Версия для печати

Через барьер триангуляции

4 марта 1961 года на полигоне системы «А» была поражена головная часть баллистической ракеты на траектории полета
Рубаненко Юрий

В марте 2021 года исполнилось 60 лет с того дня, когда впервые в мире средствами экспериментальной системы противоракетной обороны (система «А») в полете была перехвачена реальная головная часть (ГЧ) баллистической ракеты 8К63. ГЧ поражена элементами осколочно-фугасной боевой части противоракеты В-1000. США смогли это повторить лишь через 20 лет.

Перед разработчиками системы «А», прошедшими школу создания противосамолетной системы, стояло много новых и более сложных задач. Существенно отличались характеристики поражаемых системами целей. Еще не было экспериментального подтверждения возможности обнаружения и автоматического сопровождения на требуемых дальностях и с нужной точностью определения координат высокоскоростной баллистической цели с малой отражающей поверхностью. Ограниченный баланс располагаемого временного цикла накладывал высокие требования к характеристикам противоракеты по скорости и маневренности.

Ответы на поставленные вопросы должна была дать система «А», главным конструктором которой был назначен Герой Социалистического Труда, доктор технических наук Григорий Васильевич Кисунько.

Система «А» создавалась на Балхашском полигоне Министерства обороны. Основными технологическими средствами в ней были:

  • станция дальнего обнаружения (СДО);
  • главный командно-вычислительный центр (ГКВЦ);
  • три радиолокатора точного наведения (РТН) с каналами цели и противоракеты каждый;
  • стартовая позиция (СП) в составе радиолокационной станции визирования противоракеты (РСВПР), совмещенной со станцией передачи команд на противоракету (СПК), и двух стартовых площадок с пусковыми установками (ПУ) для запуска противоракет;
  • противоракета (ПР) В-1000;
  • техническая позиция (ТП) для сборки, контроля и снаряжения ПР;
  • радиорелейные станции системы передачи данных (СПД);
  • комплекс регистрации и обработки данных (КОД) полигонных измерений.

Полигон был оборудован измерительными пунктами системы внешнетраекторных измерений (ВТИ) и службой единого времени (СЕВ).

В ходе проектирования системы «А» предложено было высокую точность определения координат обеспечить путем использования метода триангуляции цели по дальностям, измеренным тремя радиолокаторами, разнесенными на местности. Это крайне непростая операция, тем более для того времени.

Трудности триангуляции скоростной цели в реальном масштабе времени преодолеваются с помощью высокопроизводительной электронно-вычислительной машины (ЭВМ) с соответствующим программно-алгоритмическим обеспечением. При этом радиолокаторы и ЭВМ соединяются между собой широкополосными линиями связи. Поражение прочной боеголовки планировалось обеспечить использованием кинетической энергии соударения высокоскоростной цели с поражающими элементами боевой части ПР. Возможность обнаружения и сопровождения ракеты подтверждалась ранее подключением вспомогательных радиолокационных средств (радиолокаторов РЭ-1 и РЭ-2). Тем более в системе «А» была предусмотрена полная автоматизация цикла поражения цели.

После выполнения строительных работ и поставки технологической аппаратуры были проведены настроечные работы, автономные проверки и стыковка средств в составе системы. Подписаны акты о готовности к комплексным испытаниям. Сформированы расчеты из специалистов полигона и представителей конструкторских и промышленных организаций и предприятий.

Высокой интенсивностью комплексных работ отличалась вторая половина 1960 года. Подготовка средств к ним проводилась по согласованному Х-плану, определявшему объем обязательных проверок аппаратуры до назначенного времени старта баллистической ракеты. Состояние оценивалось по их работоспособности в процессе периодического проведения функционального контроля системы (ФКС), когда вся аппаратура находится в режиме централизованного управления, исключающего автономную работу на отдельных средствах.

