Версия для печати

Ошибка фельдмаршала Паулюса

Радиоразведка в ходе разгрома немецев под Сталинградом использовала методики РЭБ
Болтунов Михаил

Перед фельдмаршалом Паулюсом положили две карты. Одну он узнал сразу. Это была его рабочая карта, изъятая после пленения. Взглянув на вторую, фельдмаршал побледнел. Казалось, его худое лицо с впалыми щеками вытянулось еще больше. С тонких губ сползла одна-единственная фраза разочарования: «В моем штабе был предатель».

В ночь на 1 февраля 1943 года к дому, где поселили плененного фельдмаршала Фридриха Паулюса, командующего 6-й немецкой армии, подали легковой автомобиль – эмку. Его предстояло доставить в штаб фронта. Там ждали представитель Ставки Верховного главнокомандования генерал-полковник Николай Воронов и командующий фронтом генерал-лейтенант Константин Рокоссовский.

На крыльце штабного дома Паулюс спросил переводчика Льва Безыменского, как отличить Воронова от Рокоссовского. Тот объяснил.

В избе, куда ввели фельдмаршала, находился также начальник разведки штаба фронта генерал-майор Виноградов. Вот тогда после первых ознакомительных вопросов перед Паулюсом и положили две карты. Пока немецкий военачальник оцепенело смотрел на них, Безыменский перевел фразу о крупном предателе. Воронов и Рокоссовский улыбнулись. Фельдмаршал ошибался. В его штабе не было предателя. Просто на второй карте операторы нанесли данные по немецкой группировке Паулюса, которые предоставила им наша разведка. Большое количество объектов на карте появилось после предоставления информации радиоразведкой фронта.

«Слухачи» из ОСНАЗ

Сталинградская битва продолжалась с июля 1942-го до начала февраля 1943-го. Ее можно поделить на два этапа – оборонительный и наступательный. Второй этап закончился полным разгромом 250-тысячной группировки немецких войск. Генералы Воронов и Рокоссовский сообщили в Ставку Верховному главнокомандующему: «Выполняя ваш приказ, войска Донского фронта в 16.00 2.02.1943 года закончили разгром и уничтожение Сталинградской группировки противника. В связи с полной ликвидацией окруженных войск боевые действия в городе Сталинграде и в районе Сталинграда прекратились».

Радиоразведчикам 394-го радиодивизиона ОСНАЗ была поставлена не совсем обычная задача: создавать помехи, срывать связь между штабом 6-й окруженной немецкой армии и штабом войск генерал-фельдмаршала Манштейна

«До Сталинградской битвы, – считал маршал Георгий Жуков, – история не знала сражения, когда в окружение попала и была бы полностью разгромлена столь крупная группировка войск. Разгром врага на Волге ознаменовал начало коренного перелома в ходе Великой Отечественной и Второй мировой войны в целом, началось изгнание вражеских войск с советской территории».

Особый вклад в победу под Сталинградом внесла радиоразведка Красной армии, которая там была представлена 394 и 561-м отдельными радиодивизионами ОСНАЗ. Выполняя задачи, поставленные командованием, радиоразведчики уже в июле 1942 года вскрыли радиосвязь фашистов и определили его штабы. Впервые с начала войны они установили постоянное наблюдение за крупной вражеской группировкой – группой армий «Б», в которую входили 6 и 4-я танковые армии. Именно постоянное наблюдение за врагом позволило вовремя определить перегруппировку его войск.

13 июля 1942 года «слухачи» Сталинградского фронта стали отмечать связь штаба 4-й танковой армии со штабом группы армий «А», действовавших перед Южным фронтом. Радиоразведчики высказали предположение о возможном переподчинении 4-й танковой армии группе армий «А». В последующем это предположение подтвердилось, 14 и 15 июля узлы связи штабов 4-й танковой армии стали перемещаться в южном направлении. Таким образом был обнаружен маневр фашистов, который они проводили с целью окружения войск Южного фронта. Наряду с этим немецкое командование усиливало и войска 6-й армии. К 20 июля радиоразведка точно установила, что в помощь Паулюсу прибыло два армейских корпуса – обнаружили себя новые радиостанции, принадлежавшие их штабам. Вышли в эфир и еще две станции – штабов 11 и 17-го танковых корпусов.

Но в последующие два дня активность радиосвязи фашистов резко снизилась, вплоть до радиомолчания. Это говорило о том, что враг готов к наступлению. И действительно, 6-й армия Паулюса ударила 23 июля. Наступление осуществлялось по двум направлениям – на северо-запад в сторону Верхне-Бузиновки и Каменского и на юго-запад на Калач. Цель – окружить войска Сталинградского фронта в большой излучине Дона и далее с ходу овладеть городом.

