Версия для печати

Вдогонку за «трехсоткой»

Иран готов защищаться «Верой» и правдой
Сивков Константин

Иран создал многоканальный ЗРК большой дальности «Бавар-373». Теперь страна производит всю линейку зенитных ракетных средств от большой дальности до самой малой. Качество имеющихся на вооружении систем ПВО – определяющий фактор безопасности.

Несколькими годами ранее основу ПВО Ирана составляли исключительно ЗРК иностранного производства, среди которых, помимо российских и китайских, значительную долю составляли американские образцы. Сегодня на боевое дежурство становятся комплексы собственного производства, а если иностранные, то основательно модернизированные своими силами.

В конце августа иранское военно-политическое руководство представило миру очередной ЗРК – «Бавар-373», в переводе на русский «Вера-373». Это многоканальный комплекс большой дальности, созданный исключительно самостоятельно. По сообщению иранских военных, ЗРК имеет зону поражения до 200 километров по дальности и до 27 километров по высоте. Он способен поражать малозаметные воздушные цели, крылатые ракеты и даже боеголовки баллистических ракет. В Тегеране заявляют, что ЗРК превосходит российскую ЗРС С-300 и лишь незначительно уступает С-400, но не уточняют, по каким именно показателям.

В основе новейших иранских разработок зенитных ракетных комплексов лежит российский концептуальный подход

Кроме комплекса большой дальности «Бавар-373», в этом году был представлен и новейший иранский ЗРК средней дальности «Хордад-15» с максимальной дальностью стрельбы 120 километров при потолке поражения около 27 километров. Известно, что в Иране производятся и другие ЗРК собственной разработки – можно назвать Talash и Ra’ad/Ra’ad-2. ЗРК первого типа во многом скопированы с американской ЗРС «Пэтриот», они устанавливаются на колесной базе поставленного из Белоруссии тягача МЗКТ-6922 и его местной копии. В 2017-м система была модернизирована до уровня Talash-2 и теперь может поражать воздушные цели на дальности до 120 километров, летящие на высоте до 27 километров, она состоит на вооружении иранской армии и КСИР. ЗРК Ra’ad также установлен на колесной базе тягача МЗКТ-6922. Многие элементы системы ПВО позаимствованы у «Бук-М2Э». Иранские военные отмечают, что ЗРК Ra’ad-2 способен поражать цели на дистанциях до 200 километров, летящие на высоте до 30 километров. Однако размеры и форма ракет этого комплекса идентичны нашим «Букам». То есть афишируемая дальность вряд ли может быть достигнута. Ранее для ЗРК Ra’ad заявлялась возможность стрельбы на 50 километров. Поэтому, вероятнее всего, зона поражения Ra’ad-2 вряд ли превышает 70–80 километров.

Помимо ЗРК большой и средней дальности, в стране производятся комплексы малого радиуса действия. Можно констатировать, что Иран производит всю линейку зенитных ракетных средств. С созданием ЗРК «Бавар-373» и «Хордад-15» он вошел в четверку стран, способных производить такие системы, вместе с США, Россией и Китаем. Надо заметить, что даже самые высокоразвитые государства Европы не могут похвастаться подобной продукцией.

Однако тактико-технические данные новейших иранских ЗРК представлены в открытой печати весьма ограниченно. Можно найти параметры зоны поражения, причем основанные только на энергетике ракет и часто весьма завышенные. По некоторым комплексам известна их канальность. Данных по предельной скорости перехватываемых аэродинамических и баллистических целей нет. Неизвестны показатели дальности перехвата целей с малой эффективной площадью рассеивания (ЭПР) и баллистических. Почти отсутствуют данные о вероятности перехвата различных типов целей, тем более нет каких-либо оценок степени защищенности иранских ЗРК от средств РЭБ хотя бы на уровне качественного сравнения с известными иностранными образцами. Полностью отсутствуют данные по времени реакции иранских комплексов. Соответственно адекватно оценить их реальные боевые возможности в ходе вооруженного конфликта с высокотехнологичным противником на основании этих данных нельзя даже оценочно.

Темпы задаются школой

Искомые данные, однако, можно получить на основе общего анализа состояния иранской военной и гражданской промышленности, состояния научно-технического потенциала страны, масштабов и глубины военно-технического сотрудничества с другими государствами, наличия образцов современного вооружения, а также темпов разработки новых изделий для ПВО. Начнем с научно-технических школ. Таковых в шахском Иране скорее всего не было, поскольку в ту пору страна закупала оружие в США и Европе. Во всяком случае, какие-либо заметные образцы боевой техники того периода собственного производства неизвестны. Это означает, что иранским научно-техническим школам не более 25–30 лет. Первое поколение без собственных устойчивых традиций. То есть концептуально новые системы вооружений, в частности ЗРК, скорее всего повторяют иностранные образцы из числа тех, которые попали в Иран. Существенные отличия от прототипов вероятны лишь в частностях.

