататься периодические издания на грузинском языке. Постепенно развивалась православная миссия среди мусульманских народов. В 1860 году возникло Общество восстановления христианства на Кавказе. Важным событием на грани XIX и XX веков явилось исправление грузинской Библии». И он же пишет: «В то же время происходило вытеснение грузинского языка из богослужения, преподавание в семинариях также велось на русском языке… Церковное имущество оказалось в распоряжении русских властей, экзархами назначались архиереи русской национальности. Внутреннее духовное развитие Экзархата ограничивалось условиями Синодального управления Русской православной церкви. Бюрократическая опека со стороны светских властей, прямое вмешательство их в церковные дела, стремление превратить Церковь в одно из звеньев государственного аппарата – все это было и печальной действительностью, и реальной преградой для нормальной жизнедеятельности Церкви. Это вызывало многочисленные протесты».

Подобные великодержавные шаги больно били по самолюбию грузин, чье православное бытие началось задолго до формирования Древнерусского государства и принятия каганом Владимиром (титул отражен в «Слове о законе и благодати» митрополита Иллариона) и его дружиной христианства. Я уже не говорю о том, что грузинская цивилизация сформировалась значительно раньше нашей. Синоду Русской православной церкви следовало бы проявить определенный такт во взаимоотношениях с грузинской Церковью. Увы, этого не произошло.

После крушения Российской империи парад суверенитетов вчерашних ее окраин был недолгим (за исключением Польши и Финляндии), и Грузия оказалась частью СССР, довольно быстро заняв в нем особое и без преувеличения привилегированное положение. Не думаю, что оно напрямую связывалось с деятельностью советской политической элиты: Иосифа Сталина, Лаврентия Берии, Серго Орджоникидзе. Нет, дело в системе хозяйствования, обеспечивавшей Грузии режим наибольшего экономического благоприятствования.

Здравница в тени экономики

Подобное положение находило выражение и в получаемых республикой дотациях («Грузия должна России больше чем полтриллиона долларов»), и в «железном занавесе», сделавшем из Грузии всесоюзную здравницу и туристический центр, положительно влиявшие на благосостояние местных жителей. Однако одним из основных факторов процветания стала теневая экономика. Как известно, каждая республика в СССР имела свою специализацию. На Грузию возлагалась обязанность поставок, помимо чая, минеральной воды и вин, также цитрусовых, львиная доля которых продавалась отнюдь не в магазинах, а на рынках по соответствующей цене.

Словом, после распада СССР именно Грузия как никакая другая республика из бывших советских была заинтересована в сохранении экономических связей с метрополией. Однако кучка политических авантюристов во главе с пришедшим к власти Звиадом Гамсахурдиа предпочла путь, приведший к гражданской войне, центробежным процессам и обнищанию населения.

При Эдуарде Шеварднадзе и его преемниках лучше не стало. Однако современной власти в Грузии нужно объяснить населению причины нищеты, коррупции и прочих неурядиц. И Тбилиси твердит как о панацее о вступлении в НАТО и интеграции в Евросоюз. По словам эксперта Владислава Гулевича: «Прозападный курс – это священная корова грузинской политики на протяжении последних двадцати лет, сомневаться в котором никому не позволительно. Иначе придется признать, что грузинская элита ведет страну не туда, куда надо, а Россия для Грузии вовсе не агрессор, а важный экономический партнер. Пойти на такую ломку государственной идеологии Тбилиси не способен».

Сказано это было пару лет назад, но стало только хуже, ибо грузинская псевдоэлита спит и видит республику частью евро-атлантической цивилизации. Хотя на Западе рассматривают Грузию всего лишь частью инфраструктуры, выгодной с военно-экономической и стратегической точек зрения.

И конечно, грузинские солдаты своей кровью оплачивают реализацию США их геополитических проектов в Ираке. Там погиб или получил ранения как минимум 21 военнослужащий. В Афганистане потери Грузии, по официальным данным, составили не менее 27 человек. Главный вопрос: ради чего? Ради того, чтобы наркотики из Афганистана попадали в том числе и в Закавказье?

Грузины любят говорить об аннексии их земель Российской империей и оккупации Советским Союзом, только забывают, что они уцелели как этнос, сохранив культурно-религиозную матрицу, сложившуюся в древние времена, и в материальном плане жили лучше «оккупантов». Не странно ли?

Игорь Ходаков,
кандидат исторических наук

Опубликовано в выпуске № 28 (791) за 23 июля 2019 года

Loading...
Загрузка...

 

 

  • Past:
  • 3 дня
  • Неделя
  • Месяц
Loading...