Версия для печати

Назначен виновным

Рюриков Дмитрий
В связи с событиями в Египте российскими и зарубежными экспертами высказываются соображения о том, что, очевидно, актуальность иранской тематики снижается и вероятность войны против Ирана уменьшается. Это мнение представляется спорным – характер событий на Ближнем Востоке и их подлинные движущие силы еще не прояснены и нельзя исключать, что эти события могут предшествовать нападению на Иран.
{{direct}}

В связи с событиями в Египте российскими и зарубежными экспертами высказываются соображения о том, что, очевидно, актуальность иранской тематики снижается и вероятность войны против Ирана уменьшается. Это мнение представляется спорным – характер событий на Ближнем Востоке и их подлинные движущие силы еще не прояснены и нельзя исключать, что эти события могут предшествовать нападению на Иран.

В годы правления Джорджа Буша-младшего международному праву был нанесен серьезный удар, фактически сформировались нормы поведения, отрицающие действующее международное право. Все это создало политико-правовую атмосферу вокруг «иранского ядерного досье» и Ирана в целом.

«Упреждающий» и «превентивный» удары, «смена режима» и тому подобные понятия, запущенные в международный обиход, не получили должной международно-правовой оценки, не встретили сопротивления юристов. А ведь они сугубо нелегитимны, и угрозы ответственных государственных деятелей в США и Израиле нанести удары по ядерным объектам Ирана являются нарушением ряда норм международного права.

Удивляет позиция МАГАТЭ: Агентство не подтверждает отклонений от обязательств Ирана по Договору о нераспространении ядерного оружия, но и не утверждает, что таких отклонений нет.

В целом же вокруг Ирана создана атмосфера демонизации и всяческого искажения реалий. Это может быть признаком психологической войны, формированием «образа врага» перед нападением.

Недавно в Москву приезжал постпред Ирана в МАГАТЭ А. Солтание, который совершил прорыв информационной блокады в «иранском ядерном вопросе»: на конкретных примерах он, как представляется, достаточно убедительно продемонстрировал, что позиция Ирана по его ядерной программе преднамеренно деформируется в МАГАТЭ и ООН. Создается неверное представление об этой программе с последующими серьезными результатами, в частности санкциями СБ ООН. В любом случае та информация, которую предоставил российским СМИ А. Солтание, не появлялась ни в печатных, ни в электронных изданиях, и надо отдать нашим СМИ должное: они дали постпреду широкие возможности для изложения позиции Ирана.

На ситуацию вокруг Ирана стоит посмотреть и в региональном разрезе. Об отношениях Ирана с соседями – Ираком, Афганистаном, странами Персидского залива говорят в сугубо негативном плане: мол, Иран оказывает влияние на эти страны, предпринимает разного рода действия для обеспечения своих интересов. Кроме того, Иран поддерживает террористические движения и организации, влияет на Сирию, Ливан.

Позволительно спросить: а что, Иран не имеет права обеспечивать свои интересы и влиять на обстановку в соседних с ним странах в благоприятном для себя плане? А нерегиональные государства, например США и региональное государство Израиль, они имеют право воздействовать на Иран путем организации терактов, сепаратизма, создания враждебного образа Ирана среди стран-соседей и прочих враждебных акций? Почему Иран не должен иметь амбиций стать ведущей региональной державой, если это отвечает его интересам? На каком основании кто-то извне претендует определять политический и военный облик региона и стремится не разрешать делать это Ирану? И почему в отсутствие объективно и фактически подтвержденных и юридически верно оформленных доказательств создания Ираном ядерного оружия ему постоянно угрожают нападением?

Фото: Михаил Ходаренок

Позиция Ирана состоит в том, что, во-первых, ислам запрещает создавать ядерное оружие, так как оно поражает без различия и военных, и гражданских лиц – «виновных и невиновных». Это и канонический, и военно-доктринальный запрет относительно применения и ОМУ, и конвенциональных вооружений. Имеются и общие, и соответствующие оперативные директивы имама Хомейни, запрещавшие, в частности, бомбардировки городов Ирака во время ирано-иракской войны, и ныне действующего духовного лидера Ирана аятоллы Хаменеи. Во-вторых, Иран считает, что создание национального ядерного оружия поставило бы его в крайне невыгодное и военное, и политико-моральное положение в отношении несравненно более сильных членов ядерного клуба – участников ДНЯО и Индии, Пакистана и Израиля: при такой ситуации реальной выгоды от нескольких ядерных зарядов не окажется никакой. А урон будет несомненно.

Кроме того, при создании ядерного оружия выяснилось бы, что отрицая военную ядерную деятельность и намерение создать ядерное оружие, руководство страны вводило в заблуждение и свой народ, и мировое сообщество. Конечно, это будет иметь весьма неблагоприятные последствия для власти прежде всего в плане внутриполитическом.

Нет сомнений: чтобы вопрос об «иранской бомбе» был навсегда снят с повестки дня, надо отказаться от враждебности в отношении Ирана. И тогда даже в принципе ни у кого не будет необходимости задумываться о каком-то средстве обеспечения безопасности перед лицом угроз. Кстати, такой влиятельный человек, как президент нью-йоркского Совета по международным отношениям Р. Хаас, пять лет назад говорил, что если Иран создаст ядерное оружие, то США спокойно признают этот факт так же, как признали факт создания такого оружия у Индии и Пакистана.

В любом случае страсти надо остудить – МАГАТЭ не подтверждает ни военной ядерной деятельности Ирана, ни его намерения осуществлять такую деятельность, сомнения же Агентства подтверждений не имеют. Отношения в регионе можно и нужно разрядить, возможности и прецеденты для этого имеются. Главное – необходимо иметь в виду человеческий аспект: в случае даже ограниченного нападения на иранские ядерные объекты ядерные выбросы покроют большие территории, расчеты по розе ветров имеются. Последствия будут такие же, как после бомбардировок Тора-Боры и дворцов С. Хусейна: массовые радиационные заражения людей и как следствие чудовищные деформации при рождении десятков тысяч младенцев в разных странах, в том числе в России – близком соседе Ирана.

Дмитрий Рюриков,
ведущий сотрудник Центра евроатлантических исследований ИАМП МИД России, чрезвычайный и полномочный посол

Опубликовано в выпуске № 7 (373) за 23 февраля 2011 года

Loading...
Загрузка...
Новости

 

 

  • Past:
  • 3 дня
  • Неделя
  • Месяц