Версия для печати

Когда распадется Америка

Вашингтон попал в конституционный капкан
Сивков Константин
Фото: google.com

Разговоры о закате США как глобального доминанта идут достаточно давно. Это обусловлено вполне объективными показателями, важнейшими из которых является выход на первое место в мире Китая по объемам производства продукции реального сектора экономики. Однако мнения о возможности исчезновения США как государства с мировой политической карты пока относили к маргинальным и фантастическим. Но 2021 год ознаменовался появлением материалов, в которых гипотеза распада США рассматривается вполне респектабельными авторами, опирающимися в своих рассуждениях на весомый фактурный материал.

Кто хоронит Америку

В числе этих статей выделяется работа ведущего обозревателя авторитетной американской газеты «Вашингтон пост» Роберта Кэгана под громким названием «Наш конституционный кризис уже здесь». Этот материал тем интересен, что его автор является мужем заместителя госсекретаря США Виктории Нуланд и сам вхож в высшие круги американского истеблишмента.

В его работе рассматривается взгляд на перспективу развития США определенных слоев так называемого глубинного государства. И взгляд этот пронизан серьезными тревогами относительно будущего. Достаточно сказать, что начинается статья так: «Соединенные Штаты приближаются к своему величайшему политическому и конституционному кризису со времен Гражданской войны, с разумной вероятностью в течение следующих трех-четырех лет случаев массового насилия, распада федеральной власти и разделения страны на воюющие красные и синие анклавы». В этой статье Кэган отмечает ряд важных позиций, ставших реальностью в американском обществе и расколовших его.

Важным фактором, определяющим нарастание внутреннего кризиса американского общества, является ярко выраженное снижение интеллектуального потенциала американской элиты. Достаточно сопоставить таких «интеллектуальных глыб», как Киссинджер или Бжезинский, с нынешним госсекретарем США Блинкеном и его заместителем Нуланд

Во-первых, это возникновение в США внутреннего идеологического разлома. Он стал следствием того, что у Трампа появилась более или менее внятная идеология, которую он назвал «консервативным национализмом». Как отмечает Кэган, в ее разработке приняли участие серьезные интеллектуальные силы Америки и она принята значительной частью населения США. Трампизм как социальное течение получил четкое идеологическое оформление. США идейно расколоты на либеральных демократов и консерваторов-националистов. Конечно, это довольно грубое разделение – имеется большое количество нюансов и оттенков в идейных позициях различных социальных слоев американского общества, включая элиту. Но в главном идеологическое противостояние уже оформилось и фактически охватило все общество.

Во-вторых, противостояние Республиканской и Демократической партий перестало быть привычной «борьбой нанайских мальчиков», исход которой не влиял на основы американского общества, внутренней и внешней политики, а превратилось в настоящее и фактически антагонистическое противоборство. Победа одной из сторон окажет существенное влияние на ситуацию в стране и ее внешнеполитический курс.

В-третьих, наличие массовой поддержки трампизма в американском обществе. Кэган указывает: «Это более прочная связь между лидером и последователями, чем когда-либо виденное ранее в политических движениях США». Объясняется этот феномен тем, что Трамп дает внятный «ответ на их страхи и обиды».

Автор статьи прогнозирует серьезные конфликты в американском обществе на почве непризнания итогов выборов не только в 2024 году, когда будет решаться, кто станет следующим президентом, но и на промежуточных выборах 2022-го. Вся статья выдержана в крайне агрессивном стиле в отношении Республиканской партии в целом.

Антагонизм по-американски

Кэгану вторит директор Центра богословско-политических исследований США Михаил Тильман в беседе с представителем Sheynin.ru. Он говорит, что есть две Америки, которые «живут в своих параллельных и непересекающихся мирах. Одна – Америка традиционная, основанная на иудео-христианских ценностях. Она верит в Бога и в добропорядочный образ жизни, в автономию человека и свободу его от вмешательства государства. Другая Америка – прогрессивная, считающая, что общество нужно трансформировать через продвижение меньшинств всех разновидностей. Так называемые идентичности – расовые, половые или связанные с сексуальными отклонениями – создают основу для этой коалиции».

Далее Тильман приводит множество противоречий, раздирающих американское общество. При этом большинство из названных им носит антагонистический характер. Он указывает: «В реальной жизни это выливается в конфликт, конфликт непримиримый, ибо в его корне лежат ценности, а не какие-либо разногласия по текущим хозяйственным и политическим проблемам». Он фактически утверждает, что США расколоты по идеологическому признаку. Как тревожный симптом приближающейся катастрофы Тильман отмечает нарастание радикализма в исторической ретроспективе – от умеренного различия в подходах между Джорджем Бушем-старшим и Биллом Клинтоном до фактического антагонизма между Трампом и Байденом. Уже в ближайшей перспективе эти различия могут достигнуть критических значений и «сценарий распада США как единого государства становится вполне реалистичным». Он указывает, что противостояние продолжает ожесточаться и в будущем страна вполне может развалиться на три-четыре независимых государства.

