Версия для печати

Корона на наши головы

Антипрививочники существуют, к сожалению, во всех слоях общества, даже среди врачей
Улитина Татьяна
Фото: moskvichmag.ru

Пандемия вывела на передний план борьбы с COVID-19 огромную армию врачей, мнение которых было так важно для граждан нашей страны. Разноголосица сеяла хаос в головах, заставляла прислушиваться к самым невероятным предсказаниям. Один из тех, кто с первого дня пытался остановить панику и дать людям реальные ориентиры, – Алексей ХУХРЕВ, кандидат медицинских наук, потомственный врач. Окончил ММСИ им. Семашко. Опыт работы – более 20 лет. Среди первых в России получил специальность «Врач общей практики, семейный врач». На его счету более 60 эфиров на телевидении по теме COVID-19. За прошедшие полтора года Алексей Леонидович выступал в качестве эксперта на телеканалах «Звезда», «Спас», в программах РТР «60 минут» и у Владимира Соловьева, на Первом канале в ток-шоу «Время покажет».

– Почему вас, врача общей практики, приглашают на эфиры? Вы же не вирусолог.

– Помните, какая ситуация сложилась в начале эпидемии? Напугали буквально до смерти, но не выработали общую платформу, не было единой концепции. В результате люди не знали, кому верить, полезли в Интернет. А там столько «специалистов»! Каждый стал вирусологом и эпидемиологом.

Сформировался целый рой самозванцев, тянущих одеяло на себя. А человек не состоит из одной иммунной системы. Схоластический взгляд на проблему гораздо эффективнее. Это более разумно, чем лечить пациента по частям. Я как врач общей практики всегда смотрю на личность глобально, целостно. И как оказалось, такой взгляд всем более понятен и интересен.

– Поэтому, видимо, вас так много в Интернете. В период нападок на нашу медицину Александр Мясников, официальный представитель Информационного центра по мониторингу ситуации с коронавирусом в Москве, сказал: «У нас есть очень хорошие врачи. Например, Алексей Хухрев. К нему из Германии ездят лечиться». Приглашая вас на телевидение, на что рассчитывают редакторы?

– Видимо, на простое изложение сложных вещей. Иммунология – наука серьезная, и надо много ею заниматься, чтобы понять все тонкости этого направления в медицине. А больному нужно, чтобы на пальцах объяснили, как себя вести. Это моя основная задача.

Корона на наши головы

Людей вначале запугали. Хронический стресс и тревога действуют на качество жизни иногда гораздо сильнее, чем вирус. Сколько я видел людей, которые в первые месяцы сидели по шалашам, боялись нос высунуть, но при этом не шли делать прививку.

Еще одна проблема образовалась в начале эпидемии. Это совершенно избыточное количество рентгенов, компьютерных томографий, на которые посылали для уточнения диагноза. Нужно принять, что вирусная пневмония – это ежегодная сезонная проблема. Она вызывается не только гриппом.

Вот возникла дыхательная недостаточность. Существует норма: больной в покое начинает дышать более 17 раз в минуту, задыхается в разговоре – посылай на КТ. Делаем томографию для оценки серьезности состояния и смотрим, каков этот пресловутый процент. Осторожнее нужно быть. Это исследование не только человеку не полезно, но и выросло в большой материальный ущерб государству.

Отличительная черта вирусной пневмонии: она проходит сама! Вначале кормили антибиотиками, облучали рентгенами, лечили гидроксихлорохином. Беда в том, что наша медицинская наука потеряла школы, системность – все, что могла. У нас, конечно, есть протоколы. К сожалению, качество лечения по ним можно поставить под сомнение. Пытаются сейчас вводить стандарты. Но стандартами все дыры не закроешь. Нам нужно повышать образовательный уровень врачей.

– Было немало претензий именно по назначениям, которые делались в этот многострадальный год. Что можете сказать об ответственности врачей?

