Версия для печати

Верны присяге, страшны врагу

Илющенко Роман
22 сентября 2010 года приказом министра внутренних дел Российской Федерации в ответ на обращение к президенту России Дмитрию Медведеву главы Республики Дагестан Магомедсалама Магомедова был создан 450-й отдельный специальный моторизованный батальон. Он вошел в состав 102-й отдельной бригады оперативного назначения Северо-Кавказского регионального командования (СКРК) Внутренних войск МВД РФ. Комплектовать его штаты решили дагестанцами.
22 сентября 2010 года приказом министра внутренних дел Российской Федерации в ответ на обращение к президенту России Дмитрию Медведеву главы Республики Дагестан Магомедсалама Магомедова был создан 450-й отдельный специальный моторизованный батальон. Он вошел в состав 102-й отдельной бригады оперативного назначения Северо-Кавказского регионального командования (СКРК) Внутренних войск МВД РФ. Комплектовать его штаты решили дагестанцами.
{{direct}}

Жадные до сенсаций журналисты тут же бросились писать про некое особое формирование, «личную гвардию президента Дагестана», национальный спецбатальон и т. д. Что же это за часть?

Становление

Сначала ее планировали разместить в Каспийске. Однако, как это часто случается в жизни, новичкам предстояло дислоцироваться не на ухоженном и благоустроенном месте. Увы, таковым бывшая база республиканского ОМОНа на южной окраине Махачкалы отнюдь не являлась. Можете представить, что творилось на ее территории, когда сюда прибыл комбат с первой группой подчиненных: только для вывоза мусора и разного хлама потребовалось более 20 самосвалов. В целости и сохранности коллеги оставили лишь памятник погибшим товарищам да несколько вишневых деревьев перед штабом.

Поэтому начинать «гвардии» пришлось с палаток, буржуек, нар, полевой кухни, котелков и прочих прелестей военного походно-полевого быта. Но к этим трудностям привыкли большинство солдат и офицеров, прибывших к новому месту службы. Набор проходил в основном в находящихся в соседней Чечне военных комендатурах и 46-й отдельной бригаде оперативного назначения ВВ, а это отличная школа закалки характера.

Однако из сведенных воедино даже самых прекрасных людей еще не возникает воинский коллектив. Сколотить же сплоченные подразделения, способные самостоятельно выполнять боевые задачи, – серьезная проблема и именно ее в кратчайшие сроки предстояло решать комбату – полковнику Кадиру Ашурбаеву и его замам.

Что греха таить, некоторые командиры, выполняя разнарядку на комплектование национального батальона, направляли в Махачкалу порой далеко не самых достойных кандидатов, часто избавляясь от надоевшего им хуже горькой редьки «балласта». Например, некоторым желающим вернуться на «гражданку» говорили: «Из Махачкалы быстрее уволишься». И те писали рапорты с просьбой перевода в батальон. Так и получилось, что с первой партией в часть прибыли много нарушителей дисциплины и мечтающих расстаться со службой.

Кадры батальона обновились на треть и это были уже другие люди: серьезные, надежные, определившиеся в жизни и главное – с желанием служить и к чему-то стремиться

Вспоминает начальник группы по работе с личным составом батальона майор Николай Игумнов: «Нам практически с первых дней начали ставить задачи – усиление милицейских постов в городе, а некоторым офицерам приходилось буквально уговаривать отдельных солдат встать в строй. Мотивация для отказа у каждого имелась своя: кого-то не устраивали оклады (первые месяцы они оказались ниже обещанных), кто-то ожидал, что попав на малую родину, он будет практически жить дома. А некоторые воины почему-то посчитали, что раз они уже не в Чечне, можно расслабиться, и ударились во все тяжкие».

Времени на уговоры и увещевания не было, поэтому чтобы не сорвать выполнение боевой задачи, вместо отказников часто отправляли того, кто только что сменился с дежурства и имел право на отдых. Вот так и происходил естественный в подобных условиях отбор. От случайных людей быстро избавлялись, против отдельных лиц возбудили уголовные дела. Наиболее добросовестные, грамотные и порядочные, наоборот, выдвигались на вакантные должности старшин рот, командиров отделений и замкомвзводов.

Вскоре стабилизировалось и денежное довольствие. Сейчас солдат-стрелок (в батальоне все контрактники) получает на руки 23–26 тысяч рублей. И по республике поползли слухи, что на окраине Махачкалы стоит хорошая воинская часть, где за престижную мужскую работу платят серьезные деньги. Но батальон не биржа труда, и брать людей с улицы сюда не предполагалось изначально. Офицеры части на этот раз сами выступили в качестве «покупателей». Собеседование с каждым кандидатом, работа с личными делами, анкетирование дали хороший результат.