С первым ударом немцев их радиомолчание прекратилось. Это дало возможность радиоразведке определить, что на северо-западном направлении действуют соединения 8, 11, 17-го армейских и 14-го танкового корпуса, а на юго-западе – 51-го армейского и 24-го танкового корпусов.

Ошибка фельдмаршала Паулюса

Советские войска упорно оборонялись, и фашисты были остановлены. Однако вскоре немецкое командование решило одновременно с запада и юго-запада силами 6 и 4-й танковых армий нанести удары и овладеть Сталинградом. Сразу же увеличился радиообмен между их штабами, что не ускользнуло от внимания нашей радиоразведки. В штаб фронта полетел доклад, что не исключаются совместные действия двух немецких армий на данном направлении.

«Я и мои товарищи по команде, – вспоминал старшина Иван Захаров из 394-го радиодивизиона, – опираясь на знания тактико-технических данных вражеских радиостанций, скорости и четкости работы на ключе немецких радистов, их почерков, отличали танковые и мотодивизии от пехотных и эсэсовских. В дни наступления фашистских танковых соединений мы замечали каждое изменение пеленгов их радиостанций. Особенно это было видно летом 1942 года на Сталинградском направлении. В один из таких дней я принял радиограмму открытого текста. В ней дивизионный радист сообщал в вышестоящий штаб, что 25 танков переправляются через Дон в район Цимлянской.

Эта же телеграмма была принята старшим сержантом Виктором Ковалем. Содержание ее доложили командующему фронтом Константину Рокоссовскому. А он, как вспоминал в одной из бесед со мной в 1970 году тогдашний начальник разведки Донского фронта генерал-майор Илья Виноградов, приказал летчикам нанести бомбовый удар по переправе через Дон и танкам врага. Летчики выполнили задание блестяще. Сержант Коваль и я стали кавалерами ордена Красной Звезды. Награду вручал сам командующий фронтом».

Умелая работа радиоразведчиков дивизиона не осталась незамеченной и со стороны руководства разведуправления. Его начальник генерал-майор Алексей Панфилов в августе 1942 года в письме начальникам разведотделов фронтов подчеркивал: «394-й отдельный дивизион, несмотря на тяжелые условия неоднократных перемещений и совершенный марш в общей сложности на 900–1000 километров, работал хорошо, беспрепятственно добывал и представлял радиоразведывательные сводки и донесения. Дивизион представляет много данных перехвата, открытых радиограмм и переговоров противника».

После этого для улучшения управления Ставка разделила Сталинградский фронт на два – Сталинградский и Юго-Восточный. Теперь 561-й радиодивизион вошел в состав Юго-Восточного фронта, а 394-й остался в Сталинградском. Соответственно первый работал по войскам 4-й танковой армии, второй – по 6-й армии. Это потребовало от дивизионов перегруппировки сил, что только пошло на пользу. Если прежде они дислоцировались на левом берегу Дона в 150–200 километрах от переднего края и могли слышать только дивизионные радиостанции противника, то теперь части ОСНАЗ выдвинулись вперед, чтобы лучше обеспечить разведку немецких армий.

Дивизионами также были сформированы две группы для перехвата открытых радиопередач войсковых радиостанций на длинных и коротких волнах, а также донесений с бортов самолетов авиационной разведки на волнах УКВ. Группы разместили на КП фронтов. Причем несмотря на подчиненность штабам разных фронтов, дивизионы продолжали взаимодействовать между собой.

Перевод с румынского

К концу сентября бои уже шли в городской черте Сталинграда. Однако было ясно, что наступление врага выдыхается. Части 14-го танкового корпуса, понеся большие потери, перешли к обороне. Однажды разведчики перехватили радиограмму, переданную открытым текстом. Она была направлена из 60-й механизированной дивизии. «Обстановка критическая. Прошу поддержать танками», – взывали немецкие радисты.

По данным «слухачей» частей ОСНАЗ, 76-я немецкая пехотная дивизия из-за больших потерь была отозвана с фронта. На ее место прибыла 113-я ПД. Гитлер требовал от своих генералов во что бы то ни стало овладеть Сталинградом, и потому им приходилось производить постоянную перегруппировку войск. Наши радиоразведчики цепко за этим следили.

