Версия для печати

Берия принял ангела смерти за фельдъегеря

Не надо было мешать водку с домашним вином
Вернадский Владимир
Фото: teatrarmii.ru

«Конец Берии» вкратце: герой подготовил смещение Хрущева, оно должно состояться на пленуме ЦК КПСС, с трибуны которого он, новый лидер страны, обратится к народу с покаянием и осуждением сталинских перегибов, но умирает – возможно, в постели с доставленной ему «для отдыха» Флорой, дочерью и сестрой репрессированных, или даже погибает от ее руки.

Сюжет пьесы Алексея Синяева построен на мифах о Лаврентии Палыче как любвеобильном палаче. В постановке Греты Шушчевичуте фольклорная основа акцентирована тем, что действие развивается на заднем плане картин народного художника Нико Пиросмани, а перед началом представления, когда идут титры (на грузинском языке), звучит отсылка к известной притче Тенгиза Абуладзе «Покаяние». Оперная ария в исполнении Берии (Кирилл Кириличев), с которой начинается спектакль на Экспериментальной сцене Центрального академического театра Российской армии, должна подсказать зрителю, что будет фарс, трагикомедия или, к примеру, как считает автор пьесы, философская сатира. Ожидания оправдываются без малого час, в течение которого развивается действие.

Охранники Берии играют отрезанными руками и ногами – вроде бы прямое указание на то, что в спектакле будут анатомировать власть

В сцене после арии охранники Берии играют отрезанными руками и ногами (убитого немца, как можно понять из разговора) – вроде бы прямое указание на то, что в спектакле будут анатомировать власть, вскрывать мотивы и причины. И все-таки этим приходится заниматься зрителю, вникая в события последнего дня жизни героя.

Берия обсуждает с Меркуловым меры нейтрализации Хрущева со товарищи и свежий номер «Правды», дает поручения своему телохранителю Саркисову, закусывает, мешает водку с домашним вином, доставленным самолетом (!), надо полагать – из Абхазии, получает и просматривает почту, жалуется на усталость, спит, ждет фельдъегеря, который может оказаться не тем, за кого себя выдает, и в этой суете примеривается к будущему с массовой амнистией, пятичасовым рабочим днем и вообще политикой в интересах народа. Двое охранников, наигравшись в анатомический театр, поют, аккомпанируя на гитарах, танцуют и просто прикалываются. К ним не прочь присоединиться Меркулов, но положение не позволяет совсем уж расслабиться. Гротесковость второстепенных образов нужна, вероятно, для того, чтобы подчеркнуть исключительность главного героя и трагизм его конца.

Наступает кульминация. Вместо фельдъегеря приходит ангел смерти, возможно, дух репрессированного Михаила Гайдаренко, у которого свои счеты с Берией. Хозяин и незваный гость садятся играть в шахматы – не на смерть, а на жизнь.

Берия уходит с политической сцены вследствие того, что проигрывает партию. Позднее его ошибку повторят «антипартийная группа», сам Хрущев, Шелепин с Семичастным… Они тоже проиграли, каждый в свое время, как Берия, сделавший ставку на народ и «своих сатрапов» (эти слова, звучащие в спектакле, надо понимать более широко – как верные министру внутренние войска), а следовало – на партию, точнее, ее аппарат, получивший в последние годы жизни Сталина почти абсолютную власть.

В итоге зритель вынужден пересмотреть отношение к спектаклю. Построенный на мифах, он исторически точен в выводе и важных деталях.

Флора уходит из дома Берии с букетом белых цветов, унося с собой тайну смерти всемогущего деятеля.

Опубликовано в выпуске № 49 (812) за 17 декабря 2019 года

Loading...
Загрузка...

 

 

  • Past:
  • 3 дня
  • Неделя
  • Месяц
Loading...