Версия для печати

Бойцы новой эры

Искусство необычной и непривычной многим войны
Калашников Максим
Фото: google.com

Развитие ракетно-ядерных потенциалов и невозможность создания непроницаемой ПРО сделали крайне маловероятным полномасштабное прямое столкновение великих держав. Но своеобразная мировая война все равно идет, и в ней бои ведутся в основном силами иррегулярных боевиков и отрядами спецназа.

Такая война требует особого искусства. Какого же?

Мир «специальной» войны

Отправным моментом в совершенствовании отечественной теории военного искусства в области специальных методов ведения войны, по нашему мнению, является признание нового, особого вида военных (боевых) действий – специальных действий как необходимой составной части современных войн и вооруженных конфликтов.

Мир войны спецназначения отличается от привычного военного искусства так же сильно, как флора и фауна кайнозоя (нынешней эпохи) от мира гигантских стрекоз – каменноугольного периода 300 миллионов лет назад. Где мы попадаем во влажные леса, кишащие огромными мокрицами. Здесь растут древовидные папоротники и еще нет ни одного цветкового растения, ни привычного нам дерева или травы. В войнах нового века нет атак танково-механизированных лавин. Горизонт не закрывают многочисленные «грибы» ядерных взрывов. Не гремят «правильные» канонады артподготовок и в небе не носятся тысячи реактивных истребителей-бомбардировщиков. Здесь войну ведут небольшие отряды иррегуляров и спецназовцев. В воздухе почти бесшумно реют разведывательные и ударные беспилотники-дроны. Другие БЛА, тихо гудя винтами, приносят отрядам лесных бойцов продовольствие и боеприпасы.

Во весь рост встает проблема создания русского спецназа именно как особого, полноценного рода Вооруженных сил. Способных играть не только вспомогательную, но и самостоятельную роль

Они выискивают боевиков и их схроны-крыивки, нанося меткие и разящие удары. Или же отряды бойцов-призраков, подобные древним разведчикам, обнаруживают важные цели и наводят на них бомбы и ракеты авиации, летающей в стратосфере. И тогда смерть обрушивается на врага на сверх- и гиперзвуке молниеносно и бесшумно. Древнейшие формы войны с их налетами, засадами и ловушками совмещаются с хирургическим применением высокоточного оружия с искусственным интеллектом.

В этих войнах нет благородства: здесь важно уничтожить противника любыми способами, не стесняясь в хитростях. Здесь схватки идут в лесах и городских кварталах, здесь физическое совмещается с психическим, здесь чаще всего не берут пленных. И нападают из-за угла, ставят мины, подрывают самые жизнеобеспечивающие объекты.

Специальные действия (СД) – особый вид боевых действий, которые ведутся русскими Вооруженными силами в тылу врага или на территории, полностью или частично контролируемой противником специальными способами с целью подрыва его внутренней способности продолжать вооруженную борьбу. СД предпринимаются также на своей территории для противодействия специальным операциям (действиям) противника.

Да-да, и на своей территории иногда придется так воевать. Особенно если враг просочился на твою землю отрядами своих осназовцев и создал здесь отряды с участием внутренних врагов. Впрочем, такое ведь уже было: когда при Сталине шла борьба с иррегулярными бандами бандеровцев на западе Украины.

«Каждому рейдирующему отряду отыскать и ликвидировать определенную банду, состоящую на учете в органах НКВД и штабе соединения или части… Рейдирующий отряд снабдить радиостанцией, личному составу выдать необходимое количество боеприпасов и продовольствия. Обозами отряды не обременять…

Бойцы новой эры
БЛА «Фрегат»: чем не аналог По-2 для снабжения
партизан и спецназа? Фото: bastion-karpenko.ru

При обнаружении банды рейдирующий отряд преследует ее до полной ликвидации…

В каждом батальоне, полку или соединении иметь подвижный резерв (на машинах, на подводах, группы конников) для оказания содействия рейдирующему отряду при завязке боя с бандой…»

Такова директива начальника внутренних войск НКВД Украинского округа генерал-лейтенанта Марченко от 21 июля 1945 года. Перенесите это в новые реалии. Дополните картину дронами, вертолетами и гиропланами. Вместо подвод представьте шестиколесные вездеходы-роботы, перевозящие боезапас и снаряжение. Или БЛА, доставляющие все необходимое спецназу-рейдовикам.

Итак, к специальным действиям отнесем организованное применение на территории противника специальных формирований Вооруженных сил и других войск, партизанских и других дружественных иррегулярных вооруженных формирований ради нанесения ущерба войскам (силам) противника. Для подрыва его военного, экономического, духовного и других потенциалов, содействия применению группировок своих войск (сил). Сюда же запишем применение последних с целью борьбы с силами спецопераций иностранных армий, с диверсионными, террористическими и другими иррегулярными отрядами, ведущими вооруженную борьбу против Российской Федерации на ее территории и за ее пределами.

