Версия для печати

Павел Ротмистров и его «Стальная гвардия»

Маршал мечтал стать профессором
Катрич Наталья

Портфель Героя Советского Союза Павла Ротмистрова принес в Музей Победы Андрей Кузнецов, родственник полковника Александра Баркова, служившего адъютантом Главного маршала бронетанковых войск.

Именно этот портфель, возможно, был в руках у генерала Ротмистрова, когда он в середине февраля 1943 года летел на доклад в Ставку Верховного главнокомандующего. Тогда обсуждался непростой вопрос о формировании и реорганизации танковых армий. Как писал впоследствии сам Ротмистров, опыт боевых действий ТА смешанного состава показал, что управлять ими весьма сложно, особенно в наступлении. Танковые, пехотные и кавалерийские соединения резко отличались степенью маневренности.

Из кабинета Сталина комкор Ротмистров вышел командующим танковой армией

У боевого генерала была своя точка зрения на этот вопрос: для успеха прорыва бронетехники на большую глубину в наступательных операциях войска фронта должны иметь высокоманевренные, обладающие большой ударной силой танковые соединения и объединения. Но, как говорится, были в этом вопросе нюансы, о которых Ротмистров и летел доложить Сталину. На докладе Верховный главнокомандующий спросил, почему командир 3-го гвардейского танкового корпуса считает, что танкистам не нужны пехотные соединения. Ответ был готов: потому что при наступлении стрелковые дивизии отстают от танковых корпусов, нарушается взаимодействие. Пехота нужна, но моторизованная, поэтому, заявил Ротмистров, требуются не стрелковые, а мотострелковые части: «Считаю, что танковая армия должна быть таковой не по названию, а по составу. Наилучшим ее организационным построением было бы два танковых и один механизированный корпус, а также несколько полков противотанковой артиллерии. Кроме того, следует обеспечить подвижность штабов и надежную радиосвязь между ними, частями и соединениями». Обсуждение затянулось на два часа. Из кабинета Ротмистров вышел с новым назначением – командующим одной из формирующихся танковых армий.

…Он знал карьерные взлеты и падения. Командовал взводом и ротой, был замкомполка в Ленинградском военном округе. В 1931 году окончил Военную академию имени Фрунзе, служил в Забайкалье и Приморье. В октябре 1937-го отозван с Дальнего Востока и назначен преподавателем тактики в Военной академии механизации и моторизации РККА им. И. В. Сталина.

В 1939 году по облыжному обвинению в связях с «врагами народа» исключен из партии и отстранен от должности, что по тем временам сулило большие неприятности. Однако через несколько месяцев КПК при ЦК ВКП(б), рассмотрев жалобу Ротмистрова, восстановила его в партии. Через год он защитил диссертацию по применению танков на войне и получил степень кандидата военных наук.

Начало 1940-го подполковник Ротмистров встретил командиром резервной группы Северо-Западного фронта. Чтобы получить боевой опыт, попросил направить его в войска командиром танкового батальона. Участвовал в прорыве линии Маннергейма, воевал под Выборгом. Награжден орденом Красной Звезды. Вскоре получил назначение начальником штаба 35-й легкой танковой бригады.

Войну встретил командиром танкового корпуса, дислоцированного в Каунасе. Участвовал в приграничных боях. Более двух месяцев с группой офицеров выходил из окружения лесами Литвы, Белоруссии и Брянщины.

Командуя 8-й бригадой в составе танкового полка и мотострелкового батальона, участвовал в контрнаступлении под Москвой, освобождал Клин, сражался под Ржевом. В январе 1942-го бригаде за массовый героизм вручили гвардейское знамя, командира наградили орденом Ленина.

Участвовал в обороне Сталинграда, битве на Курской дуге, Корсунь-Шевченковской операции, где его танкисты замкнули кольцо окружения вражеской группировки и семь суток гвардейцы-танкисты отбивали отчаянные атаки противника на внешнем контуре, не позволив разомкнуть котел.

Генерал мало походил на лихого командира. Писатель Алексей Толстой, захотевший поговорить с Ротмистровым после того, как прочитал в «Красной звезде» очерк о нем, при встрече сразу сказал Павлу Алексеевичу, что представлял его иначе: мол, есть в облике генерала нечто профессорское, на что тот ответил: «Кабы не война, то, может, и стал бы профессором».

В феврале 1944 года Павлу Алексеевичу Ротмистрову присвоили звание маршала бронетанковых войск.

Он стал-таки профессором, занимался научной и преподавательской деятельностью. В 1953-м окончил ВА ГШ и через пять лет возглавил Военную академию бронетанковых войск. Написал несколько книг воспоминаний о войне: «Время и танки», «Танки на войне», «Танковое сражение под Прохоровкой», «Стальная гвардия».

Наталья Катрич,
ведущий специалист по связям с общественностью Музея Победы

Опубликовано в выпуске № 43 (806) за 5 ноября 2019 года

Loading...
Загрузка...

 

 

  • Past:
  • 3 дня
  • Неделя
  • Месяц
Loading...