Версия для печати

Прыжок в стратосферу

Нынешняя молодежь не знает про подвиг экипажа стратостата «Осоавиахим-1»
Кулинченко Вадим

Как ни банально звучит фраза «без прошлого нет настоящего», но она объективно отражает взаимосвязь времен и поколений. Наша память не только играет связующую роль в воспоминаниях о прошлых событиях, но и является основным инструментом построения будущего. Образно говоря, это важнейший элемент истории как нашего народа, так и страны.

Главные хранители памяти о прошлом – музеи, которым обычно уделяется самое пристальное внимание. В них собираются артефакты, не только относящиеся к прошлому, но и те, что повлияли на мировое развитие. Но порой пробуждающийся интерес к отечественной истории у нас натыкается на такие бюрократические преграды, что энтузиасты теряют мотивацию, желание что-либо делать. И постепенно в народной памяти размывается собственная история, а достойные почитания национальные герои оказываются на ее задворках.

Речь о «Русских Икарах», совершивших свой подвиг 30 января 1934 года на стратостате «Осоавиахим-1». Они первыми шагнули в стратосферу на запредельную высоту, пробудили интерес к освоению космического пространства. Мир тогда был восхищен их смелостью, как и подвигом Юрия Гагарина в 1961 году, и взорвался бесконечным потоком откликов. Газета «Вашингтон пост», например, 1 февраля 1934 года открыла номер материалом, посвященным бессмертной славе экипажа стратостата «Осоавиахим-1», первой назвала их «Русскими Икарами», которые слишком близко подлетели к Солнцу. Но сегодня, как это ни прискорбно, многие из нас уже не помнят, что же совершили советские стратонавты.

Газета «Вашингтон пост» 1 февраля 1934 года открыла номер материалом, посвященным бессмертной славе экипажа стратостата «Осоавиахим-1», первой назвала их «Русскими Икарами»

Члены экипажа «Осоавиахим-1» – военный воздухоплаватель, командир экипажа Павел Федосеенко, бортинженер Андрей Васенко и научный сотрудник Илья Усыскин первыми из жителей Земли поднялись на высоту 22 километра. До них никто так высоко еще не забирался. Они провели замеры космических излучений, взяли пробы воздуха на разных высотах, сделали ряд наблюдений, опытов, испытали в условиях разряженного воздуха и холода новые приборы.

Через 45 минут начался безостановочный, медленный, не внушающий никаких опасений спуск к Земле. Через час с четвертью стратостат все еще находился на высоте около 18 тысяч метров. Тем временем световой день подходил к концу и возникла опасность, что после заката сильное снижение обогрева оболочки солнцем может привести к потере подъемной силы газа. Так и произошло. Пропорционально нарастанию скорости спуска охлаждался и газ, что предвидеть заранее было сложно.

На высоте около 12 тысяч метров температура газа и наружного воздуха практически сравнялась, подъемная сила стратостата резко упала. Для его спасения необходимо было сбросить более 700 килограммов балласта. На борту имелось только 420 килограммов, но даже этот груз экипаж не успел освободить от крепления и сбросить за борт. Отказали практически и все приборы, так как единственный питающий их аккумулятор сел. Вследствие перегрева солнечным теплом оболочки произошел автоматический сброс объема газа, что также повлияло на скорость спуска, которая составляла уже 15 метров в секунду и продолжала расти.

Гондола с увеличивающимся усилием тянула за собой шар стратостата, и на высоте полтора-два километра от земли стропы оборвались. Экипаж в последние десять секунд падения находился в беспорядочно вращающейся кабине, стратонавты ударялись о стенки корпуса и приборы. Выбраться наружу и воспользоваться парашютами в таких условиях было практически невозможно.

Прыжок в стратосферу

После гибели экипажа газеты того времени писали, что русские первыми стояли у дверей космоса. Посмертно Павел Федосеенко, Андрей Васенко и Илья Усыскин награждены самой высокой в то время наградой СССР – орденом Ленина, а урны с их прахом были захоронены в Кремлевской стене лично Ворошиловым, Сталиным и Молотовым. С погибшими прощалась вся страна. Бесконечный поток людей стремился на траурную церемонию, которая проходила на Красной площади. Но полеты продолжались. 22 июля 1940 года из Звенигорода стартовал «Осоавиахим-2». Однако кто сейчас помнит обо всем этом?

30 января 2024 года исполнится 90 лет героическому полету стратостата «Осоавиахим-1». В связи с этим в Санкт-Петербурге, где создавался и готовился полет стратостата, жители улицы, названной в честь Андрея Васенко, собрали инициативную группу, которая предложила создать современный музейный комплекс, посвященный подвигу экипажа и мировой истории освоения стратосферы. Собраны подписи горожан, написаны обращения депутатам Законодательного собрания Санкт-Петербурга, в Совет Федерации и Государственную думу, администрацию президента РФ. И вроде бы на словах все за, но дело пока не сдвинулось с мертвой точки.

Ободряющими, но ничего не значащими явились также ответы из профильных госкорпораций, на поддержку которых очень надеялись участники инициативной группы. Из Роскосмоса, например, сообщили: «Госкорпорация выражает готовность к взаимодействию в части оказания информационной, методической и экспертной поддержки проекта, предоставления фото- и видеоматериалов для использования в интерактивных экспозициях мемориального комплекса». Спасибо, конечно, и на этом. Такие материалы потребуются. Но речь идет о сохранении здания, которое можно было бы с меньшими затратами перестроить в музейный комплекс. Не надо выделять даже земельный участок. Однако это здание планируют снести для банальной уплотнительной застройки района. В Калининском районе Санкт-Петербурга расположены три улицы, названные именами стратонавтов, именно там расположен вышеназванный участок со зданием по адресу: ул. Васенко, дом 7. Лучшего места не найти.

Поддержала инициативную группу и Росавиация, которая «в рамках своих полномочий готова оказать методическую помощь по вопросу формирования и наполнения экспозиции музея».

Повторим: подвиг экипажа стратостата «Осоавиахим-1» – яркая глава в мировой истории освоения человечеством космических высот. Но за последние несколько десятилетий он, скажем прямо, забылся, фамилии «Русских Икаров» мало что говорят новым поколениям питерцев и страны в целом. Даже жители улиц, названных в честь героев, которые есть во многих городах, не знают, кем они были и как погибли.

Этот пробел как раз мог бы и должен восполнить музей в Санкт-Петербурге, если руководство города при поддержке федерального правительства примет соответствующее решение. Дело за малым – проявить административную волю.

Вадим Кулинченко,
капитан 1-го ранга в отставке

Опубликовано в выпуске № 45 (908) за 23 ноября 2021 года

Loading...
Загрузка...
Новости

 

 

  • Past:
  • 3 дня
  • Неделя
  • Месяц