Через пару месяцев кадры батальона обновились на треть и это были уже другие люди: серьезные, надежные, определившиеся в жизни и главное – с желанием служить и к чему-то стремиться. То, что и требовалось. Сохранились заданные параметры и по национальному составу – около 97 процентов военнослужащих части являются уроженцами Дагестана.

Фото: Роман Илющенко

«На многие должности, например водителей, теперь образовалась даже своего рода очередь, – рассказывает заместитель комбата по вооружению майор Анатолий Левашов. – Теперь я уже мог спокойно изучать кандидатов, выбирать наиболее достойных. Появилась возможность увидеть, что они собой представляют в деле, и определить, не куплены ли водительские права. Техника к нам поступала почти исключительно новая: бронированные «Уралы», «Тигры».

Как только благополучно исчезла из повестки дня одна из важнейших проблем – кадровая, дела в национальном батальоне вопреки всем скептикам быстро стали налаживаться. Этому способствовали грамотные специалисты, любящие и знающие свою профессию, готовые делиться опытом с соратниками и требовать от них предельной отдачи. В результате изменилось и отношение людей к делу.

Например, начальником инженерной службы части назначили капитана Тельмана Себийдова – одного из лучших саперов СКРК. На его личном счету более 500 разминирований, дважды офицер был ранен. Именно Тельман Сеидович добился, чтобы все военнослужащие в обязательном порядке при выполнении служебно-боевых задач надевали средства защиты, на что прежде смотрели сквозь пальцы: на все, мол, воля Аллаха – «Иншалла!». Очень скоро все убедились, что даже надеясь на Всевышнего, бронежилет лучше надеть.

Проверены боем…

А тем временем батальону поручали все более ответственные задания: участие в разведывательно-поисковых и оперативно-розыскных мероприятиях, выставление засад, заслонов. Пошел счет и первым успехам. Не мной замечено, что лучше будет действовать подразделение, которым руководят грамотные волевые офицеры, умело обучающие и воспитывающие солдат, между командирами и подчиненными царит полное взаимопонимание. Таковым считается, например, рота майора Анзора Мулаева. Причем на ее долю выпало испытание, подтвердившее профессиональную зрелость всего национального батальона…

Фото: Роман Илющенко

14 февраля подразделение несло службу в поселке Губден Карабудахкентского района, который считается одним из центров нестабильности в регионе. Часовой – рядовой Руслан Гасанов, охранявший здание поселковой администрации, где на первом этаже размещался один из взводов роты, издалека заметил странную молодую женщину славянской внешности, белизна лица которой сразу бросалась в глаза: «Откуда здесь русская девушка? Почему такая бледная?». В руке у нее был пакет, где виднелись мандарины, а направлялась она прямо к дому, очевидно, намереваясь пройти внутрь.

Заподозрив неладное, часовой приказал «славянке» остановиться и поднял автомат. Поняв, что в здание ей не попасть, женщина начала сбивчиво объяснять, что пришла к знакомому, а потом вдруг выкрикнув «Аллах акбар», привела в действие взрывное устройство, закрепленное, как потом оказалось, на теле. Ее буквально разорвало в клочья. (Как выяснилось позже, эта была разыскиваемая правоохранительными органами за причастность к терактам в Москве принявшая ислам Мария Хорошева.) Погиб и оказавшийся рядом с ней рядовой Алхан Эльдарханов, который только что сменился с поста и вышел на крыльцо покурить. Он тоже попытался остановить женщину, но был без бронежилета. Это и стоило ему жизни. Еще пятеро военнослужащих, находящихся вблизи, получили ранения различной степени тяжести. Прояви Гасанов нерешительность, замешкайся на минуту, и число жертв среди его товарищей увеличилось бы в разы.

Через три часа на въезде в поселок прогремел второй взрыв. Террорист-смертник, как полагают следственные органы, сожитель Хорошевой, русский ваххабит Виталий Раздобудько подорвался в машине перед постом милиции, где наряду с милиционерами находились солдаты 2-го взвода. Сразу после подрыва пост подвергся обстрелу из ближайшего леса, куда выставить оцепление не хватило людей. Обязанности командира подразделения в тот момент исполнял старший сержант Шамиль Магомедов, но что-либо предпринять он не успел. Взрывом ему сразу оторвало обе ноги. Мужественный воин не потерял в этот миг сознание, отполз к бетонному блоку и даже самостоятельно перетянул жгутом одно бедро. На второе просто не хватило сил. Зазвонил телефон. Поднеся его к губам и уже теряя сознание, Шамиль прошептал: «Командир, на посту подрыв. Я ранен…»