Так им удалось своевременно обнаружить выход итальянских и румынских войск к Дону и переброску оттуда немецких частей под Сталинград. Если говорить конкретно, то было установлено, что северо-западнее 6-й армии перешли к обороне 3-я румынская и 8-я итальянская армии, а южнее Сталинграда место убывших немцев заняли части 6 и 8-го румынских корпусов.

На появление итальянцев и румын оперативно отреагировал отдел радиоразведки Разведывательного управления Генерального штаба. Он направил в радиодивизионы фронтов переводчиков итальянского и румынского языков. В частности, в конце октября 1942 года для усиления радиоразведки в район Сталинграда прибыл 469-й радиодивизион ОСНАЗ. Его перебросили с Закавказского фронта. Надо сказать, что специалисты дивизиона быстро освоились в новой обстановке и успешно работали по немецкой группировке, которая действовала перед правым крылом Сталинградского фронта. В свою очередь маневренная группа дивизиона, работавшая в интересах 62-й армии, вела эффективную разведку штурмовых групп фашистов на улицах Сталинграда.

В середине ноября 1942 года дивизионы ОСНАЗ отметили усиление воздушной разведки противника как на фронте, так и в тылу наших войск. Немецкие летчики-разведчики докладывали обо всем, что наблюдали в расположении советских войск. За этими докладами внимательно следили наши «слухачи». Так командование узнавало, что известно противнику о войсках фронта. На основании анализа перехваченных докладов своевременно принимались меры к повышенной скрытности, недопущению ударов по скоплению частей и техники.

Перед переходом в контрнаступление в октябре-ноябре 1942 года была скрытно проведена перегруппировка наших войск. Разведка противника не смогла обнаружить их перемещение, что подтверждало и прослушивание бортовых радиостанций немецкой авиации.

Перехват радиопередач самолетов-разведчиков противника являлся ценным источником для получения сведений. Здесь отличился радист и переводчик 394-го радиодивизиона ОСНАЗ старший лейтенант Василий Козлов. Он грамотно выбирал позиции на высотах и добивался перехвата при полете самолета-разведчика. Пилот в свою очередь докладывал обо всем, что видел из кабины: расположение частей, передвижение войск, проведение инженерных работ. «От продолжительного нахождения на высотке, – вспоминал Василий Козлов, – от палящего солнца гимнастерка на спине выгорела до белизны простыни. А на животе была первоначального цвета хаки. Пищу готовить было некогда и негде, мне ее приносили, питался вкусно. Но и работал, не зная перерыва. Я был рад тому, что добытые мной данные послужили благому делу Победы».

По докладам фашистских летчиков проверялось и качество маскировки наших войск. Фашистские пилоты не сообщали своему командованию о переброске наших соединений, что радовало. Основываясь на этих данных, маршалы Жуков и Василевский докладывали Сталину: «Наши части, как предусмотрено планом, сосредотачиваются в назначенных районах и, судя по всему, разведка противника их не обнаружила. Нами приняты меры к еще большей скрытности передвижений сил и средств».

К началу контрнаступления дивизионы ОСНАЗ сумели достаточно полно и детально вскрыть группировку противника перед Сталинградским, Донским и Юго-Западным фронтами.

Манштейн не помог

19 ноября 1942 года началось контрнаступление. Теперь главная задача для радиоразведки – боевая деятельность фашистских войск, его потери в живой силе и технике, предупреждение своих войск о контратаках немцев, о переброске резервов.

Вот каково было содержание перехваченных немецких радиограмм в те дни.

20 ноября: «Вынуждены отступать. Танки противника справа и слева. Не хватает боеприпасов и продовольствия».

22 ноября: «Весь фронт 5-й дивизии дезорганизован. Связаться с 15-й дивизией тяжело. Прибывшие с передовой офицеры сообщают о крайне тяжелом положении. Необходимо отстранить некоторых руководящих генералов».

20–23 ноября радиоразведка засекла переброску из-под Сталинграда в район прорыва в 44 километрах юго-восточнее Клетской 24-й танковой дивизии.

22–24 ноября было сообщено нашему командованию, что с Северного Кавказа на аэродром Тацинская передислоцированы 1-я штурмовая эскадра, 1 и 2-я группы бомбардировочной эскадрильи «Эдельвейс».

23 ноября кольцо окружения фашистских войск в районе Сталинграда сомкнулось. В нем оказались штабы 6-й армии, 4, 8, 51-го армейских и 14-го танкового корпусов и нескольких дивизий.

В декабре немецкое командование предприняло отчаянные попытки деблокировать окруженную группировку. Теперь радиоразведка вскрывала состав сил немецких войск, которые гитлеровцы направляли для деблокирования 6-й армии. Практически каждый день командующие фронтами получали доклады наших радиоразведчиков.