Тильман подчеркнул, что такая внутренняя разобщенность определяет непоследовательность внешней политики США, когда значительная часть населения страны придерживается идеи изоляционизма, тогда как другая является сторонниками американского мирового лидерства. При этом он отмечает, что необходимость роста затрат на внутренние нужды, обусловленные глубокими расколами общества, вынуждает американское руководство сокращать реальные расходы на внешнюю политику, что будет в ближайшем будущем сопровождаться снижением внешней военной активности. США будут более «избирательно подходить к своим внешнеполитическим проектам, ограничиваясь только критически важными», заявил он. В числе приоритетов Тильман отметил противостояние с Китаем и Россией, а также удержание своего доминирования в Латинской Америке. В целом он прогнозирует американское «отступление на внешнеполитическом фронте» по мере нарастания внутренних противоречий.

Раскол элиты очевиден

Приведенные материалы из статей авторитетных американских аналитиков затрагивают социально-политическую ситуацию в США в целом, не останавливаясь на структуре политических группировок, а также не пытаются проанализировать причины возникновения такой ситуации. А ведь еще десятилетие назад США виделись как монолит, господствующий на планете. А уже семь лет назад стало видно, что американская элита внутренне противоречива и конфликтна. Ее несменяемый теневой высший эшелон, который определяет цели, задачи и методы реализации геополитики США, создавал фундаментальный конфликт целеполагания, имеющий долгосрочный характер, выраженный в конкуренции двух глобальных проектов.

В деятельности высшего политического руководства США, когда президент является лишь техническим исполнителем воли теневых хозяев, этот конфликт выражался в жестком противостоянии двух ведущих партий, порой наносящем значительный ущерб США. Сегодня этот конфликт перешел в острую фазу, выразившуюся в антагонизме консервативного национализма и либерального фундаментализма.

Важным фактором, определяющим нарастание внутреннего кризиса американского общества, является ярко выраженное снижение интеллектуального потенциала американской элиты. Достаточно сопоставить таких «интеллектуальных глыб», как Киссинджер или Бжезинский, с нынешним госсекретарем США Блинкеном и его заместителем Нуланд.

Начало интеллектуальной деградации было положено распадом СССР и предшествующими этому событиями. В ту пору элита США почувствовала себя господином мира, которому можно особо не заниматься маневрами в международной политике, а просто навязывать свою волю посредством различных рычагов информационного и экономического принуждения, а при необходимости и военных операций. В итоге при назначении на высшие должности в политической иерархии стал доминировать критерий верности определенному клану политической элиты, часто в ущерб интересам государства в целом. Это способствовало продвижению на руководящие посты людей, порой мало пригодных для исполнения соответствующих обязанностей. Ранее такое несоответствие занимаемой должности быстро выявлялось в противостоянии с советским противником.

Теперь же такая «проверка на прочность» исчезла, и в американском высшем политическом истеблишменте все большую часть стали составлять представители интересов отдельных кланов во властной иерархии. Совершаемые ими ошибки, некоторые из которых имели все признаки преднамеренных преступлений, прощались. Это создало благоприятные условия для того, чтобы общенациональные интересы США стали приноситься в жертву частным интересам отдельных компаний и корпораций, которые обогащались по принципу: доходы – мне, а расходы – государству.

При этом интеллектуальная деградация высшего политического аппарата США находится в разительном контрасте с высоким уровнем подготовки специалистов на нижестоящих уровнях государственной иерархии. Этот дисбаланс порождает, по всей видимости, внутренние конфликты между американской высокопрофессиональной элитой и политиками. Порой они проявляются в мировом информационном пространстве в виде взаимоисключающих заявлений высших должностных лиц американского политического истеблишмента (в частности, представителей Госдепа и администрации президента) и военного руководства (спецслужб).

Откат на десятилетия назад

Интеллектуальная деградация американской элиты находит свое отражение в научно-технической и, в частности, военно-технической сфере. Примеров того, что по ряду направлений США отстали от собственных достижений второй половины XX века, есть немало.

Прежде всего обращает на себя внимание американский лунный проект. Задача отправить на спутник Земли людей, президентом США Бараком Обамой была декларирована еще в самом начале XXI века и до сих пор, спустя почти 20 лет, не получено никакого реального результата. Между тем если верить, что американцы, как они утверждают, уже побывали на Луне еще в 1969 году, то с момента начала тогдашней лунной программы до «огромного шага всего человечества» Нила Армстронга прошло всего около семи лет. И судя по исчезновению из открытых СМИ информации о ходе подготовки к полету американского пилотируемого аппарата на Луну, нынешняя программа США как минимум испытывает серьезные проблемы, затормозившие ее развитие, а как максимум – вообще прекращена. Если считать факт отправки астронавтов на Луну реальностью, а не постановкой, как думают многие, то надо признать, что в этом отношении Америка откатилась назад более чем на полвека.