– На Западе медицина находится под серьезным контролем страховых компаний. Если что-то сделаешь не так – порвут, как говорится, как Бобик грелку. Скатают газон, порежут кредитки, отключат электричество.

У нас сейчас контроль качества образования, в том числе и назначений, начинает усиливаться, но отставание есть. Наука часто напоминает бег вверх по эскалатору, который едет вниз. Для того чтобы быть на уровне мировых достижений, врач должен постоянно читать специальную литературу, следить за новыми тенденциями, знакомясь с ними в журналах, притом на английском языке. Невозможно жить на институтских знаниях тридцатилетней давности. Все давно поменялось. Сейчас вышла на передний план доказательная медицина. Каждые десять лет идет пересмотр методик, протоколов. Пример статинов, препаратов, используемых для снижения уровня холестерина. Вначале нам предлагалось их добавлять чуть ли не в водопроводную воду. Почти сорокалетнее наблюдение позволило многое понять. Я уже никому не назначаю статины просто по факту анализов. Каждого человека обсчитываю, пытаюсь учесть, как он выглядит, какова наследственность, какова ситуация у братьев, сестер, отслеживаю кардиологические риски.

– То есть нам опять Запад в пример?

– Все должно быть в меру. Стремление к западным образцам, к сожалению, часто напоминает Петровскую Россию, когда насильно бороды брили и надевали иностранные платья. Подобные новшества всегда выглядят карикатурно.

Корона на наши головы

Часто форма подменяет суть. В медицине это особенно заметно. Мы по существу совершали в прошлом преступление, кормя всех антибиотиками. И наказание догонит в ближайшие пять лет, когда в реанимации нечем будет лечить людей из-за устойчивости к антибиотикам. Сейчас медицинская общественность обратила внимание на эту проблему, но разъяснений недостаточно. И сколько ты ни пытаешься объяснить человеку, что препарат не зря назвали антибиоз (против жизни), не хотят понимать. У врача должна быть четкая, математически просчитанная концепция, почему он назначает именно этот антибиотик, что он хочет убить и какова будет цена такого назначения для всего организма. Еще раз повторю: в медицине все меняется очень быстро. Доктора, которые добиваются успехов в лечении, занимаются самообразованием каждый день.

– Но как разобраться в лавине информации, которая буквально сносит сознание обывателя?

– Мы живем в такое время, что все построено на хайпе. Меня это огорчает, потому что вижу, насколько упало качество мышления. Люди стали жить одним днем. В начале эпидемии мне приходилось по два раза в день ходить на каналы и слышать, как в народ бросается фраза: «Сегодня побит очередной антирекорд». Сидящие у экранов хватались за сердце – все пропало! А врач на мой вопрос, зачем он это делает, отвечал: «Таковы сегодня правила игры».

Человек активно реагирует только на плохие новости. Хорошие ему неинтересны. В моем детстве были замечательные фантастические книги о светлом будущем. Стругацкие, Беляев. В этих произведениях мы видели прекрасное общество, прослеживались гуманистические идеалы. Вы за последние десять лет видели книгу про светлое завтра? Сплошные апокалипсисы, зомби, мутанты, космические войны. Исчезли примеры позитивного отношения к судьбе человечества. Естественно, люди стали жить одним днем. Поэтому зачем родителям воспитывать в детях высокие моральные качества? Какой-то замкнутый круг.

– Естественный вопрос: почему люди не бежали на прививку? Тоже из-за нежелания заботиться о завтрашнем дне? Есть ведь и такое мнение: последствия прививки непредсказуемы, нет смысла рисковать.

– Я разобрался, как работает «Спутник V». Хорошая вакцина, может дать иммунитет на достаточно длительный период. Так почему с таким трудом начиналась вакцинация? На мой взгляд, это просчет структур, отвечающих за рекламу. Видимо, как у нас принято, долго запрягали. Вот и получается, что где-то люди едут в другую страну прививаться, а наши соотечественники не хотели до торгового центра дойти. Такие антипрививочники существуют во всех слоях общества и, к сожалению, даже среди врачей. Эту ситуацию еще нужно осмыслить.

