Версия для печати

Милютинские преобразования: поучительный опыт — часть IV

Гареев Махмут Куликов Анатолий Язов Дмитрий
«ВПК» завершает публикацию докладов и выступлений, прозвучавших на состоявшейся в Клубе военачальников РФ научно-практической конференции «К 150-летию военной реформы Дмитрия Алексеевича Милютина и ее значение для современного военного строительства».

Окончание. В газете уже опубликованы первая, вторая и третья части.

«ВПК» завершает публикацию докладов и выступлений, прозвучавших на состоявшейся в Клубе военачальников РФ научно-практической конференции «К 150-летию военной реформы Дмитрия Алексеевича Милютина и ее значение для современного военного строительства».

Никого и ничто не надо идеализировать

В том числе Милютина и военные реформы – при Александре II и нынешнюю

Напомню, что во второй половине XIX века появились массовые миллионные армии. Они были нужны на войне, но в мирное время ни одно государство содержать их не могло. Требовался мобилизационный компонент, который бы дополнял кадровый состав армий во время войны. И вот тогда возникла необходимость в военных округах, которые занимались бы этим делом.

Между тем в ту пору не просто военные округа создали. Изменились полномочия губернаторов, на них царь Александр II соответствующими указами, манифестами возложил ряд обязанностей по подготовке к обороне территории, населения и так далее. И вывод таков: нельзя проводить изолированно реформирование только армии или флота. Реформы должны осуществляться в общегосударственном масштабе и во всех, говоря сегодняшним языком, силовых ведомствах, которые участвуют в обороне страны. Изолированно друг от друга это делать нельзя.

В чем заключались замысел, цель и значение реформы Милютина, уже подробно изложено в прозвучавших докладах, повторяться не буду. Но отдавая должное тому, что удалось воплотить в жизнь Дмитрию Алексеевичу, отмечая положительные стороны достигнутого им, не нужно впадать в эйфорию. Думаю, что просто ради истины и научной достоверности нам и надо критически рассматривать результаты реформирования Российской армии в 1860–1870-е годы.

Дело, конечно, прошлое, однако не следует забывать, как закончилась Русско-японская война и кто в ней одержал победу. А ведь это по сути была первая серьезная проверка военной организации России после вооруженного противоборства с Турцией в 1877–1878 годах. Почему так получилось, почему наша страна потерпела поражение? Конечно, виной тому не только оставшаяся незавершенной милютинская реформа. Реформы, повторяю, надо проводить в общегосударственном масштабе, к тому же они могут иметь успех, если воплощаются в жизнь при поддержке народа, большей части общества. Если нет этой поддержки, никаких реформ не может быть.


Коллаж Андрея Седых

Никого не надо идеализировать. И Милютин не должен быть исключением. Вот что, например, написал о нем известный военный историк Антон Керсновский: «Воспитанник частного гражданского пансиона и Московского университета, он, имея военный ум, не имел военной души, военного сердца, строевой жилки. Сообщенный им русской армии нестроевой уклад не принес ей счастья».

Идеально пройти службу не может за редким исключением ни один человек. Но все-таки вся беда реформ во все времена состояла в том, что разрывалось то, что делалось в верхнем эшелоне и внизу. Обратимся к биографии Милютина: он окончил университет, пошел в артиллерийскую бригаду, получил первичное офицерское звание «Прапорщик», потом служил в Генштабе, в штабе корпуса, начальником Главного штаба кавказских войск. Но он не командовал ни ротой, ни батальоном, ни полком.

В этом отношении есть сходство с биографией маршала Огаркова. Я его глубоко уважаю, это был талантливейший человек, но у него такая же беда была, как у Милютина, потому что он в верхнем звене хорошо разбирался, но не знал жизни войск внизу. Однако если ты ни ротой, ни батальоном, ни полком не командовал, этого и знать нельзя. Конечно, такие пробелы могут иметь место в карьере военачальника, но тогда ты должен держать при себе людей из войск, чтобы они дополняли тебя, а не назначать того, кто тоже был далек от них, как декабристы от народа.