8 декабря: «В районе Тормосина создана группировка войск из трех немецких дивизий из состава 48-го танкового корпуса».

10 декабря: «В районе Котельниково сосредоточены части 6, 23-й танковых и 15-й пехотной дивизии 57-го танкового корпуса».

Эти войска входили в состав армейской группы «Гот», специально созданной для деблокирования окруженной группировки.

В числе первых радиоразведке удалось добыть сведения о том, что на этот участок фронта прибыл командующий группой армий «Дон» генерал-фельдмаршал Манштейн.

С его прибытием радиоразведчикам 394-го радиодивизиона ОСНАЗ была поставлена не совсем обычная задача: создавать помехи, срывать связь между штабом 6-й окруженной немецкой армии и штабом войск генерал-фельдмаршала Манштейна.

Из войск связи фронта были доставлены передатчики, а на радиоразведчиков дивизиона возлагались задания по наведению и корректировке радиопомех, а также определению их эффективности. Корректировку частоты передатчиков радисты передавали командами по выделенной телефонной линии условными сигналами. Эта работа требовала серьезных навыков и достаточного опыта. Однако радиоразведчики справились с заданием.

Для введения в заблуждение противника использовалась и дезинформация. Дивизиону был выделен радиопередатчик, по мощности сопоставимый с немецкой радиостанцией штаба группы армий «Дон». Этот передатчик, используя соответствующие позывные, выходил на связь с радиостанциями штаба окруженной 6-й армии Паулюса, принимал от них радиограммы и передавал им ложные послания. Было принято 86 оперативных радиограмм противника.

12 декабря немцы из района Котельниково перешли в наступление с целью прорваться к окруженной группировке в Сталинграде. Враг, пользуясь превосходством в силах, оттеснил нашу 57-ю армию за реку Аксай, но дальше не продвинулся, был остановлен.

В этот решающий момент специалисты 561-го радиодивизиона добывают очень ценные сведения: немцы спешно перебрасывают в район Котельниково с правого берега Дона 17-ю танковую дивизию. Но возникали сомнения – дивизия прежде не воевала на этом участке фронта. И на непростой вопрос у радиоразведчиков нашелся ответ: она была переброшена под Сталинград из-под Орла, где прежде воевала против Брянского фронта. Это говорило о готовности фашистов идти до конца, ведь до окруженной группировки, как казалось им, оставалось всего ничего – 40 километров. Но эти километры немцам не суждено было пройти.

19 ноября противник возобновил наступление, однако был остановлен войсками 2-й гвардейской и 51-й армий на реке Мышкова.

24–31 декабря полное поражение потерпела группа «Гот».

29 декабря советские войска овладели Котельниково и продолжили наступление.

В ходе ликвидации окруженной группировки в районе Сталинграда основную нагрузку несла радиоразведка Донского фронта. Она следила за деятельностью окруженных немецких войск. Специалисты ОСНАЗ первыми получали радиограммы, которые говорили о низком моральном состоянии фашистских войск, их обреченности и осознании безысходности своего положения. Вот лишь некоторые из них.

2 января: «Требую сегодня же довести до сведения солдат приказ о необходимости снижения хлебной нормы».

8 января: «Доставить в суд дивизии унтер-офицера Бретшнайдера и ефрейтора Шварца за проступки, позорящие немецкую армию».

12 января: «Наша пехота отступает. Надо задержать всех и снова повести вперед».

«Наши танки в беспорядке отступают. Срочно жду помощи. Русские на высоте 111.5. Все погибло».

Спустя годы командующего 64-й армией генерал-полковника Михаила Шумилова спросят, какой день был самым радостным для него в Сталинграде. Командарм ответил так: «31 января 1942 года, когда передо мной сидел Паулюс, первый генерал-фельдмаршал гитлеровской армии, взятый в плен Красной армией, точнее 64-й армией».

Этот радостный для генерала Шумилова да и для всех наших войск день приближали радиоразведчики. Со своей задачей они справились. Указом Президиума Верховного Совета СССР в феврале 1942 года 394 и 561-й отдельные дивизионы ОСНАЗ были награждены орденами Красного Знамени. «Каждый осназовец нашей части, – говорил старшина Иван Захаров, – испытывал чувство сопричастности к победе на Волге».

Хорошие слова. И к ним вряд ли надо что-либо добавлять.

Опубликовано в выпуске № 5 (868) за 9 февраля 2021 года

Loading...
Загрузка...

 

 

  • Past:
  • 3 дня
  • Неделя
  • Месяц