Версия для печати

Болевые точки партнерства

Пухов Руслан
Проблематика возможного военно-технического сотрудничества (ВТС) Российской Федерации с Соединенными Штатами Америки представляет значительную сложность. Без сомнения, США по принципиальным соображениям враждебно относятся к РФ как к конкурирующей великой державе и в принципе не заинтересованы в предоставлении российской стороне каких-либо систем и технологий, способных хоть в какой-то мере повысить российский военный потенциал.
Проблематика возможного военно-технического сотрудничества (ВТС) Российской Федерации с Соединенными Штатами Америки представляет значительную сложность.
Без сомнения, США по принципиальным соображениям враждебно относятся к РФ как к конкурирующей великой державе и в принципе не заинтересованы в предоставлении российской стороне каких-либо систем и технологий, способных хоть в какой-то мере повысить российский военный потенциал.
{{direct}}

Тем не менее определенные возможности и «щели» для осуществления импорта некоторых категорий продукции военного назначения (ПВН) из США в РФ имеются, что обусловлено прежде всего нынешней политической конъюнктурой в Вашингтоне.

Капитолий сужает перспективы

Однако даже при относительно благоприятной политической ситуации для постановки вопроса о ВТС фундаментальным препятствующим фактором неизбежно станет роль конгресса США. Согласно американскому законодательству требуется обязательное предварительное уведомление конгресса о любых предстоящих поставках ПВН за рубеж на сумму более 50 миллионов долларов, а по «боевым» средствам – более 14 миллионов с возможностью для обитателей Капитолия в 30-дневный срок наложить вето на такую поставку. Причем это касается поставок как по линии FMS, так и по линии DCS. На Капитолийском холме неизбывно враждебны к России, большинство конгрессменов настроены русофобски, а также склонны к демагогическим «патриотическим» демонстрациям против явных или надуманных «врагов Америки». У республиканцев это дополняется сейчас естественным желанием нанести максимальный политический ущерб администрации Обамы, в том числе путем подрыва его внешней политики, а республиканцы имеют теперь большинство в палате представителей.

Можно считать практически неизбежным, что конгресс в случае запрашивания администрацией у него соответствующих санкций либо заблокирует любые возможные поставки реальной ПВН России, либо сделает попытки максимально затруднить соответствующие сделки, в том числе увязывая их с политическими условиями и т. п. Следовательно, для России реальны закупки ПВН в США по контрактам разовой величины, не требующей согласования с конгрессом – то есть не более 50 миллионов долларов (а по «боевым» средствам – не более 14 млн). Это автоматически исключает возможность импорта РФ из США сколько-нибудь серьезных партий существенного комплектного вооружения или значимых боевых систем.

Несколько слов о возможностях приобретения ПВН по линии FMS или по линии DCS. Как известно, США в соответствии с Актом о контроле за экспортом оружия 1976 года осуществляют экспорт вооружения и ПВН в целом по данным двум направлениям:

1. Продажи продукции военного назначения непосредственно правительством (то есть Министерством обороны) США иностранным правительствам (продажи goverment-to-goverment), именуемые Foreign Military Sales (FMS). Юридически при этом осуществляется как бы перепродажа Министерством обороны США закупленного им вооружения иностранному правительству (выступающему фактическим заказчиком). Ведомством Министерства обороны США, отвечающим за реализацию продаж по линии FMS, является Агентство по оборонному сотрудничеству (Defense Security Cooperation Agency – DSCA), которое выступает таким образом госпосредником по продаже вооружения по FMS и уведомляет конгресс обо всех контрактах в соответствии с указанным выше нормативом (50 млн долл. и 14 млн долл.).

2. Продажи продукции военного назначения иностранным правительствам непосредственно американскими производителями – частными фирмами, именуемые Direct Commercial Sales (DCS). Эти продажи осуществляются путем заключения иностранным правительством-заказчиком прямого контракта с американской компанией-производителем на основании разовых разрешительных лицензий по форме № 5 (DSP-5 – Department of State Publication No. 5), выдаваемых на каждый контракт Государственным департаментом США. О лицензиях на сумму более 50 миллионов долларов (по «боевым» средствам – более 14 млн долл.) Государственный департамент также должен уведомить конгресс. В настоящее время экспорт по линии DCS доминирует в объемах американского оборонного экспорта, составляя примерно три четверти его общего объема.

С точки зрения необходимости получать санкционирование конгресса для РФ нет разницы в приобретении ПВН по линии FMS или DCS. Однако в целом действие по линии FMS выглядит куда более бюрократизированным и оставляющим больше возможностей для государственного и политического вмешательства со стороны США в ход сделки и ее реализации. Кроме того, контракты по линии FMS приобретают, как правило, большую политическую огласку. Поэтому для РФ, бесспорно, выгоднее приобретать ПВН в США напрямую у американских компаний, используя порядок DCS.

