Версия для печати

Красный флаг над Красным морем

Мечта о военных базах в Эфиопии обошлась СССР в 10 миллиардов долларов
Балиев Алексей

Абсурдность навязывания советской модели социализма наиболее наглядно проявилась в Эфиопии, от которой в последние годы существования промосковского режима в Аддис-Абебе отделилась приморская Эритрея.

Советско-эфиопские дружеские связи и доверительные отношения правившего в 1931–1974 годах императора Хайле Селассие (1892–1975) со Сталиным, Хрущевым и Брежневым были принесены в жертву геополитическим амбициям Кремля («Награжденный и преданный»/«Вождь чернокожих с орденом Суворова»). Стране навязывалась не только модель социализма, калькированная с СССР, но даже неистовая борьба с православием – официальной религией Эфиопии со времени основания ее государственности (в начале XII века).

Скорее всего такая линия проводилась намеренно, чтобы максимально дискредитировать как внешнюю политику СССР, так и послесталинский вариант коммунистической идеологии.

События на Африканском Роге со второй половины 70-х до середины 80-х годов и доступные документы показывают, что в Кремле были одержимы абсурдной идеей создать в регионе нечто вроде просоветской конфедерации. Москва пыталась играть на известных противоречиях между Эфиопией и Сомали, но в результате столь провокационной политики потеряла и ту, и другую. С начала – середины 90-х там царят хаос и трайбализм при фактическом распаде государственности («Социализм в Сомали – покупателям «Березки»).

Свыше 150 объектов промышленности, энергетики, транспорта, АПК, здравоохранения, образования и науки, созданных в Эфиопии за счет финансовых и других материальных ресурсов СССР в 1975–1986 годах, были брошены на произвол судьбы. По современным меркам это канувшие в небытие десять с лишним миллиардов долларов, из коих не менее восьми миллиардов – безвозмездная помощь.

Верующим отказывали в продовольственных карточках, их могли уволить с работы и даже убить

Едва ли не главной причиной инспирированного КГБ свержения монархического режима, несмотря на его дружественные отношения с Москвой, был отказ Хайле Селассие предоставить ВМФ СССР в долгосрочную аренду красноморские базы в Массауса или Асэбе, что в экс-итальянской Эритрее, воссоединенной с Эфиопией с марта 1952 года. Император опасался, что советские ВМБ простимулируют отделение региона и страна снова окажется без выхода к морю. Косвенной демонстрацией несогласия Аддис-Абебы с «базовыми» просьбами Москвы стало решение Селассие упразднить автономный статус Эритреи с декабря 1962 года. Это в итоге привело к усилению сепаратизма и завершилось провозглашением независимости в 1993-м.

Есть данные, что в 60-е – начале 70-х годов сепаратистов поддерживала Москва, чтобы принудить императора к постоянному базированию советского ВМФ. Но упомянутый проект просоветской сомалийско-эфиопской конфедерации открывал для Москвы, как ей казалось, более значимые перспективы, поэтому свержение с советским участием эфиопской монархии в 1974-м сочеталось с выбором Москвой военных баз в Сомали (Бербера и Харгейса).

Характерны оценки известного британского политолога-африканиста Тобиаса Руппрехта, профессора университета Эксетер (Корнуолл): «Отношения с СССР укрепились, только когда левые радикалы, группировавшиеся вокруг подполковника Менгисту Хайле Мариама, расчистили себе (в 1975 году. – А. Б.) путь к власти. Когда в 1977-м Мариам установил абсолютную власть в стране, он уже имел полную поддержку Кремля».

Что касается внутренней политики Мариама, она усиливала гражданскую войну и трайбализм, но не вызывала противодействия со стороны Москвы. Так, «площадь Креста в столице стала площадью Революции, а в государственных школах уроки морали заменили на марксизм-ленинизм в его послесталинской интерпретации. Преследования верующих едва не достигли уровня советских 20-х: многие эфиопские монастыри и храмы стали музеями, религиозная литература и церковные владения были конфискованы. Верующим отказывали в продовольственных карточках, их могли уволить с работы и даже убить».