О технологическом уровне вооружения иранской армии можно судить по новейшим образцам авиационной, бронетанковой и военно-морской техники. Не вдаваясь в подробности анализа каждого из образцов, можно констатировать, что в этом отношении она уступает китайской, а от наиболее развитых стран отстает на одно-два поколения. Поэтому трудно предполагать, что иранские ЗРК могут сравняться с российскими или американскими. Новейшие иранские ЗРК, надо думать, отстают от наших минимум на поколение, то есть могут соответствовать тем образцам, которые были созданы в нашей стране в конце 80-х – начале 90-х годов.

Иранская высокотехнологическая промышленность – и военная, и гражданская – еще только формируется. По отдельным направлениям результаты впечатляющие. Например, в обогащении урана Иран вышел на мировой уровень. Однако по ряду направлений, важных для производства ЗРК, данных об иранских успехах не имеется. Так, например, неизвестно о прорывах в производстве материалов, обладающих специфическими экстремальными свойствами. Иран вынужден закупать и иностранную радиоэлектронику. Похоже, он отстает и в области программного обеспечения. Судя по материалам иностранной печати, нет значимых достижений и в части создания высокоэнергетических твердых ракетных топлив. Можно предполагать, что фазированные антенные решетки РЛС иранских ЗРК вряд ли серьезно отличаются от имеющихся иностранных образцов. Вероятно также, что, не имея возможности полностью вскрыть алгоритмы работы и существо аппаратной части РЛС, полученных из-за рубежа, иранцы могут создать свои образцы с несколько худшими параметрами. Напрашивается вывод: зенитные управляемые ракеты (ЗУР) могут иметь меньшие показатели по предельным перегрузкам, больший вес при той же дальности, что и передовые иностранные образцы, уступают в помехозащищенности при меньшей дальности захвата цели ГСН и большей нижней границе зоны поражения.

В военно-техническом сотрудничестве Тегеран ориентируется в наибольшей степени на Пекин. Китайское оружие, в частности различные ЗРК, закупается уже более трех десятилетий. Однако следует отметить, что КНР поставляла в Иран достаточно устаревшие образцы. Например, новейшие многоканальные ЗРК большой дальности типа HQ-9 Тегеран не получил. То есть в научно-технологическом отношении Иран мало что мог перенять у Китая. История сотрудничества с Россией существенно короче, но намного плодотворнее. Именно от нас Иран получил мощные многоканальные ЗРК большой, средней и малой дальности, отвечающие современным требованиям. Надо полагать, что в основе новейших иранских разработок лежит российский концептуальный подход. Хотя на уровне соответствующих научно-технических школ это просто не успело сказаться.

Как можно судить по материалам открытой печати, разработка новейших ЗРК шла достаточно высокими темпами. Так, в частности, от момента первого сообщения в 2012 году о начале создания ЗРК «Бавар-373» до принятия комплекса на вооружение прошло менее семи лет. Это означает, что значительного количества качественно новых технических и программных решений в данном комплексе быть не может.

Конкурировать с С-300 рано

Оценим вероятные значения неизвестных параметров и боевые возможности новейших иранских ЗРК. Остановимся на «Бавар-373» и «Хордад-15».

Оба эти комплекса, судя по информации СМИ, имеют полуактивную систему наведения ЗУР, а значит, стрельба возможна только в пределах радиогоризонта, то есть по целям, которые непосредственно наблюдаемы. Предельная дальность будет ограничиваться не только энергетикой ракет и РЛС, но и высотой полета целей, а также рельефом местности. Иранские военные говорят о 200 и 120 километрах соответственно. Очевидно, что по этому показателю «Бавар-373» никак не лучше нашего С-300ПМУ2, но превосходит С-300ПМУ1 с его 150 километрами. Однако эта дальность может быть в полной мере реализована только по целям, идущим на больших или средних высотах. На малых вступает в действие фактор радиогоризонта, а также минимальной высоты поражения целей. У наших С-300ПМУ2 и С-300ПМУ1, судя по данным открытых источников, нижняя граница поражаемых целей на уровне 10 метров. Надо заметить, что этот показатель определяется особенностями обработки сигнала на РЛС комплекса и ГСН ЗУР, траекторией полета ракеты, а также параметрами луча подсветки целей. Для достижения малых значений показателя требуется иметь основательную научно-техническую базу. Пока таковая у Ирана существенно слабее той, которую имела Россия в период создания ЗРС С-300ПМУ2. Это дает основания полагать, что нижняя граница поражения ЗРК «Бавар-373» и «Хордад-15» выше, чем у российского аналога и составляет 30–40 метров – близко к показателям американского ЗРК «Хок», давно имеющегося у Исламской Республики. Соответственно максимальная дальность поражения маловысотных целей, подобных КР «Томагавк», будет существенно меньше, чем у нашего комплекса. Ее можно оценить в 30–40 километров.