Вывеска должна соответствовать

Несмотря на существующие политические ограничения, все же имеются факты приобретения российскими силовыми структурами ПВН в США. Так, известно, что Федеральная служба безопасности РФ и Министерство внутренних дел РФ закупали после 2001 года для своих нужд американское специальное оборудование и снаряжение и даже какие-то образцы стрелкового оружия. Осуществлялось это под вывеской совместной борьбы с международным терроризмом, что и влекло согласие американской стороны на сотрудничество. Кроме того, к ПВН, приобретаемой по линии DCS, юридически относится поставляемое в РФ американское оборудование для осуществления совместных космических программ (в частности программы Международной космической станции), а также американские коммерческие спутники, запускаемые с российской территории российскими ракетами-носителями. Во всех случаях Государственный департамент США выдавал лицензии по форме № 5.

Можно сказать, что США в принципе готовы осуществлять поставки в РФ некоторых видов ПВН в том случае, если это отвечает конкретным целям и задачам США. Российской стороне следует для развития этого процесса искать общие точки соприкосновения в рамках данных мотиваций США, выставляя соответствующие обоснования своих потребностей и четко увязывая эти обоснования с разъяснением выгодности их для американских национальных интересов.

Как нам представляется, таких основных обоснований в настоящий период может быть в общем случае два:

1. Борьба с террористическими угрозами (в первую очередь, естественно, исламистскими).

2. Возможность использования закупаемого военного оборудования прямо либо косвенно против Китая.

Коллаж Андрея Седых

Уместно отметить, что в восьмидесятые годы США вполне шли на определенное сотрудничество в военно-технической области с КНР на антисоветской основе. Сейчас ситуация может быть некоторым образом «отзеркалена», разумеется, на строго негласной основе.

Что касается борьбы с исламистским терроризмом, то можно напомнить: именно на этой почве в последние годы США разрешали экспорт своего военного оборудования в страны, куда раньше поставки американской современной ПВН либо не допускались (Алжир, объединенный Йемен), либо находились под действием американских санкций по политическим причинам (Пакистан, Индонезия).

Другими словами, «террористическая угроза» может стать серьезным доводом для изменения американской позиции в вопросах санкционирования поставок ПВН, в том числе и в отношении РФ. Однако, видимо, политическим условием для этого должно стать более тесное сотрудничество РФ в вопросах безопасности с США, а также, возможно, предоставление американцам некоторых гарантий неиспользования американского оборудования против союзников и партнеров США (в том числе и в бывшем СССР).

В то же время, конечно, стоит отметить, что оба упомянутых обоснования накладывают отпечаток неизбежной нишевости (даже узконишевости) и специализированности любых возможных закупок (например электронного оборудования и др.).

Важным фактором представляется и определенная политическая малозаметность возможных закупок. Условно говоря, танк или самолет «заметны» и их приобретение может вызвать шумиху, стать предметом политических спекуляций, разборок и т. п. Электронное оборудование или комплектующие малозаметны.

В итоге вырисовываются следующие потенциальные возможности и характер вероятных закупок РФ продукции военного назначения в США:

1. Они неизбежно будут иметь относительно малые объемы (стоимость контракта не более 50 млн долл. для «небоевых» систем и не более 14 млн долл. для «боевых» систем).

2. Контракты предпочтительно заключать напрямую с американских фирм-производителей по линии Direct Commercial Sales (DCS).

3. Торговую деятельность следует мотивировать тесной увязкой с национальными интересами и мотивами политики США.

4. Приобретения могут носить в основном нишевый и узкоспециальный характер и, возможно, быть политически малозаметными.

5. Продажа ПВН неизбежно будет основываться на определенной политической доброй воле нынешней американской администрации, заинтересованной в политике «перезагрузки» отношений с РФ.

Однако последний фактор имеет и двоякую сторону. Следует честно признавать, что политика «перезагрузки» отношений с РФ в большей степени основывается на субъективных политических взглядах президента Обамы и ряда его советников и не имеет прочной политической основы.

Торговля с оглядкой

«Перезагрузка» не имеет консенсусной поддержки среди американской элиты и, в общем, не отвечает фундаментальным национальным интересам США. Америка не заинтересована в укреплении РФ как государства и к тому же не получает от уступок в пользу РФ ничего значительного взамен. Поэтому следует считаться с весьма высокой степенью вероятности поворота в последующем к новому охлаждению в российско-американских отношениях. При таком повороте США могут, безусловно, не только прервать любые поставки ПВН в РФ, но и прекратить всякие поставки запчастей и оказание технической поддержки к уже поставленной продукции.