Многие болезни, убивавшие и калечившие людей в прошлом веке, были побеждены прививками. Чума, холера, малярия, сибирская язва, полиомиелит. Большой вопрос: почему такой богатейший опыт нашей медицины как бы перестал существовать? Люди не хотят вникать в суть вещей. В результате сегодняшнее клиповое мышление порождает нигилизм. Чем была хороша советская школа? Нас учили думать. Логическое мышление развивали.

– Собираясь к вам на беседу, я, к удивлению, обнаружила, что первый том произведений Авиценны открывается главой «Логика».

– Это основа основ. Хороший врач понимает базис своей профессии и может через свой опыт и сегодняшние знания найти лекарство, которое даст положительный результат.

– Значит, отсутствие логического мышления является причиной хаоса в головах? Поэтому невозможно понять, кто специалист в медицине, а кто ловит тот самый хайп? Интернет заполонен советами «врачей».

– В обществе растет недоверие к медицине, потому что «специалистов» стало много. Поход на прием к врачу разочаровывает. Обнаруживается, насколько доктору не до пациента. Преобладают формализм и недостаток содержания. На человека отведено строго по записи 12 минут, но зато много новейших приборов, на которых некому работать. Нет главного – кардинальной смены парадигмы воспитания врача. Важнее отстроить поликлинику, завезти оборудование. Раньше приходил доктор в палату, садился на кровать, брал больного за руку, смотрел в глаза – и человек расцветал только от одного доброго отношения к нему. Было же изречение: «Если ты пришел к пациенту и ему не стало лучше – значит, ты плохой врач». Сейчас же ко мне заходит человек и сразу начинает тараторить прямо от двери, сует мне какие-то справки, анализы, выписки. Пытаюсь успокоить и обычный ответ: «Я привык, что меня никто не слушает, тороплюсь…»

Хорошая медицина требует занудства, спокойствия, диалога и, конечно, времени. А сегодняшняя ситуация такова: врачи перестали слышать пациентов, а больные перестали уважать врачей. Актуальная фраза «Google всем в помощь!». Население лечится по Интернету, а врачи прямо на приеме при пациенте, не стесняясь, лезут в компьютер за справкой. Естественно, возникает мысль: «Чем я хуже врача?». Опять замкнутый круг.

– Актуальный вопрос отпускного периода: каким транспортом безопаснее отправиться в теплые края? Является ли общественный транспорт рассадником вируса? Зарубежные исследования утверждают, что в Париже ни один из 150 обнаруженных с мая по июнь очагов коронавируса не был связан с общественным транспортом. Похожие результаты и в Австрии – ни один из 355 очагов заболевания в апреле и мае не имел отношения к общественному транспорту. Специалисты управления Роспотребнадзора Москвы тоже говорят, что примерно в 8,5 тысячи проб РНК в столичных автовокзалах, а также на объектах метрополитена, в автобусах, трамваях и электробусах коронавирус не обнаружен.

– Реальную защиту дает только прививка. Шойгу сразу понял ситуацию и сообщил, что основной состав Вооруженных сил РФ привит от коронавируса. Через полтора года гражданские лица побежали вакцинироваться. Понятно почему – отпуск срывается. Но антитела не образуются на следующий день. Придется соблюдать осторожность. Маски помогают, если их носит каждый. Этого, к сожалению, у нас нет.

Из всех видов транспорта, по некоторым исследованиям, более безопасен самолет. Ссылаются на то, что там стоят специальные приборы обеззараживания воздуха.

В поезде невозможно соблюдать безопасную дистанцию. К тому же поезда ходят на дальние расстояния, а это еще и многочасовое общение. Все закрытые пространства, как было сказано еще в начале пандемии, – зоны риска. Личный транспорт более предпочтителен.

– Какие лекарства нужно взять в дорогу?