Создали недавно бригады постоянной готовности. Тут же отдают приказ – в субботу-воскресенье в принудительном порядке всех увольнять, чтобы они по домам расходились. Но вот где-нибудь в Благовещенске вдруг напали китайцы, в субботу-воскресенье вы никого не найдете. Я не говорю, что не нужна гуманизация военной службы, в меру необходимости и в меру возможности это надо делать. Однако тогда вы должны в уставах, как у американцев, установить, какой процент должен быть на дежурстве. Кстати, американцы платят деньги офицерам и сержантам, которые в выходные дни остаются на службе.

То есть решения, принятые наверху, сами по себе могут быть правильными, но они теряют свое значение, если не подкрепляются жизненными делами в низовом звене.

Произошли перемены в материально-техническом обеспечении, внедряется аутсорсинг. Однако совершенно очевидно: не пойдут гражданские люди обслуживать войска, если разразится война. Говорят: «Мы на них оденем погоны». Как ты оденешь? Примите закон, что они в первый же день войны призываются. Но если эти решения наверху не подкрепляются правилами, инструкциями, законами, которые касаются гражданина, его военной службы, это все не может быть проведено в жизнь.

Махмут Гареев,
генерал армии, президент Академии военных наук

Пора обращаться к Верховному главнокомандующему

Потому что в Минобороны возражения во внимание никто не принимает

Никто не опроверг Владимира Ильича Ленина, когда он сказал: «Войны велись полуоторванной от народа кастой. Войны ведутся теперь народами». Интересно, как ныне в России удастся создать армию из всего народа для того, чтобы защищать страну?

Милютин, когда делил Россию на военные округа, имел в виду прежде всего военное время, чтобы таким образом сформировать боеспособную армию на случай войны. Во времена Милютина шла война на Кавказе, в Средней Азии, с Турцией воевали, и везде нужно было создавать командование. Уже был главнокомандующий – сам государь. Сейчас у нас главнокомандующий есть, но нет армии. Дивизии ликвидировали, полки ликвидировали, что осталось? Батальоны, бригады. А дальше? Что, из одних бригад будет состоять армия?

И как проводить мобилизационную работу? Представляете, сейчас на нашем Дальнем Востоке вместе с Якутией и Забайкальем проживают около восьми миллионов человек. Можно ли при общей/частичной мобилизации обойтись теми ресурсами, которые есть в Дальневосточном регионе? Наверное, нельзя. Надо получать военнообязанных и кадровый состав из других регионов. В частности, из Сибири. Каким образом это будет происходить?

Четырех военных округов для такой большой по территории страны, конечно, недостаточно. Мне представляется это ошибкой.

Второе замечание по поводу учебных заведений. Учебными заведениями должен командовать тот, кто соображает что-то в этом деле. А мы сейчас что слышим в Министерстве обороны? «Академии – это миф, это глупость, академии не нужны». Мол, получил офицер первичное военное образование, а потом курсы – и все.

Однако каждая академия не только занималась подготовкой слушателей, она занималась разработкой теории, уставов, операций. Кто глубокую операцию разработал? Академия Генерального штаба. Кто новые уставы в войну разрабатывал? Академии. Кто БУП-42 после Сталинградской операции разработал? Академия Фрунзе и другие академии. Не может быть сейчас одна академия, которая занимается только одним вопросом. Кто, например, научит командиров-летчиков взаимодействию авиации с Сухопутными войсками, с другими видами и родами войск Вооруженных Сил? Ну как можно ликвидировать академии? И что за курсы будут тогда – артиллеристов, инженеров, танкистов? А кто же взаимодействие будет организовывать?

Все наши возражения во внимание никто не принял. Очень плохо и то, что все, о чем здесь говорилось, не слышат руководители Министерства обороны. Нет, к сожалению, на нашей конференции его представителей. Мне думается также, что мы будем заниматься просто пустыми разговорами, если не станем приглашать к себе депутатов Государственной думы.

Милютин пережил пятерых императоров – родился при Александре I, служил при Николае I и Александре II, в начале царствования Александра III вышел в отставку, в которой пребывал до своей кончины при Николае II. И вот он сумел такую выработать систему обороны государства, обороны страны, что она практически удовлетворила всех государей. А мы, начиная только с послевоенного периода, сколько провели этих реорганизаций, реформ, сколько сокращений, сколько наборов и опять сокращений.