Потенциальный риск американского эмбарго следует иметь в виду как один из наиболее приоритетных факторов при решении вопросов о целесообразности и номенклатуре закупок ПВН в США, чтобы не оказаться в положении Ирана после революции 1979 года. Соответственно даже при возможности приобрести в США те или иные системы нельзя прибегать к их приобретению, не имея уверенности, что мы сможем нормально эксплуатировать эти системы в случае введения американских санкций. Это накладывает еще одно очевидное ограничение на характер возможных закупок в США.

Не следует создавать у США впечатления, что закупки американской ПВН могут преследовать откровенные цели изучения «техники вероятного противника» либо ее копирования или воспроизводства в РФ. Возможно, даже в ряде случаев оправданно будет пойти на допуск американских специалистов для контроля за приобретенной ПВН и т. п.

В целом определяя характер и номенклатуру возможных закупок ПВН в США, можно выделить несколько основных желательных моментов и направлений:

1. Ориентация на закупку в первую очередь не готовых «платформ» и комплектных систем (которые политически заметны, дороги, сложны, зависят от поставок запчастей и обслуживания, а значит, подвержены риску эмбарго), а подсистем и важных компонентов оборудования. В первую очередь здесь следует говорить о двигателях или отдельных электронных системах.

2. Приобретение техники и оборудования явно антитеррористического направления (системы слежения, радиотехнической разведки, радиоподавления, ночного видения, специальное стрелковое оружие, спецсредства).

3. Закупка подчеркнуто «небоевых» систем и оборудования (вплоть до логистического оборудования).

Касаясь первого пункта, стоит отметить, что Министерство обороны РФ уже фактически имеет опыт приобретения техники с американскими силовыми установками (достаточно вспомнить новые учебные вертолеты «Ансат-У» с турбовальными двигателями Pratt & Whittney PW207). То же самое касается автотранспорта (автомобили «Тигр» с дизельными Cummins бразильской сборки). Учитывая сомнительность перспектив быстрого создания и доводки новых российских турбовальных и турбовинтовых авиационных двигателей, не исключено, что РФ окажется перед неизбежностью расширения применения импортных силовых установок этих классов на ряде перспективных самолетов и вертолетов, и американские машины, несмотря на политический риск, могут составить определенную альтернативу, тем более что закупки авиадвигателей выглядят относительно политически малообременительными для обеих сторон.

Говоря о приобретении электронных систем, следует особо обратить внимание на изучение условий приобретения в США современных авиационных средств противодействия переносным зенитным ракетным комплексам (тем более что США сейчас продают подобную продукцию ряду стран, не являющихся их союзниками, например Индии).

Антикитайские обоснования позволяют ставить теоретически вопросы возможного приобретения систем радио- и радиотехнической разведки.

Антитеррористические аргументы позволяют приобретать оборудование, предназначенное для радио- и радиотехнической разведки, слежения и охранения, глушения фугасов, дают возможность покупать противоснайперские системы, приборы ночного видения, средства связи, спецсредства, а также отдельные предметы снабжения для подразделений специального назначения и для мобильных частей (ВДВ и т. п.).

Особо можно ставить вопросы импорта в товарных количествах современных снайперских комплексов и высококачественных боеприпасов к ним.

Определенный интерес для нас могут представлять американские бронеавтомобили категории MPAP с повышенной противоминной и противофугасной защитой. Особенно это касается средней и даже тяжелой категории, например типов Cougar, Cougar HE и Buffalo компании Force Protection или продукции компании Navistar International. Учитывая, что отечественные разработки находятся по сути в самом начале, удовлетворение насущных потребностей российских воинских частей на том же Северном Кавказе бронеавтомобилями из США было бы в принципе желательно. Американские компании сейчас не только лидируют в данной категории в плане технического уровня, но и имеют значительный опыт выпуска тысяч таких изделий и их длительной эксплуатации в боевых условиях в Ираке и Афганистане. Приобретение подобной техники в США теоретически возможно под предлогом участия в борьбе с терроризмом и с условием, например, расширения российского содействия (логистического, тренировочного и т. д.) американским операциям в Афганистане.

Руслан Пухов,
директор Центра анализа стратегий и технологий, издатель журнала «Экспорт вооружений»

Опубликовано в выпуске № 34 (400) за 31 августа 2011 года

Loading...
Загрузка...

 

 

  • Past:
  • 3 дня
  • Неделя
  • Месяц