Факты свидетельствуют, что никто из солдат батальона в эти минуты не растерялся, не запаниковал, каждый в отсутствие офицеров знал, что ему делать. К слову, сильно поредевшая, но не потерявшая управление и боевой дух рота еще двое суток продолжала нести службу в поселке. Такое решение принял, зная своих людей, комбат. А тогда, еще до прибытия подкрепления бойцы самостоятельно подавили огневые точки противника и начали эвакуацию раненых. От мощного взрыва не убереглись милиционеры и оказавшиеся поблизости мирные жители. Общий итог второго теракта: двое убитых, около 20 раненых. Солдаты останавливали проезжавшие мимо машины, загружали туда пострадавших и отправляли в районную больницу. Таким образом удалось спасти жизнь многим, в том числе и старшему сержанту Магомедову. В переполненный «уазик» его запихал друг – рядовой Дадаш Абдураков: «Держись, Шама!».

Сегодня Шамиль, завершив курс реабилитации в главном военном клиническом госпитале Внутренних войск, вернулся в строй. Пожелал остаться в родном батальоне, служить – пусть и на протезах. Эту просьбу он высказал исполняющему обязанности начальника управления по работе с личным составом ВВ генерал-майору Николаю Долонину, когда тот вручал ему прямо в госпитале нагрудный знак «За отличие в службе» 2-й степени. Решение о судьбе старшего сержанта принимал лично главнокомандующий Внутренними войсками генерал армии Николай Рогожкин. Вернулись в батальон и все остальные бойцы роты, получившие в тот день ранения. Ни один из них не написал рапорт на увольнение или перевод в более спокойное место.

Можно много рассуждать и гадать о причинах такого единодушия, ведь делали это люди не сговариваясь. Большинство из раненых тогда бойцов по прибытии в часть продолжают выезжать на подобные боевые задания, связанные со смертельным риском. И дело тут не в том, что все участники событий поощрены командованием, что прорабатываются вопросы досрочного обеспечения их жильем, ведь сначала они приняли решение вернуться, а награждения и поощрения были уже потом. Они вместе пережили то, что нельзя так просто забыть. Они пережили смерть, которая, пройдя рядом, могла забрать любого. Это сблизило, породнило людей, и поэтому батальон стал для них семьей, а из семьи так просто не уходят. По той же, очевидно, причине продолжает служить в части и мама погибшего рядового Алхана Эльдарханова, старший прапорщик медицинской службы Айшат Гаджимагометдибировна – наша мама Айшат, как ее называют многие солдаты, хотя у некоторых из них есть уже свои дети.

…И уверены в своей правоте

Перед отъездом обошел еще раз бывшую омоновскую базу. С каждым днем она все больше преображается, обживается, облагораживается. Построен автопарк с теплым боксом, работает спортзал, функционирует полевой банно-прачечный комбинат, действуют медсанчасть и стационарная столовая. Кормят сытно и вкусно, а какая там выпечка…

Отвечает за этот участок работы не кто-нибудь, а знаток своего дела – один из лучших пекарей-кулинаров Внутренних войск рядовой Лиана Гасанова, которая заняла призовое место на смотре-конкурсе СКРК. Полным ходом идут ремонтно-восстановительные работы и в помещении бывшего штаба ОМОНа. Параллельно с обновлением стен, полов и потолков собирается мебель, вставляются пластиковые окна.

Вот солдат, занятый ремонтом помещения, в обеденный перерыв зашел в вишневый сад, разбитый прямо под окнами штаба, и теперь не спеша срывает спелые, налитые соком ягоды. На лице играет блаженная улыбка. И спрашивать ничего не надо – все и так ясно.

И чего бы здесь не служить? Какие, собственно, проблемы? Условия создаются приемлемые, питание – отменное, деньги – достойные, льготы – реальные, задачи – понятные и привычные, отношения в коллективе, как я убедился, вполне братские. Да и абсолютное большинство находятся у себя на родине, можно сказать, дома. Семьи – рядом, заскучать не получается. Если не в наряде или не на спецоперации, можно по окончании рабочего дня идти к родным.

Перечитал написанное и понял, что чего-то не хватает в материале о таком батальоне. Чего же? Думаю, мнения солдат о службе. Дагестанцы – люди остроумные и веселые, иногда скажут – не в бровь, а в глаз. Порой за шуткой скрываются и очень серьезные вещи. Еще раз в этом убедился, когда подошел к бойцам одной из рот, занятых чисткой оружия:

– Здорово, служивые. Салям алейкум.

– Ва-алейкум ас-салям.

– Как служите, парни?

– Как можем, так и служим.

– А все-таки?