В мирное время СД выступают как особый вид деятельности Вооруженных сил. Они ведутся тайно или открыто для решения военно-политических, военно-стратегических, военно-экономических и других задач, которые невозможно или нецелесообразно решать посредством объявления и ведения войны. Они идут в ход, когда неудобно использовать обычные формы и способы применения военной силы. Это крайне деликатный, «хирургический» инструмент.

СД в тылу врага и на своей земле. Стратегический спецназ

СД в тылу противника могут вести:

  • формирования специального назначения, разведывательные и диверсионно-разведывательные органы стратегической, оперативной и тактической разведки, в том числе силы и средства психологической борьбы;
  • воздушные и морские десанты;
  • специальные формирования Федеральной службы безопасности, в том числе Пограничных войск;
  • партизанские и другие дружественные иррегулярные вооруженные формирования;
  • сводные формирования, образованные из соединений, частей и подразделений Вооруженных сил и других войск при их вынужденном нахождении в тылу противника и утрате способности к ведению обычных наступательных или оборонительных действий. То есть те, кто попал в окружениие, оказался отрезанным от своих войск.

Чтобы представить, о чем идет речь, вспомним то, как 4-е управление НКВД СССР забрасывало в немецкий тыл подготовленные группы профессионалов, которые становились ядрами партизанских отрядов и целых соединений. Или о том, как гитлеровцы смогли организовать чувствительный удар по нашим штабам и линиям связи накануне нападения 22 июня 1941 года, забросив в приграничье Советского Союза группы диверсантов абвера из полка «Бранденбург-800». Причем еще до того, как люфтваффе обрушилось на русские аэродромы на рассвете. Впрочем, аналогичные действия германского осназа отлично известны по майской кампании 1940-го в Бельгии, Голландии и Франции.

Во время битвы за Москву в конце 1941 года сталинское руководство с успехом пустило в ход небольшие диверсионные группы тогдашних ВДВ, выбрасывая их в тыл вермахта (об этом можно прочитать в замечательной книге Ивана Старчака «С неба в бой»).

У нас имеется опыт использования партизанских отрядов, созданных РККА под эгидой НВО – Нелегальной военной организации, каковые в 1921–1923 годах вели войну против панской Польши на ее территории. Кстати, опыт, который мог бы использоваться в случае с народными полевыми командирами Донбасса. Но Москва предпочла их просто ликвидировать.

Если брать другие примеры, то мы имеем опыт организации дружественных себе иррегулярных диверсионных формирований в Афганистане силами инструкторов КГБ (об этом можно почитать в воспоминаниях Эркебека Абдуллаева «Позывной – Кобра»). Легенда русского спецназа – Владимир Квачков выступал в роли создателей антиваххабитского ополчения Сангака Сафарова в Таджикистане в 1992–1993 годах. Соединенные Штаты в 60-е использовали зеленые береты ЦРУ для ведения СД против вьетнамских партизан, ликвидируя их активистов без суда и следствия, одновременно развертывая свою агентурную и боевую сеть.

А сейчас СД вообще могут приобрести стратегический размах. Как показал недавний «круглый стол» в Военной академии ГШ, враг планирует вести гибридную агрессию так: заранее вводить в тыл страны-жертвы свой спецназ, а затем вызывать в ней революцию, смуту и гражданскую войну. Используя свои ССО как ядра для создания повстанческих отрядов (Константин Сивков. «Троянский конь» как агрессия нового типа»). Так не надо рисковать опасной ядерной открытой войной с сильным противником.

Спецдействия же на своей территории по борьбе с вражеским спецназом, с диверсионными, террористическими, партизанскими и другими иррегулярными формированиями противника могут вести общевойсковые объединения, соединения и части Вооруженных сил в полном составе. Ну или частью своих сил и средств.

При ведении специальных партизанских или противопартизанских, повстанческих или противоповстанческих действий, как правило, отсутствует линия фронта. Нет постоянного рубежа соприкосновения с противником. В ход идут специальные формы и способы применения сил и средств. При этом враг уклоняется от открытого столкновения и не связывает свои действия с захватом или прочным удержанием местности. Обычно такие действия становятся составной частью специальных общевойсковых, совместных или самостоятельных спецопераций, но могут проводиться и вне их рамок.

По сути такой будет реальная война в условиях нынешнего глобального системного кризиса. Мировая, георелигиозная, гибридная. Битвы на руинах прежнего монополярного мира, что сложился после гибели СССР. Впрочем, в действиях Турции в Закавказье мы уже видим первые эпизоды такой жизненной, а не придуманной войны.