В период с декабря 1960-го по март 1961-го система «А» участвовала в 16 комплексных работах. В них ожидаемый конечный результат не был получен в основном из-за возникших неисправностей в отдельных средствах системы. Проявилась низкая надежность комплектующих элементов, выпускаемых отечественной промышленностью. Число отказов несколько сократилось после принятия решения об использовании предварительного «прогона» системы в режиме дежурства с периодическим централизованным контролем функционирования средств (ФКС).

На запланированную на 4 марта комплексную работу с поражением баллистической ракеты вновь решили выйти после двухсуточного «прогона» средств. Непосредственная подготовка к работе началась 2 марта.

Ранним утром 4 марта на ГКВЦ, где находились руководители испытаний, поступило сообщение о готовности средств к работе. Принято решение о пуске ракеты. После объявления «Готовность одна минута» включились механизмы устройств записи получаемой информации. По команде «Старт» на центральной индикаторной системе «ЦИС» стала высвечиваться информация о работе средств. СДО обнаружила цель на дальности 975 километров (высота – 460 км) от пролонгированной точки падения ракеты и перешла в режим ее автоматического сопровождения. Сформировались данные целеуказания для РТН, которые также перешли на автосопровождение цели. Однако из-за выхода из строя мощной лампы в ЭВМ цель была потеряна. В считаные секунды ее заменили на лампу из «горячего» резерва. Программа не успела обнулить данные и была перезапущена вновь. РТН-3, РТН-2 и РТН-1 перешли на сопровождение цели на дальностях 417, 394 и 337 километров соответственно. Заработала программа построения траектории ПР. Команда на пуск противоракеты была выдана за 43,7 секунды до расчетного времени ее встречи с целью. После проведения союстировки каналов РТН в течение 14 секунд до точки встречи продолжался этап точного наведения ПР на цель. В расчетное время выдана команда на подрыв боевой части ПР.

Предварительный просмотр материалов регистрации показал, что время от повторного запуска программы до точки встречи ПР с целью составило 145 секунд. Встреча произошла на высоте 25 километров. Скорость ракеты в районе встречи была 2,5 километра в cекунду, скорость противоракеты (ПР) – один километр в секунду.

Факт поражения и разрушения головной части был установлен по результатам обработки записей на магнитных барабанах и расшифровки пленок кинофоторегистрации. Отклонение ПР составило 31,8 метра влево и 2,2 метра вверх. Поисковая группа обнаружила остатки сбитой головной части, упавшие на расстоянии шести – девяти километров от расчетной точки падения цели.

Спустя несколько дней после перехвата остатки головной части были отправлены в Москву. Главе государства Никите Хрущеву послана телеграмма, в которой сообщалось, что 4 марта 1961 года на полигоне системы «А» впервые в отечественной и мировой практике продемонстрировано поражение головной части баллистической ракеты на траектории ее полета.

В процессе дальнейших испытаний системы «А» поражение головной части неоднократно подтверждалось. Возможность защиты важнейших объектов страны от ядерного нападения стала реальностью. Достигнутые результаты послужили фундаментом для продолжения работ по созданию систем противоракетной обороны.

США подобное смогли повторить лишь более чем через 20 лет.

За успешное выполнение государственного задания и личный вклад в его решение большая группа конструкторов, руководителей предприятий и испытателей была удостоена высоких правительственных наград.

В соответствии с Указом Президиума Верховного Совета СССР от 15 июля 1966 года лауреатами Ленинской премии стали главный конструктор системы «А» Г. Кисунько, начальник Балхашского полигона М. Трофимчук, заместитель начальника 4-го Главного управления Министерства обороны К. Трусов и другие.

Юрий Рубаненко,
участник испытаний системы «А», полковник в отставке, лауреат Ленинской премии

Опубликовано в выпуске № 9 (872) за 16 марта 2021 года

Loading...
Загрузка...
Новости

 

 

  • Past:
  • 3 дня
  • Неделя
  • Месяц