При Милютине в полку, может быть, было пять-шесть военно-учетных специальностей. Сейчас в дивизии около тысячи. Кто и где будет готовить военнослужащих, владеющих ими? На курсах этих? Очень много непонятного сегодня в организации армии. Полагаю, что наш разговор здесь, если кто-то внимательно все суммирует и доложит министру обороны, может быть, и будет иметь какой-то толк. А лучше всего, видимо, обобщить и доложить президенту – Верховному главнокомандующему.

Дмитрий Язов,
Маршал Советского Союза

Почему мы бьем тревогу?

Заключительное слово президента клуба военачальников РФ

Думаю, что тема, которую мы обсуждали, всесторонне освещена и цель конференции все-таки была достигнута. Мы впервые, наверное, в научном плане рассмотрели роль военного министра Дмитрия Алексеевича Милютина и проведенной им военной реформы, которая имела в последующем и сегодня имеет серьезное значение, что и подтвердили докладчики.

Конечно же, совершенно очевидно: это был незаурядный, выдающийся человек. Он сумел на основе глубокого анализа понять не только то, что нужна военная реформа, но и то, что она должна проводиться на основе глубокой реформы всей государственной структуры власти, в том числе отмены крепостного права.

Хотел бы также отметить, что отнюдь не нынешнее руководство Минобороны России задумало осуществляемые в настоящее время преобразования. Например, Анатолий Васильевич Квашнин, находясь на посту начальника Генштаба, тоже планировал упразднить округа, создав стратегические направления. А что такое направление? Точка А в точку Б? Это уже не территория. На самом деле многие и сегодня не понимают, в том числе и наверху, что военные округа – это военно-административное деление территории страны. И на этой территории находятся соединения и части Вооруженных Сил и Внутренних войск, пограничники, структуры МВД и МЧС. Так вот, мы на этом настаивали, я на Совете безопасности Борису Ельцину говорил, что у нас должна быть единая градация, единое деление военных округов. Не должно быть военных округов пограничных, Внутренних войск. Должен быть один, допустим, Северо-Кавказский военный округ. А дальше – пограничные войска Северо-Кавказского военного округа, Внутренние войска Северо-Кавказского военного округа, Вооруженные Силы Северо-Кавказского военного округа. Потому что военный округ – основное объединение на военное время и если на его территории ведутся боевые действия, то и вся полнота административной власти принадлежит командующему войсками военного округа. Вот это должно быть в основе.

Я уж не говорю о мобилизационной составляющей. Экономика не готова к этому, и наличие подготовленных мобилизационных людских ресурсов уже сегодня под вопросом. Кто этим делом занимается? На встрече с начальником Генерального штаба два года назад Дмитрий Тимофеевич Язов задал вопрос: «А кто определил численность Вооруженных Сил в один миллион человек?». И получил ответ: «А нам и демография не позволит больше иметь». Да, демография – очень важный фактор, но не главный. Основной фактор – оценка противника, оценка угрозы. Какова она будет, какие будут конфликты? На этот вопрос никто сегодня не может ответить. Какова максимальная численность Вооруженных Сил на военное время? На этот вопрос опять-таки никто ответить не может. Вот в чем беда. И очень хотелось бы, чтобы нас услышали.

Нас с вами учили в академиях и училищах, принимая решения, исходить из той ситуации, из той обстановки, которая сложилась на сию минуту. Вот как бы мы сегодня ни ругали реформу Вооруженных Сил РФ, то, что случилось, уже случилось. Поэтому прозвучало, на мой взгляд, очень правильное предложение – провести тщательный анализ совершенной реформы, чтобы на его основе можно было что-то предложить. Кстати, думаю, есть что предложить и из выступлений на конференции. Мы так и поступим.

И последнее. Участники этого форума не желали кого-то обидеть. Просто они более осознанно, чем кто-либо другой, понимают, что происходит и что может произойти. Цена за совершенные ошибки в военном строительстве очень высока, вот в чем беда. Чтобы эта цена не была высокой, чтобы не расплачиваться за ошибки большой кровью, мы, конечно, должны бить тревогу.

Анатолий Куликов,
генерал армии

Опубликовано в выпуске № 49 (415) за 14 декабря 2011 года

Loading...
Загрузка...

 

 

  • Past:
  • 3 дня
  • Неделя
  • Месяц