Воины засад и налетов

«Сражаться со своими врагами они любят в местах, поросших густым лесом, в теснинах, на обрывах; с выгодой для себя пользуются (засадами), внезапными атаками, хитростями и днем, и ночью, изобретая много (разнообразных) способов. Опытны они также и в переправе через реки, превосходя в этом отношении всех людей. Мужественно выдерживают они пребывание в воде, так что часто некоторые из числа остающихся дома, будучи застигнуты внезапным нападением, погружаются в пучину вод. При этом они держат во рту специально изготовленные большие, выдолбленные внутри камыши, доходящие до поверхности воды, а сами, лежа навзничь на дне (реки), дышат с помощью их: и это они могут проделывать в течение многих часов, так что совершенно нельзя догадаться об их присутствии. А если случится, что камыши бывают видимы снаружи, неопытные люди считают их за растущие в воде, лица же, знакомые (с этою уловкою) и распознающие камыш по его обрезу и (занимаемому им) положению, пронзают камышами глотки (лежащих) или вырывают камыши и тем самым заставляют (лежащих) вынырнуть из воды, так как они уже не в состоянии дольше оставаться в воде…»

Так восточный римлянин Маврикий описывал наших предков-антов в VI столетии от Рождества Христова. И он практически изобразил войну партизан и спецназа, их особое военное искусство. Войну засад и внезапных налетов. Обмана и хитрости.

И в самом деле, основными специальными способами выполнения задач в СД выступают, коли речь идет об операциях на территории противника:

  • засада (в том числе специальная противовоздушная);
  • налет (в том числе специальный воздушный);
  • рейд;
  • диверсия;
  • саботаж;
  • установка специальной оперативной техники на объектах противника;
  • внедрение закладок с разрушающим программным воздействием в компьютерные системы управления войсками и оружием;
  • наведение авиации на цели в тылу противника;
  • корректировка огня ракетных войск и артиллерии в тылу противника;
  • установка малогабаритных устройств радио- и радиоэлектронных помех в тылу противника;
  • допрос пленных и опрос местных жителей на территории врага;
  • специальные организационно-мобилизационные мероприятия по созданию партизанских и других иррегулярных вооруженных формирований;
  • скрытное распространение устной, печатной, аудио- и видеоинформации в тылу противника.

Такая практика хорошо известна по действиям наших партизан в гитлеровском тылу. Можно вспомнить, как они наводили бомбардировщики авиации дальнего действия на немецкие цели. Впрочем, тем же самым занимались и группы Сопротивления на Западе для британских стратегических бомбардировщиков во Второй мировой. А то, как норвежские партизаны смогли при поддержке британского Управления стратегических операций уничтожить завод по производству тяжелой воды в Рьюкане и тем самым сильно осложнить немцам создание атомного реактора, вошло во все учебники ССО.

В 1960 году в СССР готовились группы спецназа для заброски на территорию Турции (на самолетах Ан-2 через ущелья), каковые должны были скрытно обнаружить позиции американских «птичек» средней дальности «Тор» и «Аджена» (спутников еще не имелось) и по радио навести на них удары русских ракет. Надо сказать, что сегодня такие операции (партизаны или спецназ плюс авиация с высокоточным оружием и оперативно-тактические ракеты) стали, в общем, обыденностью. Ведь теперь для ведения таких СД имеются и спутниковые навигация со связью, и лазерная аппаратура для подсветки целей. Ну а в Афганистане в 80-е янки снабжали душманов данными своей спутниковой разведки и снайперским оружием для охоты на советские штабы и генералов.

В ту же войну мы столкнулись с тем, что партизаны с успехом используются и для противовоздушных операций. Например, для обстрелов наших аэродромов и уничтожения авиатехники и на земле, и на взлете (из ПЗРК типа «Стингер»).

А направление сие крайне перспективное. Силы спецназа и даже иррегулярных боевиков могут выводить из строя сложные комплексы ПВО, пуская в ход крупнокалиберные снайперские винтовки-дальнобои, малые ударные дроны и постановщики помех. Тем самым расчищая путь своим ВВС при ударах по врагу. Добавим сюда и возможность использовать малую авиацию, весьма малозаметную, при налетах на авиабазы неприятеля. Давайте вспомним, как во время корейской войны 1950–1953 годов наши союзники использовали легкие ночные бомбардировщики По-2 для нападения на базы американской реактивной авиации. Похожим способом применялась и легкомоторная авиация во время гражданской войны в Нигерии в 1970-м.

Если же СД идут на своей земле, то здесь применяются такие специальные способы:

  • засада;
  • налет;
  • рейд;
  • установка специальной оперативной техники на объектах и маршрутах передвижения формирований противника;
  • имитация различных элементов оперативного построения (боевых порядков), деятельности сил и средств;
  • открытое размещение в средствах массовой информации целенаправленно подготовленных информационных материалов.