– Ключевой вопрос. То, что принимаете регулярно, что выписал врач. Взять обязательно в запас, потому что неизвестно, сможете ли купить их в том месте, куда едете. Так как отдыхаем в основном в южных краях, нужны средства от ожогов и какие-то экраны, палатки, защищающие от солнца.

Иммунитет – сложный механизм. Объясню, почему не советуем загорать людям с онкологией и некоторыми другими болезнями. При сгорании больших площадей тела идет воспалительная реакция. В очаги этих воспалительных реакций спешат все наши клетки, обеспечивающие ежедневный контроль за образованием опухолей и других неприятных вещей. Эти часовые покидают свои посты и летят гасить пожар. Видели, сколько людей с герпесом на губах возвращаются с юга? Солнечный ожог, иммунитет ослаб – и герпес взял верх. Но многого мы сразу не обнаружим.

В вашей аптечке должны быть антисептик, какие-то пластыри, чтобы залепить порезы и царапины. Возьмите пакеты для воды, чтобы делать растворы электролита. В полиэтиленовый пакет наливаете воду, растворяете в ней порошок регидрона (тоже заранее купленный в достаточном количестве перед поездкой). Это от диареи, которая нередко сопровождает активное употребление овощей и фруктов. Сама инфекция не так страшна. Она, как правило, ограничена во времени. Опасно обезвоживание и потеря в такой ситуации жидкостей и солей. Я даю регидрон даже при простудных заболеваниях, когда идет обезвоживание высокой температурой. Электролиты продаются и в жидком виде. Но возить неудобно.

Обычной водой обезвоживание сложно поправить. Она не содержит солей, которые являются топливом для наших мышц, двигательной силой. Для детей и стариков обезвоживание вообще может быть фатальным. Это, конечно, экстренная помощь на тот период, пока доедешь до больницы. Набирать с собой антибиотиков я бы не советовал, потому что продолжаю считать, что самолечение большее зло, чем сама болезнь.

– В переездах и перелетах на дальние расстояния физическая активность равна нулю. Как сохранить тонус?

– Очень важная тема. Касается больше всего воздушного транспорта. Если человек летит больше четырех часов, у него растет риск тромбоза глубоких вен голени. Когда сидишь в тесном кресле с согнутыми коленями, кровоток замедляется. Это создает условия для образования тромбов. Нужно каждые полчаса-час вставать, делать разминку. Элементарные упражнения: походить по салону, сделать несколько раз перекат с пятки на носок.

У кого тромбозы уже были, мы рекомендуем делать укол низкомолекулярного гепарина. Это защитит на период полета. Взрослым с венозной недостаточностью в полетах на большие расстояния рекомендуем надеть компрессионный трикотаж – гольфы, чулки. Но категорически не рекомендуем людям с такими рисками пить алкоголь. Он сгущает кровь, обезвоживает, повышается опасность образования тромбозов.

– И последний вопрос. Как сделать нашу медицину опять великой?

– Проблема в том, что нет фундаментальных подвижек в медицинском образовании. Нужна политическая воля. Россия – одна из немногих стран, знающая, как выходить из сложнейших ситуаций. Вспомним 30-е годы прошлого столетия. С каким багажом мы вошли в них? 90 процентов неграмотных, граждане вместо подписи крестик ставили. А в 60-х годах уже полетели в космос. Ведь получилось создать совершенно четкую, понятную, жизнеспособную систему образования, социальных лифтов, отбора умных людей. На пустом крестьянском гуляйполе создали мирового уровня научные школы.

Сегодня ситуация сложная, но не критическая. Армию отстроили, инфраструктурные проблемы решаются. Очень надеюсь, что дойдет очередь и до образования.

Беседовала Татьяна Улитина

Опубликовано в выпуске № 25 (888) за 6 июля 2021 года

Loading...
Загрузка...
Новости

 

 

  • Past:
  • 3 дня
  • Неделя
  • Месяц