Версия для печати

Смертельный враг эсеров

Подпольные боевые организации планировали похищение Николая II
Илющенко Роман

Служба в правоохранительных органах всегда была «опасна и трудна». Сегодня об этом напомнила серия убийств сотрудников СК, МВД, прокуратуры. Однако в истории были периоды массового террора против стражей правопорядка.

О размахе деятельности радикалов в годы первой русской революции можно судить по планам, зревшим в подпольных штабах. Замышлялись похищение самого Николая II из Петергофа или захват нескольких великих князей в заложники для последующего торга с властями. Единственной преградой на пути боевиков становились полицейские и жандармы, которые часто расплачивались за это своими жизнями. С октября 1905-го по декабрь 1907 года были убиты и ранены почти 4500 сотрудников правоохранительных органов, солдат, офицеров, госслужащих. Это оценка знатока вопроса, известного историка Анны Гейсман. Вместе с 2180 убитыми и 2530 ранеными частными лицами общее число жертв террора в 1905–1907 годах превышает девять тысяч человек. C января 1908-го по середину мая 1910-го совершено еще 19 957 насильственных противоправных действий террористического характера, в результате которых убиты 732 должностных лица и 3051 частное.

По примерным подсчетам в эти страшные годы, называемые в советской исторической литературе царской реакцией на революцию, не было дня, чтобы от бомбы или ножа, пули или топора не погиб, исполняя служебный долг, верный слуга Отечества или просто неравнодушный человек с твердой гражданской позицией, оказавшийся на пути государственных преступников. Часто жертвами террора становились случайные прохожие.

Конкурс, устроенный жизнью

В декабре этого года будет 110 лет со дня трагической гибели начальника Санкт-Петербургского охранного отделения полковника отдельного корпуса жандармов Сергея Карпова.

Привести приговор в исполнение Петров решил весьма оригинальным по тем временам способом

Родился он в Полтавской губернии в 1864 году в незнатной дворянской семье. Образование получил, как это было принято тогда в таком кругу, в кадетском корпусе, по окончании которого поступил в III Александровское военное училище. Окончивший его по первому разряду, подпоручик Карпов назначается в расквартированный в Киеве 131-й пехотный Тираспольский полк.

И при недюжинных способностях, тяготясь гарнизонной рутиной, начинает усердно готовиться к поступлению в Николаевскую академию Генерального штаба, бывшую пределом мечтаний всех амбициозных офицеров, поскольку открывала большие возможности, в том числе для перевода в гвардию. Однако несмотря на благополучно сданные в 1893 году экзамены, Карпов не прошел по конкурсу.

Это, очевидно, подвигло его на перевод в другую силовую структуру, где служить было не только интереснее, но и престижнее. Полгода спустя штабс-капитан Карпов уже числится в отдельном корпусе жандармов, где скоро завоевал авторитет как весьма опытный офицер с природными навыками розыска государственных преступников.

Карьера в новом качестве началась в Донском губернском жандармском управлении (ГЖУ), где он стал адъютантом начальника управления. О специфике службы рассказал в воспоминаниях жандармский генерал Александр Спиридович. Она требовала не столько безукоризненной исполнительности, сколько оперативности. На адъютантов часто возлагались обязанности начальника штаба при шефе. Амбициозный штабс-капитан вполне соответствовал этим функциям.

Но вместо, казалось бы, открывавшихся перспектив в ГЖУ его перевели на должность начальника Екатеринбургско-Челябинского отделения жандармского полицейского управления (ЖПУ), отвечавшего за безопасность на железной дороге. На некоторое время Карпов стал, если прибегнуть к жаргону нынешних полицейских, «транспортником». С этой вполне соответствующей его уровню профессионализма должности его переместили на равнозначную – он стал начальником Брянского отделения Виндавского ЖПУ.

Но достаточно беззаботная, хотя и высокая должность в «транспортной полиции» не прельщала, Карпов рвался «на землю». И в 1903 году он становится помощником начальника Донского ГЖУ, которое размещалось в Ростове-на-Дону. Ситуация в стране, подогреваемая извне, уже заметно накалялась, и у Карпова появилась прекрасная возможность реализовать свои способности в борьбе с революционной крамолой.

Смертельный враг эсеров

Свобода избиения городовых

Перед его назначением в Ростов здесь прошла организованная социал-демократами массовая стачка железнодорожных рабочих, быстро переросшая в политическую акцию протеста, завершившуюся кровопролитием. А два года спустя в городе вновь вспыхнули спровоцированные теми же силами беспорядки. Масла в огонь подлила публикация царского манифеста от 17 октября о даровании народу свобод.

Этим быстро воспользовались «профессиональные революционеры». Они вывели на улицы города до 10 тысяч человек с требованиями немедленной реализации свобод. Начались избиения пытавшихся воспрепятствовать толпе городовых, подверглись нападению городская тюрьма и полицейские участки, откуда силой были освобождены несколько задержанных накануне демонстрантов.