Не получается пока США и соревноваться с Россией и Китаем в гонке гиперзвуковых вооружений. Прошло уже три года, как российский президент объявил о создании комплекса различных систем гиперзвукового оружия: от стратегического «Авангард» до оперативно-тактического «Кинжал» и «Циркон». Разработана и принята на вооружение НОАК баллистическая противокорабельная ракета – также еще один образец гиперзвукового оружия. США признают крайнюю опасность для своих вооруженных сил этого оружия, однако никакого реального и адекватного ответа на этот военно-технический вызов с их стороны не последовало.

Между тем новейшие образцы американского вооружения, которые должны были навсегда оставить позади конкурентов, оказались настолько малоуспешными, что по своим боевым возможностям уступают даже более ранним образцам американского вооружения.

Примером могут служить широко разрекламированные эсминцы типа «Замволт». Эти корабли водоизмещением в полтора раза большим, чем у крейсера типа «Тикондерога», по потенциалу ракетного оружия уступают им более чем в полтора раза – 122 ячейки у «Тикондероги» против 80 у «Замволта». Утюгообразный форштевень нового эсминца, напоминающий броненосцы XIX века, существенно сказывается на мореходности корабля, который, не имея классического «атлантического» форштевня, даже при относительно небольшом волнении будет зарываться в волну. Установленная на нем электромагнитная пушка – конечно же, новейшее вооружение, но с точки зрения боевой эффективности весьма сомнительное. Ее 16-килограммовый снаряд может лететь на расстояние до 100 километров. При этом чтобы обеспечить приемлемую эффективность, он оснащается системами наведения, что делает выстрел с учетом чудовищных расходов электроэнергии («Замволт» – это плавучая электростанция) очень дорогим – стоимостью в половину «Томагавка». Однако боевые возможности последнего несравнимо больше – он стреляет почти на две тысячи километров и несет боевую часть более 300 килограммов. Фактическим признанием этого направления тупиковым можно полагать возобновление строительства эсминцев типа «Орли Берк».

Имеются и другие дорогие и весьма сомнительные проекты в американском флоте. Взять тот же авианосец «Джеральд Форд». Его пытаются довести до ума уже почти 10 лет, и пока это сделать не удается – слишком много новизны, притом с весьма сомнительной боевой эффективностью. Все это отнюдь не способствует росту военной мощи Америки, а скорее ведет к ее ослаблению. Ведь средний возраст надводных боевых кораблей США превысил четверть века.

Есть все признаки того, что определенная часть критически важных технологий военного самолетостроения в США утеряна. Наиболее ярким примером этого является новейший американский истребитель F-35. Его американцы относят к пятому поколению. Однако это не так. Прежде всего по причине отсутствия режима сверхзвукового крейсерского полета: его крейсерская скорость – всего 850 километров в час. Это самолет четвертого поколения, выполненный по технологии «Стелс». В этом отношении он ничем принципиально не отличается от снятого с вооружения F-117. F-35 – это шаг назад в сравнении с F-22. При этом восстановить производство F-22, судя по материалам открытых СМИ и фактическому положению дел, не получается. F-22 выпускался в конце XX века. Получается, что в части военного самолетостроения США откатились как минимум на четверть века назад.

Однако если в американских флоте и авиации появлялись новые образцы вооружения, то танковые войска остаются верны старому М1 «Абрамсу», который уже претерпел ряд модификаций, достигнув неприлично большого веса – почти 70 тонн. Но концептуально – машина полувековой давности. Хоть это и говорит об огромном модернизационном потенциале, вместе с тем является и свидетельством застоя в танкостроении. Между тем в Китае за минувшее время появилось несколько новых машин, последняя из которых – танк Тип-99–II по своим тактико-техническим характеристикам почти равноценна новейшим модификациям «Абрамса».

В России даже в самые трудные годы шло проектирование принципиально новых машин, таких как «Черный орел», Т-95 и Т-14. Только Т-14 дошел до принятия на вооружение. Но это не вина нашего танкостроения. Годы развала и удушения российского ОПК и страны в целом не позволили этим танкам стать достойной заменой знаменитым Т-64, Т-72 или Т-80.

В США никто не громил ВПК, его только поддерживали. Одной из ключевых причин такого положения дел в американском ВПК иностранные и российские эксперты полагают тот факт, что у элиты США в качестве главного приоритета при разработке и производстве вооружений поставлен доход акционеров вместо эффективности продукции. Например, США полностью лишились промышленных мощностей обогащения урана. После приватизации АОК (Американской обогатительной кампании) и подписания Договора Черномырдин – Гор по продаже в США российского оружейного урана (со снижением в нем 235-го изотопа до уровня, применяемого в реакторах АЭС) акционеры сочли для себя более выгодным ликвидировать все мощности обогащения урана, сохранив только те, которые были связаны с переработкой российского урана.

Константин Сивков,
заместитель президента РАРАН по информационной политике

Опубликовано в выпуске № 48 (911) за 14 декабря 2021 года

Loading...
Загрузка...
Новости

 

 

  • Past:
  • 3 дня
  • Неделя
  • Месяц