Верхняя граница зоны поражения заявлена в 27 километров. В принципе каких-либо веских оснований не доверять этим данным нет – она определяется энергетикой ракет и РЛС, а также аэродинамикой ЗУР, способностью маневрировать в указанных слоях атмосферы. Похоже, здесь у «Бавар-373» и «Хордад-15» все в порядке.

Важный показатель современных ЗРК большой дальности – возможность поражения баллистических целей. В отношении «Бавар-373» она заявлена. Однако параметры зоны поражения и предельные скорости баллистических целей не приводятся. Российский аналог – С-300ПМУ2, судя по данным открытой печати, имеет максимальную дальность и высоту поражения таких целей 40 и 25 километров соответственно. Аналогичные показатели приводятся и для С-300ПМУ1. Поэтому можно вполне предположить, что иранский «Бавар-373» имеет те же возможности.

Максимальная скорость перехватываемых целей. Для российских комплексов С-300ПМУ2 приводится цифра 2800 метров в секунду. Очевидно, речь идет о баллистических ракетах. Данных о предельной скорости маневрирующих аэродинамических целей нет. Поэтому логично обратиться к американскому корабельному ЗРК с системой управления «Иджис», который может перехватывать их при скоростях до 700 метров в секунду. Ограничителями выступают параметры луча подсветки цели, максимальная дальность ее захвата ГСН ЗУР, мощность боевой части и характеристики взрывателя, а также предельная перегрузка ЗУР. Достичь высоких значений этих показателей можно только с опорой на мощный технический потенциал и развитые научные школы не только военного направления. Иран пока не имеет ни первого, ни второго. Он может использовать наработки других стран, реализованные в поставленных ЗРК, и получить какие-либо технологии из КНР. Но Китай сам еще не достиг уровня России и США в этом отношении, а имеющиеся у Ирана ЗРК, даже самые современные, выполнены в экспортном варианте. Кроме того, даже располагая образцом, далеко не каждый может его повторить. Например, Китай уже давно имеет наш двигатель для Су-27, однако сделать его аналог с такими же показателями ресурса не получается. Поэтому можно утверждать, что предельная скорость перехватываемых баллистических и аэродинамических целей обоими иранскими комплексами существенно меньше, чем у российских аналогов. И если согласно открытым данным С-300ПМУ2 может успешно бороться с ракетами оперативно-тактического и даже среднего радиуса действия, то иранский «Бавар-373» надежно перехватывает только тактические ракеты и близкие к ним по дальности стрельбы оперативно-тактические.

Один из ключевых показателей комплекса – вероятность перехвата воздушных целей. Этот показатель определяется многими характеристиками ЗРК и его ЗУР. И он в наибольшей степени зависим от технологического уровня страны. Вероятность поражения одной ракетой маневрирующей аэродинамической цели для обоих иранских комплексов объявлена равной 0,9. Однако это показатель скорее всего для идеальных условий. В реальности – не более 0,6–0,8, что тоже вполне прилично. Для маловысотной цели типа КР «Томагавк» вероятность поражения по аналогии с ЗРК других стран существенно меньше – от 0,3 до 0,5. Вероятность поражения баллистической цели вряд ли превысит ту, которая была продемонстрирована американским ЗРК «Пэтриот» в ходе «Бури в пустыне» – 0,25–0,4.

О помехозащищенности комплекса. Ее показателем выступает вероятность поражения целей в условиях помех. Эти данные всеми странами обычно строго засекречены даже применительно к старым комплексам. Однако можно воспользоваться историческими данными. Судя по ним, если против комплекса не работают эффективные средства РЭБ, он способен реализовать почти полигонную вероятность поражения целей. В частности, именно так было в ходе войны во Вьетнаме в начальный период применения ЗРК С-75, а также при внезапном для Израиля появлении у Сирии ЗРК «Квадрат» в 1967 году. Тогда расход ЗУР на одну цель колебался в пределах одна – три. Однако с созданием эффективных средств РЭБ и разработкой способов уклонения самолетов от ЗУР расход ракет на одну цель возрос почти до десятка. Технологическое отставание Ирана предопределяет относительно низкую помехозащищенность даже этих новейших ЗРК. Поэтому можно предположить, что вероятность поражения целей обоими рассматриваемыми комплексами в условиях помех составит от 5–6 до 8–9. По этому показателю отставание от российских аналогов весьма существенно.

Констатируем, что иранские ЗРК «Бавар-373» и «Хордад-15», безусловно, – серьезный военно-технологический прорыв, выводящий Иран на передовые позиции в развитии этих систем вооружения. Однако говорить о том, что ему удалось достичь показателей нашего С-300ПМУ2, преждевременно. Тем не менее есть основания прогнозировать, что через десяток-полтора лет Иран создаст ЗРК, отвечающий лучшим мировым стандартам, догнав в этом отношении как минимум Китай.

Константин Сивков,
заместитель президента РАРАН по информационной политике, доктор военных наук

Опубликовано в выпуске № 38 (801) за 1 октября 2019 года

Loading...
Загрузка...

 

 

  • Past:
  • 3 дня
  • Неделя
  • Месяц
Loading...