Если же это происходит в мирное время, то к вышеперечисленному добавляются:

  • патрулирование, вооруженное наблюдение, проверка документов и грузов, а также другие способы для выполнения задач миротворческих действий и карантинных мероприятий;
  • захват, вывод из строя и осуществление временного вооруженного контроля за деятельностью объектов на территории иностранных государств, занимающихся враждебной деятельностью против России;
  • тайные поставки вооружения и техники в дружественные вооруженные формирования за рубежом;
  • нелегальная советническая деятельность;
  • специальная военная администрация в зонах вооруженных конфликтов.

Таковы те спецоперации, которые русским придется вести в реальных войнах века сего. В основном именно «неправильных» и неклассических, иррегулярных, на руинах прежнего миропорядка.

Чего нам не хватает?

Во весь рост встает проблема создания русского спецназа именно как особого, полноценного рода Вооруженных сил. Способных играть не только вспомогательную, но и самостоятельную роль.

То бишь Силам спецопераций потребны полноценные штаб и командование, собственные военные вузы и центры повышения квалификации, подобные знаменитым курсам усовершенствования оперативного состава (КУОС) в Советском Союзе. Одновременно тут нужна и своя наука, ибо отечественный осназ призван быть военно-научным полигоном грядущего. Ведь воинам скрытных операций нужно, например, особое оружие, отличающееся от общевойскового. Но только ли оно?

То же самое можно сказать о средствах связи, снаряжении и амуниции, об обмундировании, продовольствии (обогащенная и биологически активная пища). Вне всякого сомнения, должна быть и медицина особого назначения. А транспортные средства? Ведь «спецура» действует не только на суше, но и с моря, и с небес, и в самых разнообразных природно-географических условиях. Ото льдов Арктики и гор до влажных тропических лесов (а завтра операции могут проходить и на космических орбитах). То есть тут не обойтись без особой авиации, без своих надводных и подводных носителей, без вездеходов и роботов-«мулов», столь нужных в рейдах. Гамма БЛА-дронов для ССО – просто отдельная тема. Как, впрочем, и привычные самолеты с вертолетами. Ибо здесь потребны и большие реактивные машины, и легкомоторные самолеты, способные обходиться без аэродромов. Хотя почему только о них да о геликоптерах речь? Наверняка найдут применение и гиропланы-автожиры, эти «небесные вездеходы».

Одновременно война спецназначения пойдет в киберпространстве. Здесь царит принцип метадействия: операции сразу по нескольким линиям и в разных «мирах». Русский спецназовец призван стать бойцом-интеллектуалом, изощренно хитрым, изобретательным. А по части боевого воображения – так просто воином-поэтом. Необходимо раскрывать и развивать его сверхспособности (быстрота мысли и реакции, глазомер и меткость, интуитивные прозрения, деконцентрированное внимание по Олегу Бахтиярову, дающее возможность «чуять» мины и засады). Уверен, что именно в корпусе спецназа должны обкатываться все передовые научно-технические разработки и самые смелые новации. Критерий один: работает или не работает, а если действует вопреки представлениям классической науки – пускай она изучает феномен и находит объяснение.

Всего этого пока в РФ нет. Это американские зеленые береты и «морские котики» получают шестиколесные роботы-транспортеры, а не наши супербойцы. Это для иностранных соперников оружейники, словно кутюрье, создают уникальное стрелковое оружие буквально в штучных экземплярах. А уж о том, насколько РФ отстала от своих «вероятных друзей» по части целой гаммы беспилотных ЛА, даже говорить не приходится. Мы, надеюсь, еще расскажем о том, как в 2005 году оказались прерванными работы в КБ имени Камова по постройке специального вертолетного дрона для отечественных ССО, способного действовать и как беспилотник, и как «небесный мотоцикл» для бойца русских «коммандос». Смотрю на проект грузового БЛА «Фрегат», созданный конструкторами компании «Кронштадт». Да, он имеет прежде всего мирное назначение, он умеет забрасывать грузы на те же арктические буровые платформы. Но он же способен стать снабженцем для отрядов спецназа. Помните, как в годы Великой Отечественной бипланы По-2 доставляли все необходимое партизанским отрядам, действовавшим в тылу гитлеровцев? Теперь у небесных тихоходов должны появиться высокотехнологичные «внуки».

Создание особого рода войск, написание для него своего боевого устава и грамотных наставлений, вбирающих в себя огромный боевой опыт специальных действий более чем за столетие, – вот то, что нужно сегодня. Ибо нынешняя мировая война времени на раскачку не оставляет.

В статье использованы материалы диссертации Владимира Квачкова

Опубликовано в выпуске № 40 (853) за 20 октября 2020 года

Loading...
Загрузка...

 

 

  • Past:
  • 3 дня
  • Неделя
  • Месяц