По призыву городских властей и обер-полицмейстера Ростова генерал-майора Коцебу фон Пильхау для сдерживания разъяренной толпы и поддержания правопорядка стали формироваться народные дружины и отряды самообороны. Совместно с казаками, полицейскими и жандармами, которых и возглавил Карпов (войска гарнизона перешли на сторону бунтовщиков), им удалось пресечь беспорядки.

К сожалению, ситуация вскоре вышла из-под контроля властей и переросла в бытовой еврейский погром (из-за значительного участия евреев в антиправительственной демонстрации). В ходе массовых беспорядков погибли 40, получили ранения 160 человек. Зачинщики и активисты противоправных действий были установлены, задержаны и вскоре предстали перед судом.

Расстрельный пост

С приходом к власти Николая II в начале 1900-х в Департаменте полиции (ДП) МВД прошли реформы, затронувшие основы политического сыска. В частности, была усилена роль местных отделений по охранению общественной безопасности и порядка, проще – охранных отделений (ОО), которым от ГЖУ почти полностью передавались функции политического сыска. Это внесло определенный раскол между силовиками и сыграло печальную роль в дальнейших событиях.

Но Карпову перемены позволили подняться на очередную ступень карьеры. С 1907 года он возглавил ОО в Ростове-на-Дону, куда взял с собой наиболее ценные кадры из Донского ГЖУ. Новому руководителю удалось довести до ума начатую предшественниками работу по выявлению и ликвидации подпольных революционных организаций, спад активности которых истосковавшиеся по порядку горожане ощутили очень скоро.

Судя по всему, его деятельность была замечена в столице, и Карпову предложили очередное повышение. С апреля 1909-го он занял должность начальника ОО ДП МВД в Санкт-Петербурге, сменив на этом посту жандармского полковника Александра Герасимова, который погорел на разоблаченном журналистами двойном агенте Евно Азефе.

Полковник Карпов не отказался от работы с агентурой, прекрасно понимая ее роль в борьбе с революционным подпольем. Наоборот, уделял секретным сотрудникам большое внимание.

По долгу службы полковник не только руководил работой столичной охранки, но и расследовал ряд особо опасных преступлений. Он искоренял крамолу добросовестно и скрупулезно, поспособствовав отправке на виселицу или каторгу не одного террориста. Этим вызвал ответную реакцию боевой организации эсеров, которые (что обычно для их практики) вынесли Карпову смертный приговор.

Провода террора

По роковому совпадению приговор привел в исполнение очередной двойной агент – эсер Александр Петров, завербованный как раз Герасимовым. О связях боевика с полицией стало известно товарищам по партии, что влекло за собой его ликвидацию, и тот, дабы реабилитировать себя, согласился убить начальника питерской охранки.

Сделать это Петров решил весьма оригинальным по тем временам способом, получившим в дальнейшем широкое распространение. Сняв квартиру в одном из доходных домов, он, скрываясь под фамилией Воскресенский, протянул туда модную тогда электропроводку якобы с целью иметь отдельный звонок. Позже на эту квартиру он пригласил для секретной встречи нового начальника петербургской охранки. Доверявший агенту Карпов с адъютантом вечером 8 декабря 1909 года прибыл по указанному адресу.

Официальная версия звучит так: «Около 23.00 Петров-Воскресенский вышел из квартиры по парадному входу и подошел к месту, где им была устроена кнопка, соединенная с вращающимся рычажком, играющим роль коммутатора, от которого шли провода к электрической батарее, проложенной вдоль коридора, через спальню, затем по стене гостиной, опускавшиеся там подоконником и заканчивавшиеся в диване, на котором и находился Карпов. В 23.04 прогремел взрыв. После взрыва Петров был задержан городовым и дворниками».

Карпову едва исполнилось 45 лет. На месте взрыва были обнаружены разметанные по всей квартире останки убитого, которого не сразу смогли опознать.

Эта потеря серьезно ослабила позиции столичной полиции в борьбе с террором. Похоронили жандармского полковника на Никольском кладбище Александро-Невской лавры в присутствии городских властей и высших чинов ДП МВД. На гроб было возложено множество венков: от председателя Совета министров, градоначальника, сослуживцев из разных городов России, правых членов Государственной думы. Подводя итог столь короткой жизни, незаметной для обывателя, но наполненной высоким смыслом служения Родине, товарищ министра внутренних дел генерал-майор Павел Курлов в прощальном слове над гробом покойного сказал: «Мы потеряли дорогого товарища, человека кристально чистого и высокочестного, запечатлевшего своей смертью служение престолу и Отечеству. Отдельный корпус жандармов будет всегда гордиться таким беззаветным исполнителем долга. Земной поклон безвременно погибшему полковнику Сергею Георгиевичу Карпову, которого все искренне любили и глубоко уважали».

Помнят ли его сегодня? Хочется надеяться, что да.

Роман Илющенко,
подполковник запаса, ветеран МВД

Опубликовано в выпуске № 46 (809) за 26 ноября 2019 года

Loading...
Загрузка...

 

 

  • Past:
  • 3 дня
  • Неделя
  • Месяц
Loading...