Версия для печати

Фильм «Волынь»: Как польский солдат предал своих товарищей

Они выли, умирая в муках, но Мацей Скиба так и не выстрелил
Купинов Максим

Художественный фильм «Волынь» польского режиссера Войцеха Смажовского вполне резонно принято рассматривать, прежде всего, в свете польско-украинских отношений. Истребление объявленными ныне «героями» Незалежной мирного польского населения в фильме показано чрезвычайно доходчиво.

Но есть в картине сцена, которая кое-что позволяет понять и относительно нынешней польской «войны» с памятниками красноармейцам-освободителям.


После разгрома польской армии ее солдаты расходятся по домам. Мацей Скиба (муж главной героини Зоси Гловацкой) и три его товарища решили заночевать, костер развели. Мацей Скиба спал где-то поодаль от костра, где остались его спутники. Разбудили его выстрелы и крики: «Вы кто такие? Паны, что ли»? Расправы националистически настроенных западноукраинцев над солдатами польской армии были частым явлением в сентябре 1939 года на Западной Украине.


Потом началось неторопливое умерщвление  взятых  врасплох трех поляков. Выл у костра один из них, которому руку отрезали, ждали  своей очереди остальные. А  четвертый – незамеченный нападавшими Мацей Скиба, слышавший и видевший, что происходит, так и не попытался помочь своим товарищам.


А ведь находившиеся у костра убийцы польских солдат были хорошо освещены и представляли собой прекрасную мишень для Скибы, у которого была винтовка. Разглядеть его им от костра было сложно. Может быть, достаточно было бы одного единственного выстрела, пусть и в белый свет, как в копеечку, чтобы они разбежались? Ведь это не эсэсовцы из дивизии «Викинг», а галицийская придорожная шпана.

Или, по крайней мере, кто-то из обреченных поляков мог бы убежать, воспользовавшись неизбежной в такой ситуации суматохой.
Но Мацей Скиба не стрелял, просто затаился. С рассветом с винтовкой в руке подошел к уже потухшему костру. Хоронить тела товарищей не стал, захватил, хозяйственный человек, вещмешок, да и пошел себе домой. 


Причем никаких моральных терзаний у Скибы по этому поводу в дальнейшем не наблюдается, никаких ночных страданий типа «что я наделал, нет мне, окаянному, прощения». Менталитет не тот, стереотип поведения вполне себе европейский. Никаких варварских глупостей типа «сам погибай, товарища выручай». Сейчас, разбежался погибать, когда до родного хозяйства добраться надо.
А через несколько лет настала очередь Скибы. Поехал за покупками, очень зерно и засовы понадобились. Да, видно, бандеровцев повстречал. Останки его в ведре уместились.


Сколько же таких персонажей у поляков в реальности было и сейчас есть, если один из них по воле режиссера  кинематографическим персонажем сделался. Распространенный, надо полагать, типаж, легко узнаваемый.


Вот теперь современный Мацей Скиба с памятниками советским воинам и борется, следуя по «европейскому пути». Люди, пусть и павшие смертью храбрых еще в прошедшем веке, ему глубоко ненавистны. Уж очень они на Скибу непохожи…


Максим Купинов

Loading...
Загрузка...

 

 

  • Past:
  • 3 дня
  • Неделя
  • Месяц