Госсобственность в стране была объявлена единственно возможной (кроме считаных мелких хозяйств и объектов), насаждались коммуны, представлявшие собой «колхозно-китайский» симбиоз. Наряду с повсеместным террором в отношении инакомыслящих и «людей, потенциально опасных для социализма», как заявлял Мариам, в стране в 1984-м учредили и провозгласили единственно правящей Рабочую партию советского образца. Но по факту существовала она лишь шесть лет в виде заявлений, постановлений и торжественных мероприятий.

Тем временем «Кремль подписал секретное военное соглашение с Мариамом в мае 1977 года. Но вскоре в Тигре, Эритрее и эфиопской части Огадена (в целом почти 40 процентов территории страны. – А. Б.) вспыхнули восстания оппозиции и этноконфессиональных меньшинств. Режим Мариама оказался на грани краха, когда летом 1977 года сомалийская армия, оснащенная советским оружием, напала на Эфиопию. Кремль перестал поддерживать Могадишо и начал широкомасштабную военную помощь Аддис-Абебе».

СССР командировал в Эфиопию свыше 800 советников, «по воздушному мосту (через просоветский в 70–80-х Южный Йемен. – А. Б.) поставил оружия примерно на миллиард долларов. Куба направила почти 12 тысяч солдат и 6000 советников. Поддерживать эфиопскую армию прибыл даже батальон из Южного Йемена. Эфиопии удалось остановить наступление, а вскоре сомалийцы потерпели поражение».

Генерал-лейтенант Петр Чаплыгин, главный советский военный советник Менгисту Хайле Мариама (в 70-х – начале 80-х), вспоминал: «Нам поставили три задачи: спасти социалистическую революцию, сохранить целостность государства и традиционную дружбу между нашими странами». Но к середине 80-х годов уже было очевидно: сугубо военными средствами эти задачи в полном объеме нерешаемы. Тем более что соседнее Сомали стало главным форпостом противодействия Запада и Пекина Москве по всей Восточной Африке.

Британский эксперт уточняет, что в 70-х – середине 80-х годов «спецслужбы ГДР и северокорейские военные отправляли в Эфиопию консультантов (такую же помощь КНДР с КНР оказывали Сомали до конца 90-х. – А. Б.). Официальные советско-эфиопские договоры о помощи и сотрудничестве были подписаны в 1978 году, крупные проекты в области промышленности, образования и сельского хозяйства реализованы при содействии СССР. Так, в Мелка Вакена (р. Голубой Нил) была построена крупнейшая ГЭС в Восточной Африке».

Прекращение советской поддержки в 1988 году привело к краху эфиопского режима. С июня 1991-го Мариам укрывается в Зимбабве. 11 января 2007 года Верховный суд Эфиопии заочно приговорил его к пожизненному заключению. Но Генпрокуратура обжаловала решение. 26 мая 2008-го Верховный суд Эфиопии отменил прежний вердикт, приговорив Менгисту Хайле Мариама (заочно) и 18 его соратников к смертной казни через повешение. В 2017 году Международный суд в Гааге заменил высшую меру пожизненным заключением. Но будут ли реализованы эти решения – вопрос прежде всего геополитический.

В начале 2000-х РФ списала 4,9 миллиарда из официально признанного Москвой эфиопского долга шесть миллиардов долларов перед СССР/РФ. Оставшаяся сумма была реструктурирована и фактически тоже списана после 2007 года. Закупки российского вооружения – главное условие такого подхода Москвы к долгам бывших стран социалистической ориентации.

Алексей Балиев,
политолог

Опубликовано в выпуске № 8 (821) за 3 марта 2020 года

Loading...
Загрузка...

 

 

  • Past:
  • 3 дня
  • Неделя
  • Месяц