– Хорошо. Лучше, чем в Чечне, – с удовольствием подхватывает разговор улыбающийся солдат, чистящий снайперскую винтовку. Как узнал потом, аварец из Казбековского района, рядовой Гасан Гутарханов. – Тут мы на своей земле, поэтому чувствуем себя как дома. Здесь и умирать, если придется, легче.

– Значит, ты патриот?

– Да. Мы тут все патриоты.

– Не ври! – выкрикивает кто-то. – Ты сюда из-за денег пришел.

Эта реплика нимало не смутила лихого снайпера.

– Ну да, – соглашается он, орудуя шомполом. – Чего скрывать, каждый из нас пришел сюда, потому что тут платят хорошие деньги. Но ведь есть еще и другое – Родина. А ей нет цены. Для меня Родина не только село, где родился, но и весь Дагестан. И я горжусь, что дагестанец. Мы все гордимся. Хочется только, чтобы на моей земле поскорее наступили мир, справедливость и порядок. Тогда будем еще больше гордиться.

– А почему некоторые дагестанцы уходят в лес, берут в руки оружие? – задаю провокационный вопрос. – Они ведь тоже объясняют, что воюют за справедливость и порядок…

– Многие пошли в лес, потому что дома нет работы. Но идти в банду из-за денег, конечно, не выход, – поясняет свою позицию Гасан. – А лозунги разные за веру и свободу сочиняют не дагестанцы. Беда в том, что думать, жить своим умом и соображать не все хотят и могут. Я бы ни за что не пошел в лес, чтобы за еврейские деньги и арабские идеи убивать по указке американцев своих сограждан. Уважать себя надо! Лучше уж умереть за Родину.

– Слушай, уважаемый, что ты все заладил: умереть да умереть. Шахид какой! Поживи еще, – включается в разговор широкоплечий сосед слева, колдующий над пулеметом.

– А ты чего больше всего хочешь, о чем мечтаешь? – обращаюсь к нему.

– Дочистить свою машинку и скорее пойти домой, к семье, – парирует пулеметчик…

Уже собираясь покинуть гостеприимную часть, встретил начштаба батальона подполковника Сергея Козырева. Оставшийся на хозяйстве за командира офицер поинтересовался моими впечатлениями о части, о людях. Поделился с ним увиденным, пересказал разговор с солдатами. Начштаба почесал затылок и в задумчивости задал неполиткорректный вопрос:

– Если они воюют за свою Родину – Дагестан, то что делаем здесь мы, русские?

– А то же, что делали всегда и везде наши предки: помогая им, защищаем интересы нашей Родины – России.

– Согласен.

…Национальный батальон, как назвали его журналисты, без сомнения, вполне состоялся как боевая единица. На это и рассчитывали президент Дагестана, министр внутренних дел России, руководство ВВ МВД и командование бригады. Вынуждены теперь считаться с этим и прячущиеся в лесах бандиты. Ведь им противостоит серьезный, достойный противник, воюющий на своей земле, уверенный в своей правоте и готовый за это умереть. А такой воин всегда страшен для врага.

Фамилии некоторых военнослужащих изменены.
Роман Илющенко,
подполковник

Опубликовано в выпуске № 30 (396) за 3 августа 2011 года

Загрузка...
Аватар пользователя Валерий
Валерий
02 августа 2011
Роман, материал у тебя, как всегда - продуманный, взвешенный, объективный. Полезно будет почитать некоторым любителям очернения всего и вся. Главное - они готовы защищать от врага - ваххабитов - свой дом, а значит и наш.
Аватар пользователя роман
роман
02 августа 2011
Спасибо Валерий. За все свои слова в матерале - отвечаю. Думаю, давно пора задуматься и нашему рукводству кто и зачем воююет с обоих сторон.
Аватар пользователя Мария
Мария
20 сентября 2011
Здравствуйте, Роман. Хотелось бы с вами связаться по вопросам сотрудничества. Редакция журнала "МР". (495) 744 02 80.
Аватар пользователя Валерий
Валерий
02 августа 2011
Роман, материал у тебя, как всегда - продуманный, взвешенный, объективный. Полезно будет почитать некоторым любителям очернения всего и вся. Главное - они готовы защищать от врага - ваххабитов - свой дом, а значит и наш.
Аватар пользователя роман
роман
02 августа 2011
Спасибо Валерий. За все свои слова в матерале - отвечаю. Думаю, давно пора задуматься и нашему рукводству кто и зачем воююет с обоих сторон.
Аватар пользователя Мария
Мария
20 сентября 2011
Здравствуйте, Роман. Хотелось бы с вами связаться по вопросам сотрудничества. Редакция журнала "МР". (495) 744 02 80.

 

 

  • Past:
  • 3 дня
  • Неделя
  • Месяц